Всего за 349 руб. Купить полную версию
Когда результаты новых экспериментов согласуются с теорией, ваше доверие к ней увеличивается: но если хоть одно предсказание не подтверждается, вы должны его отбросить или пересмотреть. Вы открываете новые законы, опираясь на наблюдения. Решаете задачи, придумываете формулы. Меняете декорации, больше ничего поменять не в состоянии.
История человечествакровь, пот и слезы, грязь и дерьмои все это нам, штопальщицам, приходится разгребать. Гармонизировать хаос. Отчаявшись разобраться в причинах и следствиях, найти ответ хоть на одно «почему», не дающее вам покоя, кропаете еще одно Доказательство Существования Бога, это все, на что вас хватает. Жить, изо всех сил пытаясь хоть что-то понять, потом отчаяться, уверовать в Бога и уйти умиротворенными.
У меня вряд ли получится уйти умиротворенной. Сколько себя помню, колотеж внутри, я его успокаивала, научилась казаться безмятежной.
Арина, о тебе мы еще поговорим Имя тебе неверное дали, верно было быАдреналина. Ты в поиске острых ощущений, всю жизнь. Шеф мнение спрашивал, я ответила: такой исходник запутанный! Попросила немного времени. А у меня тысяча и одно дело, сама видишь. Еще и с тобой беседы вести.
Ладно я сама вызвалась, терплю.
Но я ориентирована на успех! Это первое условие для победы!
Победы в чем? Ты вынуждена лезть наверх, потому что ты «так устроена», ты любишь это повторять. Ты все время карабкалась, срывалась, карабкалась снова. Иначе не умеешь. Победа нужна тебе для того, чтобы взобраться на вершину и завыть там от тоски.
Таечка, что ты такое говоришь!
Меня уже здесь нет, продребезжало в ответ, помни, Арина, каждая историяэто тест. Проверка на выживание! Сверкающие крылышки завинтились в волчок, кружащийся в невесомости, побледнели до прозрачности и исчезли. Откуда-то доносилось отчетливое эхо Таечкиного голоса:
У тебя на пульте управления просмотром три кнопкивперед, назад, пауза.
Выключится самостоятельно. Не скучай! И все стихло.
Я осталась наедине с Натальей, теперь уже остекленело глядящей в одну точку, меня она не видела. Наташа сидела на тщательно заправленной койке и мерно раскачивалась из стороны в сторону, издавая звуки, отдаленно напоминающие мычание.
ЛОГ #1. НАТАША
Хороша была Танюша, краше не было в селе,
Красной рюшкою по белу сарафан на подоле.
У оврага за плетнями ходит Таня ввечеру.
Месяц в облачном тумане водит с тучами игру.
Вышел парень, поклонился кучерявой головой:
«Ты прощай ли, моя радость, я женюся на другой».
Побледнела, словно саван, схолодела, как роса.
Душегубкою-змеею развилась ее коса.
«Ой ты, парень синеглазый, не в обиду я скажу,
Я пришла тебе сказаться: за другого выхожу.
I
Двенадцать лет назад Наташеньке-Натахе несказанно повезло. Обладательница того самого, единственного билета, как в лотерею выиграла, кому сказать! (Она сама тихонько посмеивалась, представляя ярмарочный барабан судьбы, бумажки внутри, он вертится, а Наташка, маленькая совсем, на носочках стоит, шею тянетзаглянуть, как там и что. Праздничный базар, мальчишки носятся с крутилками ветряными, мужичок у киоска хлопушки демонстрирует, ппах! и бумажная лента выстреливается, или конфетти; многоцветие, пестротавсе для увеселения еще более пестрой толпы; Наташу мама привела, мама Анастасия, и без умолку что-то про удачу рассказывала, мол, она в этом барабане прячется, видишь, ручку вращаютудача как белье в стиральной машине колотится, потом тащи билетик, да не любой, а тот, что прямо в руки прыгнет, тот и твой.)
Вытащила, выцарапала у судьбы. Счастливый билет обладал мощными телесами, двумя глазами навыкате, почти посередине широкого лица, и двумя, как минимум, желеобразными подбородками; некоторое количество лишнего веса у выигрышного билетика Наташку не смущало ни капельки! На Наташку билетик смотрел приветливо, это главное.
Она своим Боренькой гордилась, как другиепородистой собакой ротвейлером. Ротвейлера ценят за преданность, а Владимир Зейсович Фридельман не просто предан, он Наташку любил.
И в Нью-Йорке любил, правда не так сильно, как в Москвеон тогда еще россиянином был, но богатеньким. Деловые вопросы решал в гостинице, где Натуся горничной работала; смешливая, задорнаявот этот задор и был ее козырной картой, мужчины комарами вились вокруг, невзирая на скромное Натусино положениевсего лишь в переднике кружевном да в наколке белоснежной толкает коляску с тряпками и моющей химией от номера к номеру, туалеты скоблит и полотенца меняет, пол трет с усердием, неотразима.
Один из постояльцев-литераторов просветил ее, что на мужчин красивая ладная женщина, занятая уборкой их личного пространства (пусть даже временного пусть даже не совсем личного), как-то по-особенному действует, желание вспыхивает как пожар, затушить который может только уход из семьи и новая женитьба, мол, у великого поэта Бориса Леонидовича Пастернака именно так любовь с Зинаидой Николаевной начиналась.
Та, правда, не в отеле полы скоблила, а собственную дачу держала в чистоте и не горничной была, а обожаемой женой и соратницей большого музыканта Нейгауза. Но полы предпочитала мыть при свидетелях. При гостях, а Борис Леонидович заезжал погостить, закадычный друг хозяина. Наблюдаемое им неоднократно мытье полов хозяйкой дома постепенно превратило обожание в любовьруку и сердце предложил, много людей несчастными сделал, потому что жить без Зиночки не мог.
Восторг и страсть постепенно улеглись, Зиночка стала мужественной, застыла в отчаянии, Борис Леонидович потом от нее ушел.
У него только стихи писать хорошо получалось, остальноевкривь и вкось. Нобелевский лауреат! многозначительно завершил свой рассказ литератор, воздев указательный палец над ухом, будто лауреатство свалилось на поэта с неба, божий промысел. Как счастливый билет.
Имена упоминались Наташе неизвестные, да и нобелевское лауреатство никак не впечатлило, тем более что речь шла не о литераторе-постояльце, а значит, чужая премия важна для самого рассказчика, не более. История показалась Наташе странной, но запомнилась.
Мытье полов она старалась в отсутствие постояльцев производить, так и по правилам положено, но некоторые специально в номер возвращались, вроде позабыли какой-то необходимый предмет и никак не могут найти.
Владимир Зейсович, тот и не придумывал ничего, просил вначале постель поменять, а потом возлежал на свежезастеленных покрывалах и внимательно следил за Наташенькиными перемещениями. Глазами навыкате вращал туда-сюда. Он даже встречи деловые переносил пару раз, чтобы во время Наташиного священнодействия присутствовать, за ее движениями наблюдать. Человек образованныйадвокат для особо важных случаевв чем они заключались, Наташа поняла много позже, да и то не вполне, а вникать ей лень. Очень занятой человекчужой, а поди ж тыее собственный муж, телефон в доме не умолкал, когда Володя в доме находился, в месяц неделю, но все это потом, позже Пока что Наташа моет полы, чистит плитку в ванной комнате, а Владимир Зейсович бегемотом растянулся на постели и держит газету перед собой, может, очень устал и ему никуда не хочется идти. А может, материал напечатали из зала суда, ему срочно необходим именно этот материал, как знать, как знать.
Наташа наклоняется рядом, тумбу прикроватную протеретьгазета летит на пол, а Наташа уже в постели, подхваченная неуклюжим мощным объятием, и пикнуть не успелагубы в поцелуе слились. Бегемотовы губымягкие, вельветовые. Она ощутила себя бестелесной субстанцией, кашей-размазней, а Бегемот нежный оказался, пухлый и бережный. Любовников у Наташи почти что и не было, можно сказать, все больше отбиваться приходилось и отмахиваться. Не давала в обиду себя, берегла. Не знала, для чего и для кого, но берегла. А туткак сознание выключилось, размякла.
Подчиняться Бегемоту приятно, она это поняла.
Володя потом свидание назначил, посидеть и поговорить по душам, когда оба освободятся, чтоб по-человечески отношения развивались, не по-бегемотьему. Володя, впрочем, из человеческого репертуара умел разве что глазами в нее исподлобья упереться и долго смотреть не моргая, в упор. Наташа, пока не привыкла, очень смущалась.