Нет, повторил шаман. Я знаю тебя, но не достаточно. Я растил тебя, но не с рождения. Я доверяю тебе, но не могу верить. Если это не ты совершил убийство, то убийца кто-то другой, нам неизвестный. Если это совершил ты, то нам неизвестно, зачем ты это сделал.
Ты прав, шаман! Мне незачем было убивать солнечника!
Но его убили. Значит, причина была. Ты ее знаешь? Янет. Убивают всегда по причине. Найди причинуи найдешь того, кому это надо!
Я этого не знаю, ему удалось выпрямиться.
Так ищи. И пока не отыщешь, не смей появляться передо мной! И вообще перед кем бы то ни было из племени! Либо ты приходишь назад с ответом, либо не приходишь никогда! Я все сказал. А теперь уходи. Мне некогда. Надо подготовиться к встрече с гостями.
Гостей уже было виднотри быстро приближающихся силуэта. Еще несколько булькови они окажутся в поселке.
Не теряя времени, Бло Блу метнулся прочь. Проскользнул между сородичамирасступаясь, они тут же смыкали ряды у него за спинойнырнул в просвет между крайними домами и, прижимаясь к грунту, цепляясь за него пальцами и еле шевеля ластами, чтобы со дна не поднималась муть, заскользил прочь.
На Радужном рифе было полным-полно кораллов разных форм и размеров. Они образовывали настоящие каменные заросли, между которыми с трудом можно было найти местечко для постройки хижины, поэтому и весь поселок раскинулся довольно широко. Пока проберешься из конца в конец, устанешь. Зато и прятаться тут легче легкого. Завернул за уголи ищи-свищи. Бло Блу и завернул. И плыл, куда глаза глядят, то и дело сворачивая с прямого пути, пока не оказался далеко за границами поселка. Но и тогда он остановился не сразу, а только после того, как среди скал отыскал небольшую пещерку. Как раз под размер его карпакса. Здесь не так давно умерла от голода и усталости самка головонога. Ее наполовину разложившееся тело, от которого крабы-падальщики уже успели почти половину, мягкой грудой плоти валялось на полу. Не слишком удобное местечко, но лучше нет. А если аккуратно сдвинуть тушу ближе к выходу, расположив на самом пороге, трупная вонь собьет преследователей с толку. Если, конечно, у них нет при себе сторожевых акел. Эти хищные рыбы славятся своим обонянием, скоростью и злобным нравом. От одной акелы еще отобьешься, но проблема в том, что охотиться они предпочитают стаями.
М-да, положениехуже не придумаешь. Изгнание. Неужели, это правда? Неужели это происходит с ним? Это не сон, это явь. И он должен уйти из племени.
«Ненадолго, подсказала память. Только до тех пор, пока не отыщется истинный убийца. Но кто будет его искать? Солнечники? Им выгодно как можно скорее отыскать и покарать преступника. Но где? Лучше, конечно, у соседей. Песчаный берег или Радужный риф? Кто из них? И зачем одному из жителей Радужного рифа убивать представителя племени Солнечников? Те скалы не просто нейтральная территорияэто общее место для двух племен. Там можно без опаски встретить чужака»
Вот убитый и встретил.
Что он там делал? Да все, что угодно. Территория же нейтральная! Ходи, кто хочет, в любую сторону, никто тебе знака не подаст, что не имеешь права тут находиться! Кстати, охраняемыми землями считались только те, где растут водоросли и съедобные эхении, а также пролегающие мимо поселка пути миграций некоторых крабов и медуз. Большая часть мира никому не принадлежит. Например, он сейчас находится на такой вот нейтральной территории и может делать, что угодно.
И с ним тоже могут проделать все.
Как с тем солнечником.
Кстати, кто он был? Как его звали? Сколько ему было сезонов? Была ли у него семья? Какие у него были привычки? Может, он любил уединение и заплыл туда побыть наедине с собой. А может, у него там была назначена встреча. С кем? Не все ли равно? Или это важно?
«Важно!»подсказала интуиция. Это крайне важно, потому что атаковавшие его солнечники вели себя так, будто знают, что где-то здесь может находиться их сородич. Они направлялись к тому месту, где он лежал. Не значит ли это, что тело первым обнаружил кто-то из них? Тогда почему в убийстве обвинили именно его?
«Я ничего не знаю», подумал Бло Блу. Столько вопросови ни одного ответа. Что же делать?
Увы, в голову ничего путного не приходило. Мешала вонь и смутная тревога. Ему нельзя здесь долго оставаться. Он отплыл не так уж далеко от поселка. Надо убираться подальше. Но куда? Было три основных пути.
Первыйвдоль направо или налево, куда глаза глядят. Все просто, но легко попасть на чужую территориюграницы есть и кто его знает, где они пролегают? Бло Блу знал только территорию Радужного рифа, Солнечников и Песчаных. Где-то жили другие роды, но как там отнесутся к чужаку, явившемуся к ним не во время миграции? Не постигнет ли его участь убитого солнечника?
Второй путьна глубину, прочь от этих мест. Там все простоникаких границ, плыви, куда хочешь и шансы встретить соплеменников ничтожно малы. Разве что позже, во время миграции молодежи, примкнуть к какому-нибудь косяку и вместе с новыми родственниками приплыть в их поселок. Думается, они не откажутся принять чужака, но что он будет делать, если его там, на новом месте жительства, разыщут солнечники? Кроме того, на глубине больше шансов встретить хищниковтут и зловещий мерцало, тут и стаи акел, тут и кремнезубы, не говоря уже о медузах, среди которых не так уж много безобидных. Спи на плаву, питайся, чем придется, постоянно озирайся по сторонамне преследует ли тебя какой-нибудь голодный зверь Нет, такого счастья ему не надо!
Есть, правда, третий путь, но о нем Бло Блу даже не задумывался всерьез. Только мелькнуло в мозгу упоминание о береге и тут же пропало. Выбраться за пределы мира? Туда, где сухо и нечем дышать? На несколько бульков, пощекотать себе нервы и просто приключения радиеще можно. Матери же как-то выдерживают на самой границе аж целых две луны! Но жить там? Благодарю покорно. Лучше стая акелони хоть убивают быстро.
Но уходить надо.
Решившись, Бло Блу выбрался из пропахшей тухлятиной пещерки, аккуратно обогнул останки головонога и пустился в путь.
Доброе утро, докторка Крыж!
Ольга остановилась, помахала рукой спешащим мимо нее ученым, смирившись с их обращением
Доброе утро! Вы куда собрались?
Решили поплавать немного вдоль берега. Поставим парочку глубоких верш и кое-какие приманки раскидаем. Заодно попробуем наладить камеры.
Что, нашли чего-нибудь интересное?
Аспиранты профессора Якорна довольно заулыбались. Ольге нравились такие вот ученые мужи («И жены!»мысленно добавила она). Вечные аспиранты и кандидаты, худощавые или, наоборот, мешковато-рыхлые от неправильного питаниялибо забывают нормально есть и месяцами живут на кофе и сигаретах, либо, наоборот, так часто наведываются в фаст-фуд, что забывают о том, что на свете есть не только гамбургеры и чипсы. Моложавые или рано состарившиеся, лысоватые или с буйной шевелюрой, заторможенные или суетливо-деловые, они обладали общей чертойодержимостью. О своей работе могли говорить бесконечно, если находили благодарного слушателя, или также бесконечно молчали, если затрагивалась любая другая тема. Они не умели красиво ухаживать и предпочитали вовсе этого не делать. Для них женщинав первую очередь собеседник, коллега и верный товарищ, а то и конкурент, и только во второмвозлюбленная, невеста или жена. То есть, идеальный вариант, если ты приехал сюда работать, а не развлекаться.
Кстати, о женщинах. Ольга успела узнать, что на Хагашии женщины лишь недавно получили некоторые права. Например, право на образование и занятия научной работой. Нет, до этого тоже были так называемые «ученые жены», но, как правило, их работы публиковались только под именем и с разрешением из мужей или старших братьев. А сами они не имели права ездить ни на конференции, ни в экспедиции. Только сидели в лабораториях и кабинетах и обрабатывали материал. Лишь несколько лет назад «ученые жены» стали ездить по планете. Поэтому, хотя с экспедиции было несколько женщин, все они были не выше лаборантки или аспирантки. Выше подняться им просто не давали традиции Хагашии.
Пока не нашли, старший аспирант, Равиль дОр, уже кандидат наук, подмигнул с весельем мальчишки, задумавшего шалость. Но скоро найдем.