Страшно?
Он повернул голову. Вывернув шею, со своего пилотского кресла на него смотрел Такту. Судя по тому, как далеко он выдвинулся вбок, первый пилот не был пристегнут.
Вы нарушаете устав, сказал Сомба. Положено пристегнуться. Тем более, выполняя свои обязанности пилота.
Из кресла навигатора донеслось тихое хмыканьеМунго-117 до сих пор так и не смог смириться с тем, что в их слаженную команду вошел этот подозрительный чужак.
Я передал управление, Такту, как ни в чем не бывало, кивнул на кресло второго пилота. Пусть парень попрактикуется.
Парнем второго пилота можно было назвать весьма условно, он был всего на пять-шесть кругов моложе капитана, ему, если верить документам, было всего тридцать девять лет, и он еще не имел права подавать прошение о создании семьи. Но для него это тоже был первый вылет за пределы системы.
Кроме того, мы уже отошли от орбиты на полторы звездной единицы* и можем позволить себе включить искусственную гравитацию?
(*Звездная единицаза нее традиционно принимается расстояние от населенной планеты до солнца. У каждой расы она своя. Звездная единица веганцев равна примерно 1,12 астрономической единицы (а/е.) Земли. Прим. авт.)
В последних словах прозвучал явный вопрос, и Сомба внутренне выругался. Это было одной из обязанностей капитана. И то, что подчиненный напоминает ему о его делах
Гравитация будет включена только после того, как будут получены доклады от всех отсеков, что полет начат нормально и безо всяких эксцессов, ровным тоном произнес он и активировал внутреннюю связь. Говорит капитан Сомба-99. Всем отсекам доложить состояние дел.
Говорит мостик, под пристальным взглядом капитана произнес Такту. Докладывает первый пилот Такту-101. Все системы работают нормально. Полет осуществляется в штатном режиме. Кораблем управляет второй пилот Томба-138.
Говорит машинное отделение, тут же подхватил знакомый голос. Докладывает старший механик Джанго-339. Все системы работают нормально. На вахте.
Говорит дежурный энергетик
Говорит пассажирский отсек
Докладывает грузовой отсек
Докладывает лабораторный отсек
На связи медицинский отсек, цепочку замыкал единственный женский голос. Все в норме. Жду ваших приказаний. У вас все в порядке?
Сомба невольно напрягся. Он никогда не получал таких вопросов и просто не знал, как на них реагировать.
Повторяю, в женском голосе прозвучало нетерпение. У вас все в порядке? Все нормально перенесли перегрузки при взлете? Пострадавших нет?
Нет, под пристальным взглядом Такту ответил Сомба. Пострадавших нет.
Хорошо, покладисто согласился голос. Тогда я отключаюсь.
Мужчины тихо переглянулись. Оба знали, что на корабле, кроме мужчин, есть и женщины. Оба знали, какие они занимают должности. Но все равно это было странно. Тем более что все знали, зачем женщины народа куа участвуют в таких экспедициях. Это были незамужние дочери и сестры профессиональных космолетчиков, которые, по традиции, отправлялись в космос в надежде найти себе мужа среди членов экипажа. Из шести таких было двоемедик и второй механик. Остальные четверо принадлежали к ученой братии.
На миг Сомбе подумалось, что супругу он может и должен выбрать из этой пары. И, если полет закончится удачей и ему удастся подтвердить свой номерной статусили даже заслужить номер 98, что закрепляло его среди элитыто его просьбу удовлетворят. Усилием воли он отогнал эту мысль. Полет только начался, и что он принесетнеизвестно.
Внимание, сказал он, снова переключаясь на громкую связь. Через тридцать нано-единиц будет включена искусственная гравитация. Даю обратный отсчет.
И включил наномер, отсчитывающий единицы времени сухими щелчками.
С последним щелком в воздухе послышалось шипение, а потом словно что-то мягко ударило его по плечам. Такту вздрогнул и откинулся назад, и Сомба почувствовал укол злорадстваего пилот-помощник действительно раньше времени отстегнул крепления, и включившаяся гравитация буквально бросила его вниз. Сам он встал не торопясь, привыкая к новой силе тяжестиона была немного меньше домашней, привычной, и первые несколько шагов мужчина прошел с осторожностью.
Первые часы полета были заполнены легкой суматохой. Несмотря на то, что уже виделись несколько раз во время подготовки к полету, экипаж и пассажиры все равно провели этот день в общении, заново привыкая друг к другу. Почти никто не покидал до этого пределов системы, кроме как в качестве туристов, и многие не находили себе места. Время от времени то один, то другой останавливались возле экранов, на которые с боковых камер транслировались кадры звездного неба. «Шхех» уходил из системы под острым углом к плоскости орбит, постепенно увеличивая его, чтобы потом выйти на прямой угол и тогда уже начать разгон для первого «нырка». По расчетам, подходящей точки пространства корабль должен был достигнуть завтра рано утром, за несколько мини-единиц до подъема. Поскольку камеры эти были закреплены только в двух местаху шлюзовых камер, откуда можно было попасть к выходам, спасательным капсулам и в машинное отделение, а также в общем отсеке*, то там и столпилось большинство. Капитана встретили восторженными возгласами.
(*Общий отсекто же, что и кают-компания, место отдыха. В отличие от земных кораблей, в общий отсек веганских кораблей доступ имели отнюдь не все. Прим. авт.)
Мы летим! послышались голоса. Летим!
Да, кивнул Сомба, осматриваясь и пересчитывая своих подчиненных по головам. Здесь было всего семнадцать куатех, кто имел сюда доступ. Полет проходит нормально.
А скоро мы прилетим?
Вопрос задала совсем юная девушка. Ей, наверное, еще не было тридцати лет, и оставалось лишь удивляться, что такое юное существо делает здесь. Наверное, ученица одного из тех пожилых куа, что единственные сдерживали свои восторги. Сомба знал, что в экипаж отбирали тех, кто еще не проводил исследований новых планет. Считалось, что тот ученый, кто уже описал новую планету, не может достоверно описывать следующиеон невольно будет сравнивать последующие с первой и данные окажутся неточными.
Расчетное время путипримерно двенадцать местных оборотов, сказал он. Напоминаю, что каждый местный оборот состоит ровно из двадцати шести единиц времени. Ровно, повторил он. Так что советую проверить точность своих единометров.
А что будет, если мы не проверим эту точность? спросила девушка.
Тогда вы рискуете отстать от остального экипажа. Что в некоторых случаях может оказаться опасным для жизни. Например, если будет сказано, что ровно в двенадцать единиц состоится плановое отключение невесомости. И если ваш единометр будет отставать или спешить, отключение может застать вас врасплох. И вы получите травму. Это только одна из причин. А их в полете может быть много.
Но ведь отставание к концу полета составит всего, девушка защелкала кнопками вычислителя, может составить всего кхм двенадцать на шесть почти целую единицу!
Точнее, одну единицу и восемь мини-единиц, улыбнулся Сомба. Что, согласитесь, немало!
Девушка впечатлилась и тут же принялась настраивать свой единометр.
Кстати, по поводу времени, капитан, один из экипажа, связист, поднял руку, не подошло ли время планового приема пищи?
Подошло. И я попрошу младшего разносчика заняться приготовлением пищи.
Должность младшего разносчика вводилась на кораблях, на которых летело больше дюжины куа. Просто потому, что команда в этом случае употребляла огромное количество пайков, пустые контейнеры из-под которых надо было утилизировать. Кроме того, надо было следить за нормой расхода, за синхронностью и очередностью приема пищи, и не только. Обычно на эту должность брали кого-нибудь из низшихс номерами не выше пятисотого, а то и тысячного. Для тысячников это был единственный шанс побывать в космосе не только в качестве переселенца на новую планету.
Через несколько минут послышался переливчатый сигналзнак того, что первая партия может идти в смежную с кают-компанией столовую. Сомба, как капитан, Мунго как навигатор и Такту, как первый пилот и старший помощник, а также двое из группы исследователей первыми направились туда.