Всего за 94.9 руб. Купить полную версию
Сложно выражаешься, усмехнулся Хутиэли, но в принципе верно. Проблема, однако, в том, что мелкую сошку сто раз ловили, сажали и отпускали, а до крупной рыбы так и не добрались, хотя работали опытные люди, не тебе чета, извини, конечно, за прямоту.
Да я согласен
Знаешь, почему дело об убийстве Баная оказалось у тебя, а не в отделе по борьбе с наркотиками?
Это убийство, и значит, проходит по нашему ведомству.
Чепуха. Нет смысла расследовать убийства в этой среде вне связи с остальной информацией, которой в полной мере владеют только люди полковника Лаудера. Обычно они этими расследованиями и занимаются. А убийство Баная отдали тебе, поскольку понимаютпустое дело.
Понятно, пробормотал Беркович.
Так что не бери в голову, сказал Хутиэли, вставая. Ищи, конечно, но не лезь в бутылку.
Понятно, повторил Беркович уже после того, как за инспектором Хутиэли закрылась дверь.
Весь день он провел, изучая старые дела, связанные с разборками между двумя конкурировавшими группами наркоторговцев. «Если не решается прямая задача, думал он, нужно решать обходную». Эту фразу Беркович вычитал однажды в газетной статье о какой-то новой изобретательской методике и взял на заметку. Прямая задачапоиск убийцы Банаярешению не поддавалась, это было ясно. Что в данном случае является обходной задачей? Нужно выяснить и устранить причину, приводящую к преступлению. Что является причиной? Торговля наркотиками, разумеется.
М-да, сказал себе Беркович. Вот причина, устранить которую невозможно. Если это и есть обходная задача, мне ее не решить.
Что ж, будем обходить с другой стороны. У преступления была причина: конкуренция двух групп торговцев. Значит, если монополизировать торговлю этим проклятым зельем, то не будет выяснения отношений с помощью ножей и пистолетов, все окажется под единым контролем, а тогда, кстати, и полиции легче будет работатьискать один центр легче, чем два.
Весь вечер Беркович обдумывал эту мысль, а Наташа смотрела на мужа с участием, понимая, что у него возникла проблема, в которую он не хочет ее посвящать. Утром инспектор отправился к коллегам из отдела по борьбе с наркотиками и обратился за консультацией к давнему своему знакомому, майору Бухгольцу, работавшему раньше в отделе по расследованию тяжких преступлений.
Богатая идея, сказал Бухгольц, выслушав Берковича, но невыполнимая. Это ведь рынок, такой же, как рынок бриллиантов или нефтяной. Там свои разборки, здесь свои, а суть одна.
Что известно о хозяевах? Кто стоит во главе кланов?
Кланы, скажешь тоже, хмыкнул Бухгольц. Здесь тебе не Америка. Но хозяева есть, конечно. Две группы, два хозяина. Одного зовут Моше Бар-Гиора.
Даже это известно? Так почему же?
Почему его не сажаем? Нет доказательств. Почему даже Аль-Капоне удавалось привлечь к суду только за неуплату налогов? Нет против этих гадов ничегоодни слухи и оперативные донесения.
А второй?
О втором ничего не известно, помрачнел Бухгольц. Темная лошадка. У нас, конечно, есть осведомители, но ничего они узнать не могли.
Я могу ознакомиться с материалами?
Конечно. Я дам тебе пароль доступа к базе данных
Информация, обнаруженная Берковичем, оказалась обширной, увлекательной, как роман, и, похоже, бесполезной. Неделю спустя инспектор знал назубок, где обычно заключают оптовые сделки, где продается мелкий опт, где и как отдельные торговцы сбывают товар Все эти явки неоднократно подвергались облавам, но уже день-другой спустя все возвращалось на круги своя. Подхода к проблеме Беркович не виделда и что он мог сделать такого, чего до него не сделали более опытные специалисты?
На восьмой день после начала расследования, отчаявшись отыскать хоть какую-то зацепку, Беркович сидел перед экраном компьютера, вновь и вновь просматривая отмеченные им страницы. Странная вещь бросилась ему в глаза. Статистика, конечно, а статистика не говорит о конкретных случаях, и на самом деле все может оказаться иначе Но если все-таки сопоставить даты стычек с применением холодного и огнестрельного оружия с датами Да, что-то в этом есть. Нужно попробовать.
Беркович опять отправился к Бухгольцу и сказал после взаимных приветствий:
Вы не пробовали помирить две группы? Я понимаю, что это не дело полиции
Пробовали, ответил майор. Ничего не вышло. Бар-Гиора официально владеет рестораном «Мексика»
Я знаю, кивнул Беркович.
Не сомневаюсь, что ты уже владеешь информацией Вот мы и пытались организовать там встречу Бар-Гиоры и его конкурента. Обещали не устраивать облавы, не вести наблюдение В общем, готовы были на все, лишь бы эти двое, кто бы они ни были, договорились, и в городе стало бы меньше убийств.
Но ни разу конкурент Бар-Гиоры на встречу не являлся, сказал Беркович.
Ни разу, подтвердил Бухгольц и с подозрением посмотрел на коллегу. А почему ты сделал такой вывод?
Есть соображение, неопределенно сказал Беркович. И предложение тоже есть. Вы такие встречи пытались устроить, значит, можете попытаться еще раз, верно?
А зачем? пожал плечами сержант. Толкунуль.
Я хотел бы поговорить с Бар-Гиорой.
Зачем? повторил Бухгольц. Пустое дело. Информации не получишь, а спугнуть можешь. У тебя нет опыта в таких делах.
Опыта нет, а идея есть. Послушай
Ресторан «Мексика» оказался не таким, каким его представлял Беркович в своем воображении. Светлый зал, тихая латиноамериканская музыка, вкусная еда, много посетителей вовсе не криминального вида. Моше Бар-Гиора тоже был под стать заведениюмаленький, пухлый, улыбчивый, ну просто друг детей, этакий израильский Санта-Клаус.
Давно меня из полиции не посещали, сказал он Берковичу. За мной ведь ничего не числится. Так чему я обязан вашим визитом?
Я расследую убийство Эли Баная, сказал Беркович.
Да? Но я об этом ничего не знаю.
Я не предлагаю вам пойти в свидетели. Моя задачасделать, чтобы подобные стычки больше не возникали.
Но я-то чем могу вам помочь? продолжал недоумевать Бар-Гиора.
Ничем, сказал Беркович. Я просто хочу вам кое-что показать и сделать кое-какие выводы. Вот смотрите
Он положил перед Бар-Гиорой листы с графиками, изложил свои соображения и заключил:
Интересно, правда? И если опять что-нибудь произойдет, я уже точно буду знать, в чем дело.
Любопытно, протянул Бар-Гиора. Я, правда, профан во всех этих делах, но жене расскажу, ей понравится.
Надеюсь, сказал Беркович и распрощался.
Час спустя он сидел в кабинете инспектора Хутиэли и делился своими впечатлениями от посещения «Мексики». При разговоре присутствовал майор Бухгольц.
Поняв, что прямо его не возьмешь, говорил Беркович, я начал изучать статистику. И вот что оказалось: существует прямая связь между ценами, скажем, на таблетку «экстази» и разборками с применением оружия. Вот график, именно его я показал Бар-Гиоре: как только цена падает ниже определенного уровняон отмечен красной чертой, происходит разборка, кого-нибудь режут или стреляют И цена подскакивает. Я решил, что это не может быть случайностью. Это не рынок, как утверждает коллега Бухгольц, а напротив, плановое хозяйство, и центр здесь один, а не два. Следующий вывод: один центродин хозяин. Бар-Гиора. Нет тут другой банды наркоторговцев. Точнее, банды две, это так, но хозяин один. Он и натравливает одних своих людей на других, когда цены на рынке падают.
Остроумно, сказал Бухгольц, но это не доказательство.
Статистика никогда не была доказательством в частных случаях, парировал Беркович. Но вывод легко проверить. Подождем. Думаю, Бар-Гиора меня понял правильно.
Тебе бы в аналитическом отделе работать, а не убийц ловить, сказал Хутиэли, когда Бухгольц вышел из кабинета.
Вы считаете, что имеет смысл подать рапорт о переводе? осведомился Беркович.
Ни в коем случае! воскликнул Хутиэли. Ты здесь вполне на своем месте. Но иногда, добавил он, твою голову можно сдавать напрокат другим отделам.
Нет человеканет проблемы
Поздравление с днем рождения и коробку конфет Фаня Бродская получила по почте. Фаня достала узкий пакет из почтового ящика около половины седьмого вечера, возвращаясь с работы. Если бы в ящике оказалось только извещение, ей пришлось бы назавтра бежать в почтовое отделение, и события развивались бы совсем другим образом. Каким? Да мало ли Может, она спрятала бы коробку в шкаф и забыла до лучших времен.