Тем лучше. Ты ел?
Нет ещё
Удивление. С чего бы вдруг сеньор так заботлив?
Сходи на кухню, пусть тебя накормятсегодня нам предстоит много потрудиться. И найди сразу Юма и Дожа. Пусть тоже поедят, поскольку они оба будут нужны. Так и передай.
Теперь то серв уходит, поклонившись, как положено, а я быстро всё доедаю, с сожалением думаю, что неплохо бы полежать полчасика, но вижу красные от недосыпа глаза мамы и всё желание мгновенно испаряется. Поднимаюсь, тяну маму за руку:
Идём.
Куда?
Тебе нужно лечь отдохнуть. Я то прекрасно выспался. А ты уже вторые сутки на ногах. Так нельзя.
Но
Всё будет нормально. Не волнуйся
Подвожу её к своей кроватипусть Юм первым делом сделает ей койку. Прямо сейчас дам задание. А пока усаживаю женщину на спальное место, заставляю лечь, сам разуваю её усталые ноги, проклятые идиотские башмаки! Накрываю меховой полостью, уже явившейся на своё место после просушки.
Эрайя!
Та появляется тут же. Уже привычно прячет руки под фартуком.
Приберёшься со столаприсмотри за мамой. Пусть она спокойно отдыхает. Ни шагу от неё. Ясно?
Да, сьере.
Киваю маме на прощание и отправляюсь во двор. Народа там немного, и все при деле. Ночники, как теперь называют мою самогонную бригаду, отдыхают. Остальные заняты. Женщины занимаются птицей, обеих мальчишек вижу на лугупасут овец. Работа им по силам. Слышу негромкое мычание из конюшниКер. Навстречу попадается призёмистый Хум. На ловца и зверь бежит!
Дед!
Тот останавливается, бросает дрова, которые нёс, под ноги, затем кланяется:
Звали, сьере?
На дворе ты за старшего. Доса Аруанн отдыхает.
Мужчина осуждающе смотрит на меня, потом бурчит:
Зря вы так с матушкой. Сердце у неё золотое А вы
Ладно, дедуля. Хватит. Это наше семейное дело, и не стоит слугам лезть туда, куда не следует. Лучше займись людьмипусть все работают, кроме тех, что я забираю. И настраивайся на новую поездку. Забыл тебя спроситьдочка то как в городе?
Тот расцветает улыбкой:
Довольна, сьере! Хозяин добрый, сильно работать не заставляет, всегда сыта
И ладно. Если чтоможешь её забрать сюда. Сам видишь, многое меняется
Тот согласно кивает, а я вижу появляющиеся из кухни фигуры парней и закругляю разговор:
В общемраспоряжайся. Если не будут слушатьскажешь мне.
А вы куда, сьере Атти?
К реке. Будем копать глину, и ставить печь для вина.
Это как это?
Дед чешет в затылке, я улыбаюсь в ответ:
Увидишь
Ребята подходят, кланяются, и сразу беру быка за рога:
Юм, тебе, первым делом, надо сладить кровать для досы Аруанн. Стыдно, но у неё даже лежанки нет. Ничего замудрёного или вычурного. Обычный лежак.
На раме?
Мгновенно соображаю, что речь идёт о плетённой из ремней сетке на деревянной основе, и согласно киваю. Плотник чешет в затылке.
А ремни?
Сейчас пошлю кого-нибудь в деревню, пусть купят шкуру быка.
Мужчина прямо просиял:
Самый лучший материал! Сделаю, сьере!
Вот и приступай.
Кивком отпускаю его, тот сразу топает к кузнице, где хранится весь инструмент. Я перевожу взгляд на обоих оставшихся:
Так, ребятушки. За мной двигаем. Займёмся, наконец, серьёзным делом
Отходим в тенёк, отбрасываемый стеной, и, разгладив землю ногой, беру прутик и изображаю то, что хочу получить. Топка, в которую вмурован котёл для браги. Наверхукрышка, из которой выходит змеевик, прячущийся в корыте с водой, которая подводится сверху. Закончив, довольно выдыхаю:
Понятно?
И Оба отрицательно мотают головами. Начинаю разъяснять. И то один, то другой в один голос утверждают, что это невозможно. А мне плевать! Невозможно? Пусть делают так, как надо. Я вам что? Лишь общую схему начертил! Чтобы стало ясно, что надо делать. А ваше делоисполнить!.. Общими усилиями приходим к единому знаменателю. Затем выбираем место, чтобы не мешало, не очень отсвечивало посторонним, ну, со временем сарай поставим, а то и каменный соорудим. Зимы то тут суровые, помню задней памятью Затем шлёпаем на реку, нагрузив воз корзинами. Там дружно копаем уже насаженными вчера на рукоятки лопатами. Перемазавшись, я с сожалением думаю о предстоящей постирушке и жалею, что не переоделся в рабочее, грузим глину на воз, везём в Парда. По пути смеёмся, перешучиваемся, и мне это нравится. Сервы не переступают грань, но ведут себя более раскованно и уверенно. Вот что значит просто объяснить, что и для чего. Потом замачиваем глину в специальном ящике, сделанном из четырёх брёвен, пусть набухает. И идём обедать, предварительно ополоснувшись у колодца. Вода ледяная, но приятно смыть грязь и пот с тела. Бросаю свою одежду кому то из новеньких:
Постирай!
Да, сьере.
Потупленные глазки, приятные манеры Твою ж мать! Обознался! Это Ирая! Взгляд на Дожатот спокоен. Прекрасно понял, что это случайность.
Потом отдашь Эрайе, пусть высушит!
Ну, совсем другое делопарень расцвёл После обеда катим за булыжниками. Благо их полно, целые кучи по краям полей, выбранные из почвы. Набираем столько, сколько могут увезти наши битюги. Привозим в замок, выгружаем. Остался песок. Ну, это вовсе не проблема! Его то навалом Привозим полный воз, сдаём лошадей и транспортное средство Керу, ревниво проверяющему битюгов на предмет повреждений и поломок, и нас зовут на ужин. Время пролетело незаметно. Ну, это всегда так. Когда работаешь, оно идёт незаметно, и всегда в недостатке. Впрочем, перед отправкой на отдых Вольха быстро делает три шарика из глины и песка, мешая их в разной пропорции. Потом кладёт на обломок жерди, удовлетворённо вздыхаетзавтра будем смотреть, какой остался цел. Царапает возле каждой из проб понятные только ему значки, теперь можно идти. Только подходим к кухне, как навстречу мне вылетает Хум:
Сьере Атти! Всё нормально. Все работали. Ничего не случилось. Как обычно.
Досе Аруанн расскажешь. Ясно? Мне пока рано. Ещё два года, всё-таки.
Угу, понял, сьере Атти.
Убегает. Мы вваливаемся в заполненную людьми кухню, благо время ужина, и вдруг воцаряется тишина, хотя только что все разговаривали, перешучивались, смеялись
Эй, Урия! Давай нам поесть! Голодныестрасть!
Кричит во всю богатырскую стать Дож. Повариха появляется, на лице сердитое выражение:
Чего орёшь? Голодным не останешься!
И переключается на меня:
А вам не стыдно, сьере Атти?! Я вчера готовила-готовилаа вы корочку хлеба съели за весь день, да ещё и лес ушлиужин пропал! Доса Аруанн ни крошечки в рот не взяла! На обеде с сервами вместе кашу ели, а я опять готовила- готовила, и всё зря! Сейчас ужин мастерила половину дня, отнесли его в ваши покои! Доса Аруанн уже трижды спрашивала, когда вы явитесь! А вы опять на кухню?! Ничего вам не дам! Идите, с матушкой у себя обедайте!
Топает ногой, и, обращаясь к моим парням, буквально рычит:
Миски берите! Олухи!..
Парни виновато смотрят на меня, а Дож шепчет громоподобным шёпотом, от которого дрожит посуда на столах:
Урия такая! Как сказала, так и сделает!
Я смеюсь, беззаботно и счастливо, потом говорю в спину:
Простите, тётушка! Больше такого не повторится, обещаю!
И тут меня тянут за рукав, оборачиваюсьЭрайя.
Потупив глазки и, как обычно, спрятав руки под фартук, лепечет:
Сьере Атти Вас матушка к себе зовёт
Иду.
И тут вваливается довольный Юм.
О! Вовремя! Сделал заказ?
Тот удовлетворённо кивает и выдаёт:
Не у каждого графа такая есть, сьере Атти!
Я киваю ему в ответ:
Если понравитсяскажу спасибо!
Все охаютопять неслыханная доселе вещь! А я шутливо разворачиваю девушку за хрупкие на удивление плечики:
Веди, Сусанин
Сусаноо? А это кто?
Смеюсьу меня сейчас удивительно хорошее и доброе настроение:
А это проводник, который взялся провести купцов короткой дорогой, да заблудился.
Она оборачивается, едва не падает, споткнувшись. Едва успеваю поймать девушку за руку. Девочка тихо благодарит, потом опять спрашивает:
Но ведь заблудиться каждый может
Может. Но не в таком случае.
В каком?
До соседнего двора в родной деревне провожал
Оба смеёмся, и когда поднимаемся по лестнице, я вижу, как у Эрайи время от времени вздрагивают плечи от сдерживаемого смеха. Интересно, а тут анекдоты в ходу?..
Глава 9
Печку, точнее, самогонный аппарат сложили за три дня. Потом неделю сушили, прикрыв соломой, чтобы спрятать глину от солнечных лучей. С Вольхой я намучалсяуж больно тот хотел соорудить привычную ему печку. А она тут как раз и не нужна! Вмуровали котёл, привезённый из Саля, сверхукрышку конусом, со вставленной неё спиралью из меди, проходящую через деревянное корыто с ледяной водой. Промазали всё той же глиной, готово! Можно запускать вроде. Ан, нет. Надо высушить сперва, потом прожечь-протопить, и лишь тогда потихоньку запускать. Так что две недели потеряно на подготовку. Зато за третью перегнали половину большой бочки сразу! И заказ сьере Ушура закончили раньше срока. Купец, кстати, не выдержал, сам явился за товаром. Ну, не сам, а прислал своего слугу, того самого парня, что проверял первую партию самогона в трактире, Гур. Человек с ледяными глазами профессионального убийцы. Может, и так. Мы проверяем партию товара вместе, сервы с бодрыми криками закатывают тару на воз, жалобно скрипящий под весом почти тонны спирта, а доверенный шарит по двору своими глазами, выискивая неизвестное и непонятное. Ну-ну Агрегат давно в сарай упрятан. Его и не найдёшь, если не знаешь что искать, и зачем
Гур рассчитывается. Всё честно. Без обмана. Потом спрашивает:
Сьере Ушур говорил, что вас, сьере, могут интересовать некоторые товары
Совершенно верно
Список уже заготовлен заранее. Мы с досой Аруанн просидели над ним не один вечер, и я вручаю свёрнутую в трубку белую кору, на которой выцарапано всё, что нам необходимо в ближайшее время. Доверенное лицо пробегает каракули матушки глазами, спокойно кивает:
Практически всё у нас есть на складах
Берёт стальную иглу, вставленную в деревянную ручку, и тут же проставляет цены, суммирует, и называет результат. Однако Приятная неожиданность! Я экономлю почти двадцать процентов от городских цен.
А что насчёт людей?
Гур словно каменеет:
Сьере Ушур не занимается работорговлей
Это выглядит, словно плевок, и я начинаю закипать со свойственной юности горячностью, но тут же беру себя в руки:
Поскольку скоро обед, я бы хотел вас пригласить поесть с людьми, поговорить с ними. И лишь потом делать выводы. Но сразу предупреждаюбудете спрашивать о рецептуре сгущёного вина, наживёте неприятностей. Об остальномбез ограничений.
Парень колеблется, потом вновь каменеет:
Нет. Лучше я поеду.
Тут появляется Хум, своей степенной походкой подходит к нам, кланяется, как положено, потом спрашивает:
Сьере Атти, а новые лемеха заказали? А то уж больно быстро у нас плуги садятся. Лошадок жалко. Кер прямо плачет.
Заказал, дедушка. Заказал. Через месяц привезут.
Хум довольно кивает, а из дверей кухни высовывается Урия и громогласно, через весь двор кричит:
Сьере Атти! А ваш гость останется обедать? Я для народа пирогов напекла с мясом и ягодами! Тут ребятишки вчера набрали, пока овечек пасли
Гур начинает мрачнеть, и в этот момент, как будто в довершение появляется моя спецкомандаЮм, Вольха, и Дож. Все в переляпанной глиной одежде, возбуждённые, с чертежом пресса для изготовления кирпича и черепицы. Парни галдят, тычут пальцами в бересту, спорят со мной. Я им объясняю и краем глаза вижу немного обалдевшее лицо купеческого приказчика. Как же так? Крепостные спорят с хозяином? Нет, говорят, конечно, с почтением, но не стесняются отстаивать свою точку зрения: Тут спохватывается Юм:
Сьере Атти, а пилы привезут? Моя совсем села, надо бы новую. Да и мельнице вы говорили
А мне тоже инструмент нужен! Ту штуковину, что вы соорудилипросто чудо!
Тут же подваливают мужики, которые реставрируют кузню:
Сьере Атти, меха закончили! Надо пробовать!
После обеда, ребята,
Как скажете!
Словом, обычная картина, которую перекрывает крик Урии:
Сьере Атти, так гость кушать будет? На него порцию откладывать?
Гур ошарашенно мотает в знак отрицания подбородком, повариха скрывается в кухне, чтобы спустя пару минут появится перед нами с завёрнутыми в чистое рядно ароматными свежими пирогами:
Возьми на дорогу, мил человек! Отведай на здоровье!
Народ тянет носом, потом все дружно восклицают:
Пироги! Урия нас побаловать хочет!
Откуда не возьмись, появляются женщины, умильно вьются возле мужчин и меня, даже строят глазки. Я нахмуриваю брови, все смеются. Гур машинально берёт пироги, кладёт их под сиденье своего воза, и я задаю вопрос:
Так что насчёт моего заказа?
Тот сразу собирается:
В следующий приезд всё будет.
Остальное деньгами.
Как пожелаете, сьере
Он уезжает в обалдении, а я смеюсь про себяпогоди, вот ты пироги попробуешь
Время обеда, все удаляются на кухню, а я поднимаюсь наверх, где меня ждёт доса Аруанн. Стол уже накрыт, и матушка хлопочет возле меня. Торжественно выкладываю двадцать фиори на стол:
Как тебе?
Она пересчитывает новенькие золотые, улыбается:
Даже не верится! В лучшие времена Парда приносила десять бари в год. А тутза месяц двадцать золотых Чудеса
Список я отдал. Ну, тот, где мы думали, что нам купить надо. В общем, даже дешевле получается, чем я думал.
Ой, как хорошо
Только вот с людьми плохо. Надо самому ехать. Да и заказ кузнецам сделать городским.
Может, Хума пошлёшь?
Действительно, мужик справный, да и дочку повидает
Верно. У меня и тут работы навалом
Стоит середина лета, и работы в поле и в замке выше головы С аппетитом едим, и я говорю матушке то сокровенное, что меня гложет:
Я боюсь, что наши соседи могут напасть на Парду Особенно, если узнают о наших торговых делах со сьере Ушуром
Доса улыбается:
Ближайшее время можешь не волноваться. Тебя защищает Совет Властителей. И если соседи вздумают напасть, то лишатся и своих ленов, и голов. Но вот когда тебе исполнится шестнадцать, и ты оденешь баронскую цепь