Крупные планы будем снимать с этой рукой. И побольше крови, побольше.
Брякнуться в обморок я не успела. Появившаяся через минуту пухленькая девица со светлыми волосами, затянутыми в конский хвост, потащила меня к флигелю, скрывавшемуся за берёзками. Мы очутилась в небольшой комнате с зеркалом, туалетным столиком, крохотным диванчиком и здоровенным креслом.
Зоя оказалась гримёршей. Усадив меня на стул, она начала разрисовывать мою руку красками и ещё чем-то клейким и вонючим. Я в это время изучала комнату. Наконец девушка сказала:
Взгляните, вроде бы неплохо получилось.
Я скосила глаза на свое предплечье и тихо ахнула: на моей почти изящной ручке зияла жуткая кровавая рана.
Нравится? ухмыльнулась Зоя.
Кошмар какой-то, простонала я.
Не кошмар, а правда жизни. Стас любит неприкрытый реализм. Переходящий в натурализм.
Ваш Полонский, видать по всему, самый великий режиссёр всех времен и народов, съехидничала я.
Конечно, серьёзно согласилась гримёрша. Ничуть не хуже Хичкока. В чём-то даже лучше. Мы с вами ещё будем рассказывать внукам, что были с ним знакомы. Посидите немного тут, вас позовут. Только не дёргайте пока рукой, пожалуйста, а то всё испортите.
Зоя вышла. Стараясь не смотреть на своё страшное увечье, я занялась изучением столика перед зеркалом. Он был завален принадлежностями для грима: баночками, склянками, кисточками, салфетками, ватными тампонами и прочей ерундой. На краю лежали листочки с отпечатанным текстом. Осторожно подтянув их к себе «здоровой» рукой, я увидела, что это и есть сценарий.
В комнате было тихо. За мной никто не приходил, я достала очки и углубилась в чтение. Прочитала первую страницу, принялась за следующую. Оказалось, что вторая страница пропущена. Я поискала её на столе, но не нашла. Впрочем, ничего страшного и так понятно. Картина вырисовывалась.
Банкир с женой попадают в автокатастрофу на горной дороге. Жена за рулем. Он погибает, а её выбрасывает из машины, она получает сотрясение мозга и частичную потерю памяти. Управляющий банком, правая рука её мужа, старый друг, предлагает ей поддержку, а потом и руку в комплекте с сердцем. Она, ясное дело, отвечает согласием. Он на ней быстренько женится, везёт её на две недели за границу.
Потом привозит Регину (так зовут эту несчастную) в старый особняк на окраине аристократического посёлка. И тут у бедняжки начинаются галлюцинации, видимо, сказывается травма головы. Ей слышатся голоса, шаги под окном, она видит ночью огни в саду. Кто-то ходит по чердаку. Она рассказывает это Герману, своему мужу. Тот успокаивает её, говорит, что она просто не выздоровела до конца, вдобавок переутомилась во время поездки.
Дальшехуже. Следуют телефонные звонки, Регине предлагают отдать какие-то документы. Муж говорит, что, вероятно, ошиблись номером. Не стоит придавать этому значение.
Далее пропущено (страница отсутствует). Третья страница начинается со сцены ночной грозы. А после её окончания Регина выходит во двор и обнаруживает в бассейне труп женщины. Приезжает инспектор с помощниками. Приходят к выводу, что женщина случайно упала в бассейн и утонула, ударившись о бортик головой.
Утром Регина видит в камине пепел от сожжённой бумаги. Герман объясняет, что уничтожил ненужные документы, связанные с его работой. Дальше следует сцена прогулки в лесу, во время которой на Регину напал неизвестный с ножом. Именно это и снимают сейчас, пока я сижу тут, в гримёрной, стараясь не глядеть на жуткую рваную рану на своей руке.
Прочитать следующий эпизод я не успела: за мной прибежала худенькая девица в потрёпанных джинсах.
Не буду описывать сцены оказания первой помощи Элле и съёмки крупным планом моей несчастной руки. Это было довольно скучно, утомительно и не слишком приятно. Рабочий день закончился, и пёстрая группа с видимым оживлением готовилась разъехаться по домам. Кто-то курил, другие пили пиво, а кто и работал, убирая с площадки реквизит и технику.
За забором было уже совсем темно, погрузился во мрак лес, окружавший посёлок. Я нашла Эллу, мне нужно было уезжать. Девушка спросила:
Ну как, вам понравилось?
Конечно. Даже поучаствовала. Вернее, моя рука, хмыкнула я. Отвезти вас домой?
Нет, спасибо, я остаюсь, у меня ещё кое-какие дела здесь.
Кстати, а кто из актёров ваш муж Герман? поинтересовалась я. В гримёрной мне попался сценарий, и я ознакомилась с несколькими эпизодами.
Его ещё нет, он пока не участвует в съёмках, приедет позже. Сейчас снимаются эпизоды только со мной, пояснила девушка.
Мне показалось, услышав про Германа, она слегка занервничала. Впрочем, наверное, просто устала. Этот Полонский своими придирками выведет из равновесия кого угодно.
***
Отсутствие очков я обнаружила поздно вечером, когда открыла учебник, собираясь проверить выполнение племянником английских упражнений.
Чёрт, куда же они запропастились? Были ведь в сумке. Наверное, у Эллы в доме оставила. А-а, вспомнила, в гримёрной надевала, когда сценарий читала.
Никита расцвёл:
Значит, проверять не будешь?
Тебе же хуже, все ошибки найдёт англичанка.
Очки я заберу завтра. Кажется, вся съёмочная бригада соберётся ближе к вечеру. Жаль, не догадалась взять у Эллы телефон, можно было попросить её привезти.
ГЛАВА 5. Шантаж как повод для знакомства
Эллу разбудил грохот хлопающих дверей и падающих тяжёлых предметов. По дому вихрем носилась Елизавета, собирала вещи. Заталкивала в чемоданы одежду, разбрасывала домашнюю утварь по всему доступному ей пространству. Уже через час водитель должен был отвезти её в аэропорт. После чего и он, и горничная отправлялись в отпуск, и в доме оставался только охранник. Элла была рада, что все разъезжаются. Никто не будет мельтешить перед глазами и болтать глупости. Ей более чем достаточно общения на телестудии и на съёмках у Полонского.
Девушка выпила чашечку кофе. Есть не хотелось, когда она нервничала и переживала, аппетит бесследно исчезал. Она уже почти жалела, что согласилась на эту роль. У неё ничего не получается, играет она плохо, и режиссёр злится. Нет, звезды из неё не сделал бы даже Хичкок! Зря Полонский с нею связался. Элла вздохнула, разрезала яблоко и лениво откусила кусочек.
В гостиной зазвонил телефон. Элла не двинулась с места: Елизавета в спальне наверняка возьмет трубку. Но телефон без устали надрывался, и девушка нехотя поднялась. Когда она вошла в гостиную, звонок уже затих. Не успела Элла повернуться к нему спиной, как он заверещал с новой силой.
Девушка поднесла трубку к уху. На её «алло» никто не отозвался. Она положила трубку на рычаг и подождала с минуту. Как оказалось, не напрасно. Телефон снова ожил. На этот раз незнакомый, чуть хрипловатый мужской голос отозвался:
Привет! Чё, не узнаешь?
Кто вы? Что вам нужно?
Ну ты чё, не узнала в натуре? и незнакомец противно хихикнул.
Вы ошиблись, разозлилась Элла и бросила трубку.
Нервно прислушиваясь к тишине, готовой разразиться новым телефонным звонком, она быстро переоделась и, подхватив сумку, вышла из дома.
Во дворе водитель под руководством Елизаветы грузил в багажник отцовского «мерседеса» чемоданы. Эллочке не удалось ускользнуть от прощальных поцелуев и фальшивых мачехиных сожалений по поводу того, что бедная девочка останется совсем одна. Она быстро прыгнула в свой «рено» и выехала со двора.
***
Запись очередной передачи шла как по маслу. В качестве телеведущей Элла чувствовала себя вполне комфортно. Режиссёр не требовал бесконечных дублей, не гипнотизировал её взглядом, как Полонский. Зрители дружно хлопали в ладоши и смеялись в нужных местах, а собеседники понимали с полуслова и говорили именно то, что требовалось.
После записи Элла отправилась в бар перекусить. Почувствовала сильный голод и вспомнила, что не завтракала.
Но хорошее настроение продержалось недолго. Не успела она устроиться за столиком уютного бара с чашкой кофе и парой бутербродов, как к ней подлетел Гоша Иванов, ведущий программы «Вести из эпицентра», в среде телевизионщиков известной как «Тухлые новости».
Привет, Элюш, как дела-успехи? Гоша плотоядно покосился на её бутерброды.