И он спросил у философов:
– Скажите, а чем занимаетесь вы, принадлежащие, как я понял, к разумному меньшинству и, очевидно, не убивающие за деньги подобных себе?
– Препарируем мух, – ответствовал один из философов, – измеряем прямые и кривые, складываем числа. Мы пришли к согласию в отношении нескольких проблем, которые нам понятны, и спорим по нескольким тысячам, непонятным для нас.
И у Микромегаса, и у сатурнианца явилась мысль узнать, в чем пришли к согласию эти разумные атомы.
– Каково расстояние между Сириусом и звездой Кастор в созвездии Близнецов?
– Тридцать два с половиной градуса, – хором ответили философы.
– А отсюда до Луны?
– Примерно шестьдесят земных полудиаметров.
– Сколько весит ваш воздух?
Микромегас надеялся этим вопросом поставить их в тупик, но они так же хором ответили, что воздух весит приблизительно в девятьсот раз меньше такого же объема дистиллированной воды и в тысячу девятьсот раз меньше, чем червонное золото.
Потрясенный их ответами карлик-сатурнианец готов был считать этих людей чуть ли не волшебниками, хотя всего четверть часа назад отказывался допустить, что у них есть душа.
И тогда Микромегас спросил:
– Поскольку вы обладаете столь обширными знаниями о том, что вне вас, вы, несомненно, должны быть еще лучше осведомлены о том, что внутри вас. Скажите, что такое душа и как образуются у вас мысли?
Философы опять заговорили все вместе, но теперь каждый говорил свое. Самый старый процитировал Аристотеля, один произнес имя Декарта [25] , другой Мальбранша[26] , кто-то упомянул Лейбница, кто-то Локка[27] . Ветхий перипатетик[28] громко и безапелляционно изрек:
– Душа – это энтелехия [29] , и единственная причина, по которой она имеет возможность существовать, состоит в том, что она существует. Именно так утверждает Аристотель, смотри луврское издание [30] , страницу шестьсот тридцать третью: «??????????? ????».
– Я не слишком хорошо понимаю по-гречески, – сказал великан.
– Я тоже, – признался крошечный философ.
– Зачем же вы тогда цитируете по-гречески какого-то Аристотеля? – удивился Микромегас.
– То, чего не понимаешь, лучше всего цитировать на языке, который знаешь хуже всего, – ответствовал ученый муж.
В разговор вступил картезианец и заявил:
– Душа – это чистый дух, восприявший в материнском чреве псе метафизические идеи, однако после выхода из него ей приходится опять начинать учение и заново постигать то, что она так хорошо знала, но чего никогда уже не узнает.
– Право, твоей душе не имело смысла быть такой ученой в материнском чреве, чтобы стать совершенно невежественной, когда у тебя появится борода, – отрезало восьмимильное существо. – А что такое, по-твоему, дух?
– Не спрашивайте меня о подобных вещах, – ответил мыслитель. – Я не имею об этом ни малейшего представления. Считается, что он не материален.
– Но ты хотя бы знаешь, что такое материя?
– Несомненно, – ответил человек. – Возьмем, например, этот камень: он серого цвета, обладает определенной формой, тремя измерениями, весом, делимостью…
– Хорошо, – заметил Микромегас. – Тебе этот предмет кажется серым, делимым, обладающим весом, но все же ответь, что он такое? Тебе открыты отдельные его признаки, но известна ли его сущность?
– Нет, – отвечал картезианец.
– Тогда ты не знаешь, что такое материя.
Затем господин Микромегас обратился к следующему мудрецу из находившихся на его большом пальце и задал вопрос, что такое душа и в чем проявляется ее деятельность. Философ, бывший последователем Мальбранша, ответил:
– Ни в чем. Все за меня творит бог; я все созерцаю в нем; все, что происходит со мной, происходит в нем; он источник всего, я же ни к чему не причастен.