Нина Стожкова - Когда придет Волчок стр 2.

 Блин! Связи нет!

Парень с досадой выключил дорогую игрушку и сказал, обращаясь ко всем сразу:

 Вроде, рядом с Москвой находимся, в приличной гостинице, а сервискак в деревне «Драные кальсоны».

Низенькая хрупкая дама возраста «активное долголетие» сверкнула в его сторону черными мышиными глазками и достала смартфон из розового футляра со стразами.

 Нет гудков,  подтвердила она и продолжала уже на повышенных тонах,  Это же черт знает, что такое! Я жду звонка из Союза писателей!

 В этот поздний час?  ехидно поинтересовался голос из темного угла.  Не знал, что в Союзе писателей, как в горячем цехе, производство круглосуточное!

 Ни фига ж себе! Эта «богадельня», в которой состояла моя покойная бабушка, оказывается, до сих пор существует!  присвистнул молодой человек.

 Выбирайте слова, юноша,  строго потребовала дама, но молодое дарование было не остановить.

 Помню, я еще ходил в детский сад, когда бабушка выбивала в Союзе писателей путевку в пансионат «Дуделкино». Чтобы обойти виртуальную очередь, она носила клеркам Союза тортики и даже коньяк,  продолжал парень, нимало не смутившись.  Кому сейчас нужна эта нафталинная лавочкаума не приложу?! Кто-нибудь из вас может назвать мне хоть одного знаменитого члена Союза писателей, живущего в наше время?

 Членство в Союзе писателейпризнание мастерства!  пожилая «Дюймовочка» испепелила молодого человека взглядом, полным презрения, а затем как бы невзначай сообщила:  Мне должны оттуда позвонить. Время суток не имеет значения. Хотят пригласить в Нижний Новгород. Группа местных энтузиастов решила провести День поэзиив честь писателя Боборыкина, он ведь родился в тех краях.

 Жаль, что не в Локарно вас пригласили,  усмехнулся все тот же кудрявый парень.  Если не ошибаюсь, когда-то популярный, а ныне забытый Боборыкин, свалил после революции в Швейцарию, где и умер от старости. Зачетный пацан, свинтил из Совдепии! По крайней мере, не сгнил в сталинских лагерях!

 Не надо завидовать таланту, мой мальчик,  перешла дама в наступление,  зависть иссушает душу. Когда-нибудь и вас пригласят на праздник в честь какого-нибудь отечественного классика.

 Постойте, Боборыкин, воде, был писателем и журналистом, но отнюдь не поэтом,  раздался все тот же голос из темноты, внезапно показавшийся Лине знакомым. Обладатель голоса сидел в дальнем углу фойе, неудивительно, что Лина до сих пор его не заметила.

 Подобные мелочи не имеют значения,  отрезала дама,  мои поклонники живут в самых отдаленных уголках нашей страны и с нетерпением ждут меня в гости. Я ездила и на родину Сергеева-Ценского, Сухово-Кобылина и Мамина-Сибиряка.

 Ох, фамилии-то у всех писателей не простые, а двойные! Признайтесь, вам платили за выступление по двойному тарифу?  съехидничал все тот же голос из темноты.

 Теперь мне понятно, что звезда провинциальных Дней поэзии, делает среди нас, никому не известных прозаиков!  забасил другой мужской голос, принадлежавший писателю-фантасту Егору Капустину. Он выглядел живым воплощением своего жанра: бородатый, в меру лохматый, в растянутом свитере и в рваных джинсах. Этакий писатель-неформал, вечно ниспровергающий устоявшиеся в обществе взгляды. Он саркастически взглянул на поэтессу и предположил, что в нее вселились мятежные души классиков с их помощью она надеется отвоевать у конкурентов место под солнцем, то бишь, в душе Ильинской. Дескать, поэтесса рассчитывает срубить в награду за усердие неплохой гонорар.

 Высокая поэзия не приносит денег, однако хорошо питаться хочется всем,  парировала Дюймовочка:  Вы тоже явились сюда не за тем, чтобы создавать шедевры. Признайтесь: каждый из вас собирается написать нечто по заказу Ильинской, выиграть конкурс и получить обещанные денежки.

 Да, это входит в мои планы, и я не стыжусь этого. Разве плохо быть успешным?  подтвердил ее догадки кудрявый юноша.  Бабло никому еще не причинило зло!

 Интересно, за чей счет банкет?  спросил Егор Капустин. Судя по всему, он был человеком, не склонным витать в облаках.  Короче, кто спонсирует наши будущие тиражи и гонорары? Что-то слишком заманчиво, то бишь, обманчиво звучит для нашего времени.

 Возможно, это промо-акция или маркетинговый ход какого-нибудь крупного издательства,  сказал юноша. Лина посмотрела на него с уважением, потому что не умела так легко жонглировать современными коммерческими терминами.

 Сдается мне, что насчет тиражей обычное вранье,  снова подал голос Егор Капустин.  А вот за издание книги в бумажном виде и за небольшой гонорарчик можно побороться. Да и знакомство с Ильинской, имеющей обширные связи в издательских кругах, не помешает.

 Вот и славно, желаю удачи в честной борьбе,  сказала Дюймовочка. В этот раз ее голосок прозвучал в тишине звонко, почти ангельски. Поэтесса легко поднялась с места и направилась к лифту. Сзади дама была похожа на тринадцатилетнего подростка, но теперь никого из собравшихся хрупкая внешность не обманула бы. Они поняли, что в миниатюрном теле поэтессы живет душа самурая, готового растерзать всякого, кто посмеет усомниться в ее месте дамы на литературном Олимпе.

 Ладно, френды, я тоже отчисляюсь из вашей тусы,  буркнул юноша.  Вай-фай не работает, пошел смотреть сериал «Бухло» на ноуте.

 Кто такие?  спросила Лина Егора Капустина, когда странная парочка скрылась из вида.

 Дама с амбициямипоэтесса Мария Кармини,  сообщил Егор с усмешкой.  Как говорили в советское время, «широко известная в узких кругах».

Писатели, задержавшиеся в холле несмотря на поздний час, были не прочь посплетничать.

«Как быстро они забыли смерть несчастного Биркина!  подумала Лина с горечью.  К сожалению, все писателиэгоцентрики, думают и говорят только о себе. Как легко они поверили в предлагаемые объяснения несчастья, потому что зациклены на своем творчестве и не хотят отвлекаться от собственных дел и планов. Справедливости ради надо заметить, что я мало от них отличаюсь».

Между тем Егор рассказывал благодарной аудитории про Марию Кармини. Это было настоящее представление в лицах. По его словам, узкий круг поклонниц поэтессы состоял, главным образом, из романтически настроенных пенсионерок. Дескать, дамочка страдает ярко выраженной манией величия и вхожа в возрастную мафию, окопавшуюся в Союзе писателей и охраняющую свой окоп до последнего патрона. Однажды поэтесса попала в нужную колею и с тех пор разъезжает за казенный счет по городам и весям, чтобы прочитать один-два стишка со сцены и потом спокойно ждать банкета. Как говорится, «работает за еду». Старушки обожают стихи о любви, так что аудитория Кармини по мере старения населения только увеличивается. Особенно повезло Марии Петровне, когда в столице появилась мода на «Активное долголетие». Эту программу эффективно продвигает столичная мэрия, разумеется, выделяя на нее солиднные средства. Кармини туда внедрилась и теперь частенько выступает перед пенсионерками по Зумму за небольшую зарплату.

Лина с изумлением узнала от Егора, что в нашем духовно богатом Отечестве местные власти постоянно организуют по городам и весям Дни поэзии. Официальная причина: чтобы поддерживать культурную жизнь, которая едва теплится в регионах. Неофициальная же такова: в регионах тоже не лохи сидят. Местным чиновникам, как и столичным собратьям, хочется попилить бюджетные крохи, которые выделяет Минкульт на подобные мероприятия. Между прочим, «литературный туризм» за казенный счет очень популярен в кругу пожилых поэтов. Впрочем, что еще делать на пенсии? Крестиком вышивать? Сериалы смотреть? А тут, как говорил старик Крылов, готов «и стол, и дом», а также благодарная публика. В общем, «Ты все пелаэто дело!». Кстати говоря, зимой в регионах тоже проходят подобные праздники. Их проводят в тех заметенных снегом городках, которым повезло стать родиной классиков нашей словесности. Зимой наряду со стихами там в почете блины, хороводы на снегу и катание на тройках.

Егор справедливости ради заметил, что творчество Марии Кармини зрительницы всегда встречают на ура. Постоянные герои ее творенийковарные любовники лирической героини и их законные жены, разумеется, законченные мерзавки. Между тем, имя Марии Карминни давно известно Пенсионному фонду, поскольку девушке уже минуло шестьдесят годков.