Выбираемся из машин очередные объятья. Как-то раз я прочитал, что церемония объятий появилась тогда, когда надо было обыскать того, с кем обнимаешься, на предмет скрытой под одеждой кольчуги или ножа за поясом. С тех пор, по крайней мере в криминальном мире, ничего не изменилось.
Как жизнь?
Норм С тобой?
Да
Быстро шепчу на ухо:
Бандосами своими не свети, будь скромнее. Отцу скажу.
Вслух это нельзя, а на ухо можно. Нельзя публично ронять авторитет мужчины, тем болеекавказского мужчины.
И уже громко, с шутливым наездом:
Товар показывай, да
Вскрываем таможенные пломбыони уже украинские, но пломбиратор у нас есть. Юридически товар пойдет через Украину транзитом, но уже на Украине он «пропадет» схема «оборванного транзита», придумал ее Курченко, ставший на этом самым молодым миллиардером Украины, но он применял ее к топливуа мы так водяру и сиги возим. И нам миллиардерами не надо, нам бы миллионерамии то ладно. Ну мультимиллионерами. Наполовину разгружаем, достаем бутылку, вскрываем и разливаем. Отпиваю немного, катаю на языке. Это уже мое требование, я изначально заявил и Бирагу, и старшимкачество должно быть. Нельзя тупо налить в бутылку сивуху или метиловый спирт, отравится ктомы больше потеряем. Мы кидаем государство, и даже не одно, но людей не кидаем.
Пьем. Смакуем. Пьют и украинцы, и Бирагно не я, мне хватит, я за рулем. Остаток весь выпивает Марат он у нас единственный не за рулем, а пьет только так, хоть и мусульманин. Мент, чего с него возьмешь Качествонорм сивухи совсем не чувствуется. Очищенный спирт плюс вода.
Норм выношу вердикт я.
Доброй дороги шумно выдыхает Бираг как обычно?
Да
Это мы про оплату. Деньги уйдут, когда груз примут львовские
Хлопают дверцы машин, тяжело взревывают двигатели. Пошли
Обратный путь. Мы идем первыми, колонна фур тяжело прет за нами. Как тогда с гуманитаркой ходили, только теперь интересная у нас гуманитарка. У самой границы делимся нельзя, чтобы колонна проскакивала сразу вся, а ну как журналисты заснимут, как двадцать фур заходит на территорию ДНР с Ростовской области, то-то скандал будет. Правда, в последнее время снимать острые репортажи желающих все меньше чревато это. Был тут один, в Донецке про игорную мафию писал, про то, что Донецк становится Лас-Вегасом для всего русского Юга, и всего украинского Востока заодно, что особый режим автономной территории в составе Украины используется в своих целях мафиозными группировками, связанными как с Банковой, так и с Кремлем. Недавно пропал
Я заруливаю на таможню и останавливаюсь. Тут я буду стоять, пока крайняя фура не пройдет, потом догоню. Племянник спит на переднем, а вот Марат куда-то собрался.
Ты куда?
Да живот прищемило что-то
Фуры проходят за два часа, они соберутся там, дальше, на одной из стоянок. Снова заходим на территорию Украины и мы, доезжаем до «Приуса». Марат похоже, и в самом деле съел что-то вон в поту весь. Я тоже еле на ногах стою, но по другой причинене спал, да еще и нервы. Выхлебываю одну за другой две «Флешки» популярный тут тонизирующий напиток. Говорят, по печени бьет, а что делать? Ничего, доведу колонну, такой расслабон устрою. Первый раз сразу двадцать фур ведем
Полицейский «Приус» с цветомузыкой устремляется вперед, в ночь, а я немного приторможу. Есть тут еще дельце
Одна из фур сломалась, я обхожу ее, мигаю фарамидавай за мной.
Тут недалеко
Условная точка находится недалеко от нулябывшей линии размежевания между украинскими силами и ДНР. Сейчас линия размежевания напоминает о себе лишь сломанными деревьями да постепенно осыпающимися, оплывающими, зарастающими травой капонирами. Посты остались, но войсковые соединения действительно отведены. Фронта больше нет, на линии разграничения миротворцы стоят, но не везде.
Кругом поля, далекие терриконы да посадки вдалеке село до войны под тысячу жило, сейчас хорошо, если двести стариков и старух наберетсяте, кому некуда идти. Нищая украинская глубинка. Бездарная, слитая, не то выигранная, не то проигранная война
Нам сюда.
«Мерседес» взревывает, пытаясь тащить тяжеленную фуру через хлябь некогда рокадной дороги хрипит, но тащитя специально на эту фуру мощную голову поставил, не «Сканию-Гриффин» для бедных какую ни то. Наконец, останавливается. За рулем Олежа, свой парень, напарник еготоже. Втроем справимся
Открываем фуру. Снимаем ряд с бутылками иначе никак. За нимбольшие ящики. Я тут был давеча, место подобрал и даже пометилкоординаты по GPS взял. Большой блиндаж, там мы и заложим нычку
Выстилаем все толстой пленкой, задуваем возможные щели строительной пеной. Потом начинаем спускать вниз и таскать в образовавшуюся нычку ящики. Еще бросим губкичтобы воду впитывало.
Ящиков должно быть шестнадцать.
Открываем один из ящиков наугад. Тамвосемь стареньких, но годных «ксюх», каждая в индивидуальном запаянном пакете. В других ящикахвнасыпку «макаровы», СВМ и СВД с оптикой. Патроны этого добра можно и в магазине купить, но тут патроны необычные. Бронебойно-зажигательные, бронебойные, трассирующие
Наконец, отдельноподарок лично от генерала Бояркина донецкому сопротивлению. Две ОСВ-96, по двести сбалансированных снайперских патронов новосибирского производства к ним. Винтовки были отгружены большой партией сирийскому спецназу, потом были изъяты у боевиков, и отследить их невозможно.
Четыре коробки с водкой кладу от себяподарок тем, кто придет. Это не потому, что русские без водки не могут, водка нужна и для дезинфекции, и чтобы согреться, и как валютана водку можно все что угодно выменять. Мелькает мысль, что не стоит себя так явно светить, но потом думаю, хрен с ним. Отбрехаюсь в случае чего. Это бухло вездехоть оптом, хоть в розницу.
Закрываем. Закапываем. Пусть лежит. И удачи тем, кто придет
Там, вдалеке, едва заметный свет на горизонтеэто Славянск. Город, откуда все начиналось и где было начало конца. Может быть, он же станет и новым началом
С трудом выбираемся на трассу. «Мерс» грязнее грязи, «Патруль» не лучше. Даю последние указания Олегу.
Гони в темпе, я помедленнее поеду. Увидишь мойкумашину помой. И как договаривались
Нет вопросов «Мерседес» стартует в ночь
А я минут пять постою, потом поеду
А вы как думали, будет? Сделаем шито-крыто и обо всем забудем? Да нет, мои маленькие друзья, не получится так. Ни хрена не получится, и все это понимают. Никто не забыт и ничто не забытони концлагерь в Краматорске, ни харковская крытка, ни одесские жареные колорады, ни «донецкая мадонна» мать с ребенком, которую настиг украинский снаряд. За все придется платить. Может, лет сорок-пятьдесят назад все бы и прокатило. Но не сейчас. Время сейчас такоевойны начинаются, но не заканчиваются, потому что проигравшая сторона неизменно переходит к террору. А специфика Украины в том, что здесь проигравшими чувствуют себя обе стороны.
И мне плевать, правильно это или нет. Потому что люди, которых сожгли в Одессе, были русские. И та мать с ребенком тоже была русская.
И ярусский.
Свет фар внезапно высвечивает стоящий на обочине «Приус» мы уже прошли Донецкую область и ушли на Полтаву. Тот, не тот? Останавливаюсь что могло произойти?
Обхожу машинутот! От открывшейся в свете фар картины холодеет внутри Ильдар у машины делает кому-то искусственное дыхание. Мелькнула мысльчеловека сбили но нет, ни хрена.
Марат это.
Отталкиваю его хватаю руку пульс не поймуесть или нет.
Что случилось?
Он я не знаю захрипел говорил, что плохо ему
В «Швыдкую» звони!
Да звонил! Какая сейчас «Швыдкая»?!
Это точно. В постмайданной Украине денег на «Скорую» нет. Тем более в провинции и ночью
И у меня сердце колотится, как сумасшедшее
Искусственное дыхание можешь?
Да!
Делай! А я на трассу!
Надо машину поймать. Любую. А то так и сдохнем тут
Полтавская область, Украина
Центральная больница
21 февраля 2022 года
Короче говоря задаю я своему ангелу-хранителю работы. Ох задаю