Я уже понял, что этот уоррент гораздо умнее, чем кажется. Потому совсем не удивляюсь его уточняющему вопросу:
Красный, синий, серый?
Так точно киваю в ответ.
Под верстакомметаллический ящик. Код замкаодин один один. Положишь на место потом
Спасибо!
Следующие двадцать минут я отпиливаю, зачищаю, сгибаю, скрепляю, и вообще занимаюсь тем, чего от себя не ожидал. То есть, такое было бы логично со стороны Атени, но уж ято Однако, поддаюсь этому странному порыву. И из мастерской выхожу через двадцать минут с планкой, которую украшают сделанные мной собственноручно из эмалированной жести цвета ленты Киженцовского погранотряда: багровый, голубой и серый.
Шагаю в столовую, когда по боковой дорожке на встречном курсе ко мне выходит какой-то пузатый полковник, явно из тылового обеспечения, но почему-то в белой парадной форме флота. Загадочно. Пытаюсь пройти мимо него, машинально отдав честь, но он достаточно быстро успевает стать у меня на пути:
Сержант, смирно! я вас не отпускал!
Из памяти Атени, этостандартный шаблон ситуации. И решение тоже стандартное:
Вы не имеете права меня ни отпускать, ни задерживать, мастер. Вы не являетесь старшим должностным лицом моего подразделения.
Пока отвечаю, лихорадочно вспоминаю, на кого он похож. Хорошо, что Атенипограничник и в лицах сечёт, довспоминался: если худого старосту группы состарить лет на тридцать, накормить и дать потолстетьполучится вот такой персонаж. Видимо, родственник или даже отец.
Сильно умный? шипит этот странный тыловик. Смиррно! Я кому сказал!
Теперь даже не задумываюсь. Я б и у себя дома этого не терпел, особенно после начала войны. А уж тут-то, с местными аборигенами Без церемоний, бью бравого флотского тыловика по зубам, сбиваю с ног, стягиваю руки за спиной своим аксельбантом, как обрезком стропы (вот и пригодились, как в воду глядел!) и громко ору, привлекая внимание ближайших Трубачей Декана:
ТРЕВОГА! НАПАДЕНИЕ НА ТЕРРИТОРИИ ЧАСТИ!
Далее продолжаю громко свистеть.
Через полминуты приносится патруль во главе с субедаром и, хлопая глазами на увиденное, вопрошает:
В чём дело?
Господин субедар, вытягиваюсь, неизвестный в форме флота, со штатом интенданта в петлицах, не знающий правил обращения в действующей армии и не знающий знаков различия погранвойск! Пытался применить силу в адрес курсант-хавилдара действительной службы! Попытка пресечена, неизвестный задержан!
Пока субедар, явно тормозя, размышляет, что с этим делать, вслед за мной на аллее появляется дед-уоррент.
Господин субедар, разрешите обратиться? козыряет он. Я всё видел. Жду Вашего распоряжения проследовать в дежурный сектор для составления протокола задержания.
* * *
Что местные тёрки с единственным недворянином на курсе перейдут в разряд подключения каких-то родственников, уоррент, как местный, просветил меня с самого начала. Пусть слова «оппозиция» тут не знают, но свои кастовые интересы все понимают очень хорошо. И простолюдины, у которых есть живой пример моей вертикальной ротации, будут защищать такой пример, как своих детей. Это дед мне тоже подробно растолковал.
Знамя, паря, в бою порой важнее трубки Брауна. И я с ним во многом согласен
Вообще-то я планировал немного иное. И на помощь деда рассчитывал по другому поводу. Но так тоже хорошо получилось. Теперь субедару не остаётся ничего кроме как действовать по уставу.
Задержанного уводят на «губу», не слушая его угроз всеми карами небесными, мы с уоррентом кратко в рапорте излагаем обстоятельства, и я несусь на обед. Предварительно выяснив у деда, что это за хмырь:
Так вестимо, паря. Дядя это одного из курсантов с тобой на курсе, чернявый такой, тощий. Мы с ними, даром что онибаза флотаснабжаемся с одного продуктового склада. Иногда по логистике, чтоб сэкономить время, одной развозкой: вначале она у нас разгружается, потом к ним едет и выгружает остаток. В этом случае, он прибывает сюда, чтоб принять всё по количеству в момент выхода от нассам понимаешь, без присмотра нельзя. Так-то он тут бывает. И с нашим таким жено я тебе этого не говорил.
Большая шишка? задумываюсь.
Как все тыловикипожимает плечами уоррент. Но ты не боись, всё по уставу. Наши что декан, что Валеринормальные мужики. И для них авторитетов нет, кроме Её Августейшества. Так что, можешь ничего не опасаться.
* * *
Третьей парой идёт математика. Тут вздыхаю с облегчением. Математике я их всех могу поучить сам, включая преподавателя, нескладного брюнета в штатском и в очках.
После математики, история с тыловиком в белом получает своё продолжение. За мной прибегает посыльный из штаба, то есть из деканата, обращается подчёркнуто по уставу и просит проследовать в первый специальный отдел. На мою просьбу проводить, отвечает «Слушаюсь!».
Первый специальный отдел оказывается целым отдельно стоящим зданием, имеющим свой заборчик, дежурного у калитки и вывеской «СВЯЗЬ» над калиткой. Посыльный провожает меня до входа, козыряет и испаряется. В коридоре из открытой двери ближайшего помещения слышу голос Валери:
Курсант Атени, зайдите!
В помещении шестеро: сам Валери, дед-уоррент, незнакомый мужик в штатском, известный уже тыловик в белой форме, но почему-то помятой и местами порваннойстранно, этого не было, когда мы расставались, вероятно, «губа» ему люлей довесила; и двое в форме военной юстициисубедар и субедар-майор.
Субедар-майор представляется:
Помощник военного прокурора гарнизона Юст. И далее обращается строго в соответствии с регламентом, на что я рассчитывал, но боялся ожидать; видимо, сказывались ещё старые рефлексы «не бодаться» со «всемогущими» тыловиками. Господин хавилдар, вы приглашены свидетелем по факту жалобы Деканата Колледжа на неподобающее поведение старшего офицерского чина на территории вашей части (ну да, какая ни смешная, а колледжотдельная часть). Военной прокуратуре всё ясно, но ответьте, пожалуйста, на пару вопросов.
Всё, чем могу! вытягиваюсь. В этом мире, насколько могу судить по памяти Атени, справедливость хоть и есть, но в спорах дворянина с простолюдином работает не часто. Такое отношение вызывает как минимум благодарность даже у меня, не то что у видавшего тут виды Атени.
Чем были вызваны ваши претензии к полковнику Бажи?
Разрешите спросить, кто есть полковник Бажи, господин субедар-майор? Данное лицоуказываю на помятого полковникав нарушение регламента, обратилось к хавилдару действительной службы, не своей воинской части, кавалеру креста «ЗА ДОБЛЕСТЬ», без указания титула «ГОСПОДИН», на ты, и с игнорированием воинского звания!
Да что ты несёшь! вскидывается полковник, но мужик в штатском останавливает его одним движением руки.
Он назвал меня сержантом, господин субедар-майор! Продолжаю. Следовательно, он не отличает сержанта вооружённых сил от хавилдара погранвойск, господин субедар-майор! Я здесь второй день, по регламенту моей последней воинской части, данное поведение квалифицируется либо как подозрительные действия неустановленного лица на территории воинской части! Либокак преступное неуважение к Багровому Стягу Киженцовского погранотряда! Знаки различия которого чётко видны в моём штате! кошусь взглядом на ленту при орденской планке, самостоятельно изготовленную утром.
Ваша последняя воинская часть, господин хавилдар? Спрашивает субедар, заполняющий что-то карандашом на листе бумаги.
Багрового Стяга киженцовский погранотряд. Южно-ужумский пограничный округ.
Подтверждаю, бросает Валери. Я лично свидетельствовал редакцию хавилдаром Атени своего личного дела, произведённую в чётком соответствии с Приказом Секретариата Её Августейшества касательно временно оккупированных территорий.
Будете подавать заявление об оскорблении Стяга предыдущей части? сухо интересуется субедар. Замечаю, что Валери горизонтально проводит ладонью над столом. Тут лучше тогда по уставу, перевожу стрелки:
В настоящее время, куратором курса и моим непосредственным начальником является подполковник Валери. Не считаю возможным действовать несогласованно с текущим начальством. Господин подполковник, обращаюсь к нему напрямую, прошу выступить моим представителем в данном вопросе!