Ты уверен, что в этом есть смысл? с явным сомнением в голосе спрашивает Алтынай.
Сейчас и ты будешь уверена. Моркови можно собирать десять мерных мешков вот с такого квадрата земли, как этот, указываю глазами на нашу «грядку», переводя попутно в местные меры урожайность в размере пятидесяти тонн с гектара. А свеклы такой квадрат может дать ещё в полтора-два раза больше.
Свекла настолько лучше растёт? Алтынай, услышав цифры и прикинув их к своим реалиями, широко открыла глаза, почти сравнявшись в их ширине со мной.
Да. Свекла в полтора-два раза урожайнее моркови, подтверждаю. Там, правда, есть тонкости: не сеять на одном месте, особенно урожайные виды
У них тоже есть виды? ещё шире раскрывает глаза Алтынай.
У лошадей есть разные породы? отвечаю вопросом на вопрос. Или все лошади в мире одинаковые? И коровы попутно?
Конечно, - уверенно кивает Алтынай и собирается развиваться дальше, но я её перебиваю:
Вот у свеклы и морковки есть такие же породы. В общем, при многолетнем выращивании на одном и том же месте есть свои тонкости, но о них поговорим не сейчас. Вот теперь ты мне скажи, ханская дочь. Если у вас было бы засажено сто таких квадратов. Это бы помогло перезимовать?
Алтынай надолго выпадает из разговора, молча кивая мне в ответ и прикидывая в уме большие числа, оперировать которыми явно не привыкла.
В отличие от неё, я уже мысленно поделил пятьдесят тонн на пятьсот человек и получил центнер корнеплодов на каждого. Что совсем не плохо. И, если не учитывать психологических моментов переключения кочевников с привычного мяса «на траву», то этот центнергарантия выживания.
Теперь жду, когда этот расклад в цифрах дойдёт до Алтынай, которая считает намного медленнее меня.
__________
Примечание.
Киоск «ОВОЩИ-ФРУКТЫ» в Казахстане называется «Фрукты-ягоды»:-) «Жемісжидек»
Глава 8
Алтынай наконец справляется с подсчётами:
Получается по два мерных мешка на каждого человека в этом стойбище. Это же много! Только и говорит она, в очередной раз широко открывая глаза и удивлённо глядя на меня.
Этого более чем достаточно, чтоб выжить, киваю я. Если отставить в сторону вопросы психологического дискомфорта при смене диеты. Только не спрашивай, ради Аллаха, что это такое, сестра
Не спрашивать про психологический дискомфорт или про диету? улыбается Алтынай. Потому что я не поняла ни одного, ни второго.
Про оба не спрашивай, складываю ладони вместе в жесте просьбы.
А зачем ты тогда говоришь такие слова, которые не имеют смысла? И если я их всё рано не понимаю?
Хм. Хороший вопрос. Потому что с тобой я говорю то, что думаю, сестра. И не думаю, что говорить. Честно отвечаю, подумав пару секунд. Видимо, расслабился и ленюсь подбирать слова. И следить за языком.
Да ладно, я поняла и так, Алтынай прикасается кончиками пальцев к сгибу моего локтя, улыбаясь. Так смешно, когда ты что-то очевидное так серьёзно объясняешь считая меня маленькой Слушай, а откуда ты так хорошо разбираешься в выращивании растений? спрашивает через пару минут Алтынай, дожевав таки половинку сырой свеклы и снова широко раскрывая свои азиатские глаза. Ты же солдат? А рассказал сейчас за целый кишлак земледелов. Потомственных. Живущих южнее пуштунов, во-о-он за теми горами.
Поскольку она очень тонко чувствует неправду (а вываливать на неё всё будет неправильным, несмотря на то, что секретов от неё у меня нет), я очень тщательно подбираю слова в ответ:
Сестра, я служил не только в армии. Ещё я служил на флоте. Раньше. Вот в те времена, когда я служил на флоте, мне приходилось знать и запоминать очень многое, в том числе не связанное с самим флотом напрямую. В рамках получаемых и выполняемых заданий.
Неужели и про свеклу с морковкой тоже? не перестаёт удивляться Алтынай.
Да. Ну, не столько по свеклу и морковку. Там это называлось «ресурсность производственных площадей в сельском хозяйстве». «Ресурсность» в данном случае значит «способность». Ну и кроме того, я очень немало бывал в деревне. И когда маленький был, тоже. Вот уж что-что, а свекла и морковка в тех местах, где я рос, ни для кого не секрет
Не уточняю отдельно, что это были за армия и флот, и в насколько разных местах они находились и находятся. И где именно в детстве в деревне я упражнялся на свекле, моркови и картошке, тоже не уточняю (последней, кстати, тут и не водится). А Алтынай и не спрашивает специально.
Я сейчас обдумываю всё, услышанное от тебя, серьёзно говорит Алтынай. Пока ничего не решила. Но, кажется, всё идет к тому, что запас на такие непредвиденные, как неожиданный голод, случаи имеет смысл.
__________
Первый магический колледж.
Кабинет Декана.
С одной стороны длинного овального стола сидят подполковник Валери, Декан и уоррент, одетый сегодня в добротный штатский костюм и никак не походящий на своё обычное амплуа служаки из низов.
По уорренту чётко видно, что он весь день провёл на встречах и в общении, поскольку он по инерции продолжает что-то обдумывать, не фокусируясь на происходящем и глядя «сквозь» собеседников. Как будто не желая выныривать из собственных размышлений.
С другой стороны стола сидят Пун в форме джемадара и мэтр Хлопани. В отличие от собеседников европейской внешности, лица Пуна и Хлопани безмятежно спокойны. Настолько, что Валери беззлобно бросает в их адрес:
Хорошо, что есть среди нас те, кто не волнуется.
Не о чем волноваться, синхронно отвечают Пун и Хлопани, после чего удивлённо смотрят друг на друга и взрываются коротким смешком хохота.
Вероятно, каждому из нас известно что-то своё, дипломатично сглаживает углы Пун, и, видимо, информация каждого из нас успокаивает его ровно в той мере, которой хватает для того, чтоб не нервничать.
Именно у нас, я сейчас о магической специализации, своё отношение к смерти, улыбается уголком рта Хлопани. Особенно в отношении такой нетривиальной личности, как мой ученик
К делу, господа! Декан отрывается от личного связного амулета, с которым он уже давно, несколько недель, работает, не стесняясь, при присутствующих. Нарушая имеющиеся инструкции, но абсолютно от присутствующих не таясь.
Так ведь Вас ждём, господин Декан, без какого-либо пиетета пожимает плечами Пун, придвигаясь ближе к столу.
Впрочем, к этой его манере все уже тоже давно привыкли: Валери как-то пару недель назад, на фуршете, общаясь без чинов, в присутствии Декана и кое-кого из старших офицеров Генштаба, пользуясь близкими отношениями, спросил Пуна в лоб после пары полных бокалов бренди:
Джемадар, а как вам удаётся сохранять единый тон и с высшим дворянством, и с не имеющими чинов, регалий и титулов? Давно хотел спросить, но шёл на поводу у правил приличия и сдерживался
А что изменилось сейчас? вклинилась со смехом в разговор доктор Лю, державшая Пуна под локоть и сиявшая всеми дворянскими регалиями, в отличие от самого Пуна. Принципиально носившего все жетоны под формой, а не навыпуск. Решил плюнуть на приличия? Или Дом Валери решил презреть этикет?
Да ну, тут все свои, отмахнулся Валери. Да и выпил вот, он указал глазами на несколько пустых и полных бокалов бренди. И меня давно мучает зависть: так хочется иногда общаться без расшаркиваний, ненужного пафоса и не скрывая, что думаешь
Присутствующие дружно смеются после этих слов, а Пун отвечает:
Господин подполковник, у меня три причины. Первая: чего мне бояться? Лично мой ответ на этот вопрос: мне бояться нечего. Дуэлей я, по ряду субъективных причин, давно не опасаюсь. После одного блок-поста А официальные наказания налагать лично на меня, вы сами знаете, кто имеет исключительное право. И пока этот человек этим правом не злоупотреблял.
Присутствующие, за исключением Декана, Лю и Валери, немного напрягаются, пытаясь угадать, что стоит за словами джемадара, но задавать прямых вопросов не принято.
А Пун продолжает:
В случае же гипотетической ситуации моей вины; а как меня, если что, наказывать??? Отправить обратно в Термяз? В погранотряд? Или на другую границу? Смею заверить: в любом отряде лично я буду себя чувствовать гораздо комфортнее, чем тут. Именно потому, что мне действительно всё равно, с кем общаться, если люди достойные. По моему опыту, на границе в отрядах таких людей Лю незаметно толкает Пуна локтем в бок, и он, улыбнувшись, заканчивает, ничуть не меньше, чем в иных местах.