Акбар слыхал откуда-то издалека, что у местной императрицы вроде как есть традиция: вместе с посвящением в дворянство, здесь могли выдать какой-то ярлык, наделяющий отличившегося чуть не правами самого самодержца. Называлось непотребство «институтом соратников».
Насколько знал сам Акбар, такие ярлыки обычно не использовались ни для чего иного, как набивание собственной мошны, желательно в богатенькой провинции и подальше от местной столицы.
И надо же было так «повезти» именно ему, что с таким ярлыком, но уже в свой адрес, столкнулся лично он.
« в качестве исправления ранее эмитированных ошибочных решений, считать недействительным»
В принципе, с бумажкой можно было бы и побороться. Не совсем красиво, когда решение «руки» монарха отменяет какая-то мелкая сошка в лице безвестного джемадара (кстати, а не тот ли это мальчишка со склада?!).
Но для того, чтоб вернуть все привилегии и права (без каких-либо обязательств, хе-хе), Акбару нужно было, как минимум, оказаться на свободе. Ещёподёргать за верёвочки того, что в серьёзных местах называется агентурной сетью.
Так-то, даже у него на связи стояли вполне себе серьёзные фигуры из Домов Большой Двадцатки. Которые могли абсолютно законными собственными решениями если и не отменить решение этой бумажки, то, как минимум, дезавуировать её последствия лично для Акбара.
Вопрос позволите? встрепенулся Акбар, заметив, что дознаватель уже с минуту молча смотрит на него.
Извольте.
А у этой бумажки, как можно более пренебрежительный взгляд через стол, есть продолжение? Содержание как будто намекает, что есть второй такой лист. Оно всё только меня касается? Или всех торговых и караванных домов правоверных в принципе? Акбар поднапрягся и изобразил как можно более презрительное и простодушное лицо одновременно.
О, кстати вслед за караванщиком встрепенулся и следователь, на какое-то время тоже уходя в себя. А ведь хорошая мысль
«Шайтан, язык мойвраг мой», чертыхнулся про себя Акбар. «Кажется, сам только что подал тупую и ненужную мысль. Что вообще происходит, если такие решения принимаются таким образом? И попутно: неужели у них кто-то решил навести в стране порядок? А что тогда с привилегиями домов Большой Двадцатки?..»
_________
Эй, служивый, есть дело! выждав четверть часа, обратился к коридорному Акбар.
Вопреки ожиданиям, бить его не стали. После его «удачно» заданного вопроса, дознаватель куда-то моментально заторопился, а самого Акбара вывел во внутренний двор и сдал «на время» какой-то вспомогательной службе (судя по мелким деталям). Которая уже самостоятельно сопроводила его в подвальное помещение откровенно камерного типа.
Золотой дирхам тебе, прямо сейчас, если через пять минут я смогу говорить с вашим начальником по режиму. Акбар, чуть высунувшись в вырванное с мясом маленькое окошко на двери (интересно, а кого тут раньше содержали?..), приветливо помахал в воздухе жёлтым кругляшом.
Что это за заведение, ему пока было не ясно: у него изъяли пилочку для ногтей, складной нож, огниво и трут, но не тронули ни кушака с монетами, ни перстней на пальцах (не говоря уже о цепи на шее. Хотя-я-я, справедливости ради, цепь была из мягкого металла и в качестве подручного средства не годилась).
Уберите деньги, нейтрально пробасил коридорный. Старшего по режиму вам и так позовут, по первому вашему требованию. Это предусмотрено правилами.
Жду с нетерпением! Акбар только что не пританцовывал под дверями.
Ну не идиоты ли. Ладно, не хочешь денег, зови бесплатно.
_________
Я был задержан абсолютно незаконно, вопреки всем имеющимся между нашими государствами договорённостям и соглашениям. Акбар говорил откровенно, без подобострастия, упирая исключительно на правовой аспект. Обвинений мне не предъявили, только дали прочесть какой-то клочок бумаги, на котором обозначалась отмена всех предыдущих соглашений о наших торговых рангах. За что меня арестовали вообще?
Как и сказал коридорный, местный старший по режиму прибыл к Акбару буквально в течение четверти часа. Не чинясь, зашёл внутрь и устроился прямо на кушетке.
Внешний вид бумаги, которую вам показали, никак не отменяет её правовых последствий лично для вас, мягко возразил чиновник. А мылюди подневольные. Есть приказмы его исполняем.
Если приказ незаконен, есть ли возможность его оспорить законным порядком? Акбар, проследив за тщательно скрываемым взглядом посетителя, коротким движением снял с себя платиновую цепь (с медальоном в форме инкрустированной бриллиантами мечети) и так же быстро надел её на шею гостя. Я с Востока, это просто подарок. Вас в любом случае ни к чему не обязывает.
Чиновник многозначительно кивнул и убрал «подарок» под одежду. Став богаче как бы не на половину дома в один момент.
А у вас есть кто-то в нашей стране, кто может послужить источником правовой нормы для скромных служащих следственной тюрьмы? серьёзно спросил местный. Будем откровенны. Мне всё равно, чей приказ исполнять. Я любой исполняю только на «отлично». Но если у вас есть кто-то, обличённый хоть какой-то мало-мальски равноценной властью, я имею в виду ту невзрачную бумагу старший по режиму многозначительно посмотрел на Акбара. И если этот «кто-то» не побоится отдать приказ о вашем освобождении, ижелательноо взятии под его личную охрану
Бояться мне будет нечего? выдал напрашивающееся на язык Акбар.
Собеседник в ответ молча прикрыл глаза.
Ситуация могла быть как ловушкой, так и чистой монетой.
С одной стороны, местные могли таким незамысловатым способом начать тянуть за кончики нитей, составляющих уже сети.
С другой стороны, насильно Акбару никто ничего не навязывал, инициатива исходила от него самого.
Ай, чего терять. Кому нужны сети без Акбара. Ну, то есть, конечно, кому-то, возможно, и нужны. Но Акбару, сгинь он в местных застенках, это будет уже совсем неинтересно.
Я могу связаться с начальником секретариата Дома Виен? караванщик решил не тянуть времени и зайти с козырей.
Упомянутая им семья входила даже не в первую двадцатку, а в первую пятёрку.
Как мне представиться? Что передать? мгновенно подобрался чиновник. И как оговорить лично мою оплату с их стороны?
Давайте обсудим условия, внутренне ликуя, Акбар встал и заходил от двери к стене. Я не особо богат, но и оскорбить вас незначительностью дара благодарности мне бы не хотелось. А вам что-нибудь известно о кассе м о е г о караванного дома, изъятой представителями вашей страны прямо из моего склада?..
Глава 16
Самый большой кабинет Главного Дворца с Государственным Гербом на большом столе для совещаний. Во главе стола сидит пожилая женщина. Напротив неё сидит молодой человек в форме джемадара погранвойск со штатом Термязского погранотряда.
Кроме них в огромном кабинете никого нет.
Тебе знакомо понятие валового внутреннего продукта в стране? с отстранённой и грустной улыбкой спрашивает женщина.
Сумма всех товаров и услуг, произведённых в стране, плюс по мелочи, типа инвестиций, пожимает плечами джемадар. Но я не понимаю, как это всё можно точно учитывать. С моей колокольни, так это и вовсе нереально. Ну либо будет плюс-минус половина от учтённого. Что автоматически делает нецелесообразным всю трудоёмкую процедуру.
Ты смотри, вы там даже экономику проходите, что ли, в своих дырах искренне удивляется женщина.
Вот это было обидно. Во-первых, у нас на заставах не пьют. По крайней мере, на тех, которые на границе с Султанатом, поправляется пограничник. Во-вторых, есть же экзаменационный минимум на офицерское звание. У нас он сдаётся сложнее, чем где-либо ещё. В-третьих, раз не пьём, свободное время надо куда-то девать. Все понемногу учатся. Некоторые, типа Атени, вон даже в какие серьёзные заведения поступают, хмыкает пограничник. Ни разу не будучи ни дворянами, ни выпускниками лицея либо гимназии.
Не валяй дурака, мягко предлагает женщина. Ты догадываешься, зачем я тебя вызвала?