Всего за 229 руб. Купить полную версию
Местные дуэльные правила немного напоминали отечественные, времён Пушкина и Дантеса. Но именно что немного. Тут тоже полагалось сходиться, но стрелять разрешалось не до «барьера», а после, когда хотя бы один из соперников пересечёт линию боя. Точнее, войдёт в круг для стрельбы. Дальше начиналась игра в кошки-мышки. Вошёл в круг, вышел из круга, вошёл-вышел, вышел-вошёл. Если оба снаружи, стрелять нельзя, кто-то внутриможно. По слухам, из-за таких хитростей некоторые поединки длились по часу и больше.
На здешней арене диаметр стрелкового круга составлял пятьдесят тян (по земному около тридцати пяти метров), самой ареныбольше двухсот. Интеллектуальных прицелов дуэльные бластеры не имели, только простейшие мушки и целики. Поэтому, чтобы попасть в движущегося противника, следовало весьма и весьма постараться.
Подготовка много времени не отняла. Мы скинули с себя обувь, а также рубашки и куртки. «Наличие» голого торса и пяток предполагало отсутствие у противников каких-либо технических приспособлений, усиливающих быстроту, защиту и меткость. Потом получили от Гаса бластеры и специальные пятизарядные батареи. Последние требовалось вставить в оружие уже на арене.
В присыпанную песком котловину мы спускались с разных сторон, на максимальной дальности друг от друга.
Начинайте!послышалось сверху.
Батарея вошла в рукоять, щёлкнул замок, на индикаторе бластера загорелись пять красных полосок.
Затягивать поединок мне не хотелось. Поэтому я просто, без всяких затей, направился к обозначенному светящейся краской кругу, опустив бластер и предоставляя противнику шанс выстрелить первым. Жалко, конечно, что он не выбрал для схватки что-нибудь колюще-режущее. С ножами, штыками или просто на кулачках дуэль могла выглядеть интереснее.
Заметив мой «хитрый» манёвр, бригадир тоже решил особо не мудрствовать и скорым шагом двинулся мне навстречу. Ровно идти по песку он не умелподворачивал ступни, спотыкался, вскидывал для равновесия руки. Видимо, не было практики. В кудусе Перекки, как помнится, навыку правильно двигаться по сыпучей поверхности обучали серьёзно и отводили на это две-три недели.
Выбранная Лу́джером тактика секрета не представляла. Он явно стремился добраться до круга раньше меня. Мотивы понятные: инициатива в этом случае будет на его стороне. Ведь пока я иду к черте, он может переступить её в любую секунду и, сделав выстрел, тут же шагнуть назад, не дав мне ответить.
Так, собственно, и случилось.
Бригадир, даже не отдышавшись, быстро шагнул за линию, пальнул в меня плазмой и сразу отпрянул.
Искажающее поле сработало на отлично.
Огненный сгусток вильнул вверх и вправо буквально за пару тян до «мишени».
Выстрел хороший, меткий, но моя невидимая защита оказалась сильнее.
Оставшиеся до круга два десятка шагов я промчался бегом, и, как только влетел в него, получил от противника ещё одну порцию плазмы. И тоже мимо. А после ещё. А когда до границы осталось меньше пятнадцати тян, около уха просвистел четвёртый заряд, предпоследний.
Лишь тогда мой соперник начал наконец «что-то подозревать», решив отступить подальше, чтобы не нарваться на гарантированные пять зарядов в упор.
Этой возможности я ему не предоставил. Он успел сделать не больше пяти шагов, затем его нога подломилась, и бригадир рухнул навзничь. Ткань на правой штанине дымилась. Плазма из моего бластера угодила точнёхонько в цельв «мясистую» часть бедра.
Чтобы подняться, Луджеру понадобилось секунд пятнадцать.
Всё это время я стоял у границы круга и молча смотрел, как соперник пытается опереться на руки, как подтягивает под себя левую ногу, как, морщась от боли, придерживает подстреленную правую, как всё же встаёт, покачиваясь, и глядит на меня мутным взглядом.
Между нами было всего десять тян.
Я знал, что даже с такой дистанции он в меня не попадёт, а я в негозапросто.
Судя по его обречённому виду, он это тоже знал и никаких иллюзий по исходу дуэли уже не испытывал.
Прошу прощения экселенц был не правслова бригадиру давались с трудом, по его лбу текли капельки пота.Теперь я знаю что делать.
Выдавив из себя последнюю фразу, он медленно поднёс бластер к виску.
Мой выстрел прозвучал раньше. Заряд плазмы выбил оружие из его рук. От удара Лу́джер крутнулся и, потеряв равновесие, вновь брякнулся на песок.
Суицидом, сел бригадир, займётесь после войны. А сейчася выщелкнул из бластера батарею и развернулся к стоящим на краю котловины военным.Медиков сюда! Живо!
Врач и два санитара спустились к нам через минуту.
Жить будет,сообщил доктор ещё через три оборота секундной стрелки.
Я смерил взглядом лежащего на носилках Лу́джера и неспешно продолжил:
Когда вас подлечат, вы займёте место рядового пилота в истребительной эскадрилье особого корпуса. И свои навыки в меткой стрельбе отныне и впредь будете оттачивать лишь на врагах Империи. Приказ понятен?
Я вас не подведу, экселенцпрохрипел он, чуть приподнявшись.Дом Анса́ри исполнит свой долг
Знаешь, кто это был?спросил меня Гас, когда раненого унесли.
Штаб-бригадир, бывший командир УДК «Скарамуш»,пожал я плечами.
Приятель покачал головой и коротко уточнил:
Граф Лу́джер, глава малого дома Ансари
Глава 7
Внеочередное заседание Регентского Совета проходило не как обычно, в Малом Императорском зале, а в небольшом кабинете в дальней части дворца. Присутствовали не все. Кто-то не явился демонстративно, не согласный с политикой регента, кто-то вынужденонаходился вдали от столичной планеты, кого-то просто не пригласили.
Формально регент был в своём праве. Срочность созыва диктовала важность проблемы.
Итак, господа, предварительная информация по инциденту полностью подтвердилась.
Герцог Галья́ обвёл внимательным взглядом сидящих за столом членов Совета. Союзные Галья́ кланы Вио́нцо, Нау́ру, Ла́рдовсе находились на месте. Из шести независимых отсутствовал представитель Барди́. От внезапно ставших противниками кланов Ван Тиль, Со́лмер, Ван Зант, Тиа́ну и Ри́кер заседание почтили свои присутствием только Ван Зант и Ри́кер.
Всегоодиннадцать из пятнадцати, больше двух третей от полного состава Совета. Столько участников для принятия общеимперских решений было достаточно. В своё время такую норму для кворума вытребовали независимые. Иначе они грозились не согласиться с итогами выборов регента и императора. Тогда два союзаГалья и Ван Тильвыступали единым фронтом и легко могли наплевать на мнение меньшинства, однако именно Дарий уговорил остальных пойти навстречу желаниям независимых. Теперь это окупалось сторицей. Сегодня правящие дома Лавуо́но, То́тто, Кели́у, Хоко́ри и Ча́рсен склонялись на сторону регента, а не его оппонентов
Кем подтвердилось? Почему мы должны верить вам на слово?с явным пренебрежением в голосе поинтересовался Стааф Ван Зант, давнишний недруг Дария.
Позвольте мне?кашлянул приглашённый на заседание начальник разведывательного департамента.
Прошу, генерал,кивнул ему регент.
Уважаемые эксленцыразведчик нажал на пульт, над столом появилось голографическое изображение одного из участков Галактики.Как вы уже знаете, налёт на систему Осцитании произошёл трое суток назад. Средствами объективного контроля, агентурными данными и свидетельскими показаниями нам удалось полностью восстановить картину случившегося
Доклад длился двадцать минут.
Члены Совета начальника департамента почти не перебивали, задав лишь пару вопросов и кое-что уточнив. Герцог Галья́ всё это время исподволь наблюдал за участниками заседания. Как и предполагалось, противники регента кривили губы, союзники излучали ледяное спокойствие, неопределившиеся слушали докладчика с неослабевающим интересом.
Всё, что он скажет, Дарию уже было известно. Мало того, никто в этом кабинете ещё не догадывался, что всю правду о событиях у Осцитании и их подоплёке знает здесь только один человексам Дарий
Подвергшаяся нападению система располагалась в секторе дома Галья́.
Обитаемых планет в ней не было, но как ресурсная база она представляла немалый интерес и для клана, и для Империи. Добыча полезных ископаемых давала клану хороший доход, и отдавать его в чьи-то чужие руки в планы герцога не входило.