Всего за 5.99 руб. Купить полную версию
Дождь тоже идти не переставал. Иногда он чередовался с градом, бьющим по крышам, будто россыпь белых жемчужин. Одна твердая градина отскочила ей под ноги. Дездемона наклонилась, подняла ее, и обомлела. Это же настоящая жемчужина! Она лежала на ладони, как белая слеза.
Если весь град состоит из жемчуга, то детворе пора бы уже лазать по тротуару и его собирать, но не травмированных людей кругом просто не осталось. Кто смог убежал, кто не мог идти стонал на мостовой. Дездемоне приходилось перешагивать через останки тел на дороге. От пушечных залпов тела расчленило. Вот под ноги попалась чья-то рука с драгоценным перстнем. Его можно было снять, но, казалось, что рука шевелится и покрывается зелеными чешуйками.
От тумана слезились глаза. Из-за углов раздавались стоны, короткие крики и натужные вздохи, будто там кого-то душили.
Там на улице хаос, говорили приглушенные голоса за окнами запертого питейного заведения. Море вот-вот выйдет из берегов. Существа из глубин уже здесь.
Этого и стоило ожидать. Если одно из них сидит на троне, то и остальные приходят в город и ведут себя тут, как хозяева. Как давно мы не слышали о моргенах?
С тех пор, как им отдали принцессу, которую они хотели заполучить в жертву.
Вот и сейчас, нужно найти девушку, которую они хотят, и тогда они снова уйдут на глубину и не станут вылезать следующую сотню лет.
Дездемона прижалась ухом к переплету окна. Все равно оно запотело так, что через него ничего не разглядеть ни внутри, ни снаружи. Глухие голоса настораживали. О чем они толкуют? Какой-то бред, но доля истины в нем проглядывает. Историю о наследнице престола, отданной насильно в жены морскому царю, знала даже Кандида. Причем мачеха очень жалела, что на нее такого жениха не нашлось. Пусть он и чудовище, но ведь царь же! Дездемона считала иначе. Быть отданной чудовищу пусть даже из благих намерений это самое ужасное, что только можно придумать.
Принцесса Лилофея добровольно пожертвовала собой и спасла нас от нашествий водяных более чем на сто лет. Вывод: жертва нужна добровольная. Где найти такую девушку, которая будет очень красива и настолько глупа или самоотверженна, что сама уйдет в пучину.
Жаль, что еще одной принцессы у Оквилании нет. У старого короля была племянница, но вроде погибла, не оставив потомства.
Беседовавших голосов было несколько. Все гнусавые, глухие и явно подвыпившие. Дездемона с трудом отличала на слух один от другого.
Теперь этот фокус не пройдет, вмешался в разговор кто-то следующий. Послышался стук кружки, поставленной на деревянный стол. Король сам пришел из моря, чтобы нами править. Одной девушки, чтобы с нею уйти назад в пучину, ему будет мало. Даже всех дев Оквилании ему недостаточно. Попомните мое слово, он поправит нами немного, ему надоест, и он затопит все королевство.
А как он может быть сыном той самой Лилофеи, если уже столько лет прошло? спросил кто-то рассудительный.
Может, внук, а не сын. По подсчету лет даже правнуком может оказаться.
Все из-за того, что ты приезжий, не жил возле моря и не прознал, что все девы, которые выжили в пучине, обретают бессмертие, вмешался скрипучий старческий голос.
Вот это уже интересно! Дездемоне захотелось вмешаться в разговор. Она подергала ручку двери. Заперто на щеколду! Никто внутри и не подумал ее впустить, даже после стука.
Это моргены дурачатся! кто-то сплюнул внутри пивной через плечо. Хотят нас перебить, но сюда им не попасть. Я начертил у двери оберегающие символы. Меня старая гадалка обучила. Правда, я смышленый?
А вдруг там человек, который ищет убежища?
Все кто выжили, уже разбежались по домам. По городу бродят только они
Кто они? Дездемона прислушивалась, но не могла сообразить. Кто такие моргены? Слово повторялось многократно и явно ассоциировалось с существами, выползшими из моря. Но кто кроме раков и крабов способен выползти на берег?
За спиной раздались крики. Дездемона оглянулась и не поверила глазам. Щупальца тумана действительно душили людей. Они вцеплялись в горло бегущим, как зеленые бечевки с когтями и перепонками, сдавливали, и люди, падали, задыхаясь. Закончив с прохожими, они потянулись за ней.
Отоприте! Дезмона забарабанила в дверь. Я леди, приехавшая на коронацию из Адара. Мне некуда бежать. Мой дом далеко.
Не верьте, монотонно отозвался кто-то внутри. Они сумеют прикинуться даже вашими близкими, если захотят. Моргены мастера колдовства. Если б не мои знаки под порогом эта самая леди просочилась бы под дверь потоком пенистой воды и утопила всех нас.
Они сумасшедшие! Дездемона с досады пнула дверь ногой. Никто не среагировал. Зато звуки той же самой монотонной беседы возобновились.
Дождь не кончается слишком долго. Улицы уже обращаются в каналы сточной воды. Если ливень продлится больше дня, нам несдобровать
Нам же говорили, что грядет король из моря, который превратит страну в морской ад. А мы не верили.
Он все тут затопит?
Хорошо бы он нашел себе очередную принцессу Лилофею, как когда-то его отец и убрался бы восвояси вместе со всеми своим водяными полчищами.
А кто тогда станет королем Оквилании?
Уж найдутся желающие. Дальняя родня покойного короля (седьмая вода на киселе, правда, но все же родня) правит Султанитом.
Но сможет ли кто-то из них уберечь нас от тварей из моря. Они придут с прибоем, если следующий король не сумеет заключить с ними договор на грядущие столетие.
Я слышал, какой-то договор был, но из-за давности утратил силу.
Дездемоне уже было не до подслушивания чужой беседы. Зеленые щупальца тумана вцепились ей в волосы, потянули за курчавые пряди. Что-то обвилось вокруг шеи, как ожерелье, сдавило удавкой и начало душить. Глаза закатились, дыхание оборвалось. Дездемона ощутила слабость в коленках, а вот жемчужина нагрелась в руке.
Туман вдруг отпустил. Ни с того ни с сего! Щупальца метнулись дальше по улице. Почему ползущий туман напоминает ей чудовищные клешни? Может, потому что так оно и есть. На шее осталось ожерелье из синяков.
Зная, что посетители пивной, ее не пустят в свое незатейливое укрытие, Дездемона побрела вперед. Карета с мачехой давно уехала. Сама до дома она не дойдет. Нужен либо резвый конь, либо ладья, чтобы доплыть до Адара по водному каналу. Только перед водой Дездемона начала испытывать такой же страх, как перед туманом. Из крупных луж на дороге звали голоса. Они называли ее то по имени, то по титулу. Один раз даже почудилось, что голос покойной матери ее зовет.
В тумане тоже раздавались шепоты.
Она или не она?
Его судьба?
Точно не новая жрица?
Дездемона беспомощно озиралась по сторонам. В одной крупной луже, залившей пол-улицы, она разглядела свое отражение. Вроде с лицом все нормально. Никакой сыпи. Так почему же те существа шарахались от нее так, будто у нее рога растут из головы вместо изящной тиары?
По воде от ветра шла рябь. Капель дождя, казалось, складывается на поверхности лужи в причудливую надпись. Миг, и вместо собственного отражения перед Дездемоной снова предстало то лицо, которое уже напугало ее в пруду. Оно было целиком зеленым, обрамленным червями вместо волос. В ноздрях крючковатого носа росли две жемчужины и еще одна на подбородке. Во лбу горел третий глаз желтого цвета. Зрачка в нем не было, как впрочем, и в паре оранжевых глаз у переносицы.
Зеленые губы осклабились при виде Дезмоны. Тварь в луже ее видела, как и она ее. Так эта ведьма в воде только отражается или и впрямь сидит в ней? Дездемона решилась на отчаянный жест и опустила руку в воду. Никого она под водой не нащупала, а мерзкое лицо захохотало. Смех был реальным. Он несся по улице.
Помни о моем пророчестве! усмехнулось ведьминское лицо. Обычно я беру за пророчества оплату в виде капли крови, но тебе сказала авансом. И ты меня не забудь, когда будешь вхожа к влиятельным особам.
Неприятный голос резанул по слуху, как барабанная дробь.
Дездемона хотела обойти лужу, но сухого пространства вокруг нее просто не осталось. Пришлось развернуться назад, и зайти в мрачный переулок. Зеленые существа небольшого роста ползали там по стенам. Они напоминали жаб. Дездемону ни одно из них не тронуло. Она проскользнула мимо.