К федералам я спустился, на всякий случай держа руки перед собой. Почему? А потому, что полиция, простите, охренела вконец. Дело в том, что в США не существует такого понятия, как УПК, Уголовно-процессуальный кодекс, а есть чертова тьма судебных прецедентов. И нет закона о полициив каждом штате все устроено по-своему. Но почти везде используется концепция officer safety first. И это означает, что офицер может тупо пристрелить тебя, если офицеру что-то не понравится или если он найдет к этому малейший повод. Таких случаев было уже немало, и вообще в последнее время многим кажется, что мы находимся в оккупированной полицией и федералами стране. Например, вы слышали, что недавно отчудила полиция Орегона? Теперь их департамент наркоконтроля ходит со специальными банковскими кардридерами, и если вас поймали в месте, где продают наркотики, или у агентов возникло подозрение, что вы покупаете наркотики (обратите внимание, только подозрениеникто ничего никому не доказывает и доказывать не обязан), то они имеют право не только конфисковать все ваши наличные деньги, но и списать все деньги с карточек, какие есть. Причем до семидесяти процентов от конфискованного (в разных штатах по-разному, но обычно не менее трети) идет на нужды полицейского департамента, который это конфисковал. Вы понимаете?! Получается, полицейские материально заинтересованы в том, чтобы подозревать всех и каждого и забирать у них деньги. И они делают это. Разбой среди бела дня.
Вот и эти по тяжелому идут, си. Два щита щиты они, видимо, подсмотрели у нашего спецназа на Кавказе за ними сгрудились ублюдки, с винтовками Ar15. Несколько лазеров направлены на меня.
На колени!
Ублюдки. Ладно, банкуйте.
Руки за голову!
Пиар-асы
Возможное будущее
США, Нью-Йорк
12 августа 2019 года
Американская политикаштука сложная. Намного сложнее, чем, к примеру, в России, где все решает, как известно, Путин. Намного сложнее, чем в Германии или Великобританиитам есть партии и ничего, кроме партий.
Американская система намного сложнее, и в ней есть намного больше групп влияния, оформленных не всегда в виде партий. Немалую роль играют те, кто дает деньгипонятно, что партия может выдвинуть кандидата, но немалую роль в его выдвижении будет играть его способность собрать деньги. Если он способный кандидат, но ему не дают деньгикто профинансирует его предвыборную кампанию и как он победит?
И президент, несмотря на то что он избран американским народом, в той же мере зависит от богачей. Потому что через четыре года ему переизбираться и снова собирать фонды. А потом, после того как ему повезетили не повезет, надо за счет чего-то жить.
Система взаимодействия политики и бизнеса сложна, но эффективна. Ее основой являются советы директоров и независимые советы в компаниях. Так как в США сейчас большинство крупных компаний принадлежат не кому-то конкретному, а пенсионным и взаимным фондамнужен совет директоров с независимыми кандидатами или наблюдательный совет, для того чтобы защитить права миноритарных акционеров. В этот совет зовут обычно отставных политиков, и не просто из благодарности или по необходимости, а в расчете на то, что отставной политик снова взлетит на самый верх. И тогда не забудет про тех, кто помог переждать сложное время. Такое, кстати, часто бывает: Ричард Чейни, например, самый влиятельный вице-президент в истории США. Вице-президент при Буше-младшем, он был главой администрации при Буше-старшем, а задолго до этого, еще при Форде, он был министром обороны.
И в какой совет тебя позовут, и позовут ли вообще, зависит только от тебя.
Первым делом Марк выехал в Род-Айленд. Это самый маленький штат США и один из тех, кто основал США в самом начале. Это также штат, где любят отдыхать богатые и очень богатые людина полях для гольфа и в охотничьих заказниках решается большая политика.
На поле для гольфа, которое сегодня было закрыто для частного обслуживания, Марк переоделся в одежду для гольфа и взял напрокат набор клюшек и тележку для перевозки их по полю. Он ненавидел гольф. Равно как ненавидел и американский футболсамый американский вид спорта. Он так же ненавидел жареную картошку, кентуккийского жареного цыпленка и практически все, что считается исконно американским. Он любил шахматы и плавание. Многие считали его одним из самых умных людей в стране.
Члены клуба ждали его у первой лунки. Они были одеты с тем небрежным изяществом, которое отличает тех, кто выбился в люди, от тех, кто имел все с самого детства. Многие даже не помнили, откуда у их семей деньги. У всех у них были свои клюшки и одежда с инициалами.
Марк
Давайте начнем.
Марк установил мячик и взял клюшку из тележки. Члены клуба переглянулись, потом один из них мягко сказал:
Марк, попробуй лучше вон ту.
Марк сменил клюшку и ударил. Неумело, но сильно. Мячик взлетел навстречу солнцу и куда-то пропал.
Члены клуба вежливо кивнули:
Не надо всей этой дряни, поморщившись, сказал Марк, я знаю, что играю очень плохо. Но я не за этим приехал.
Все с чего-то начинали. Так с чем же ты к нам приехал?
Вы все в курсе, что происходит в Белом доме, так?
Бедняга сказал кто-то.
Между прочим, этого типа подсунула нам партия. И кто-то мог бы сделать домашнюю работу, проверить, что у него в загашнике.
Члены комитета переглянулись.
Марк, наверное, сейчас не лучшее время для взаимных обвинений. На носу выборы.
Окей, окей, нам нужен новый вице-президент.
И кого же вы видите на этом посту?
Марк назвал фамилию. Члены комитета снова переглянулись.
Мать твою, сказал глава комитета, да вы издеваетесь.
То есть?
Вы что, считаете, что в самом деле сможете это провернуть? Назначить на должность вице-президента бывшего управляющего строительным бизнесом нашего президента и ждать, что это все дерьмо прокатит?
А в чем проблема?
На самом деле Марк понимал, что кандидатура явно не проходнаяон назвал ее, чтобы иметь пространство для маневра. Но все равноего резануло, как члены собственной партии относятся к своему президенту.
Да в том, что это дерьмо полное!
Черт возьми, не забывайте, что речь идет о президенте Соединенных Штатов! вспылил Марк. Он имеет право набирать свою команду. И не обращайтесь с ним как с проходным кандидатом! Он привел вас в Белый дом, вашу мать! Что вряд ли бы сделал кто-то иной. Так что имейте, вашу мать, уважение к его решениям!
Члены комитета переглянулись. Потом заговорил грек по имени Захарий, прирожденный дипломат и самый мягкий из всех собравшихся.
Марк, мы уважаем, безусловно, решения нашего президента. Но тут выборы на носу, и потомуда, мы имеем право смотреть на него как на кандидата и прикидывать его шансы остаться на посту и после этих выборов. А это зависит не только от избирателей, но и от партии.
Марк фыркнул:
Вы хотите сказать, что выдвинете своего кандидата? Вы что, хотите повторить выборы 1912 года?
Речь об этом не идет, заговорил еще один член партийной первички, но ты должен понимать и, главное, донести до своего шефа всю сложность ситуации. Он привел нас в Белый домда, окей, это так и есть. Он имеет шансы снова победитьдопустим, что это тоже так и есть. Но мы должны думать и смотреть дальше. Он приклеил к нам, ко всей партии ярлык, ярлык партии, которая сочувствует Путину и чуть ли не предает Америку. Мы не можем не думать о том, что с этим делать.
Чушь, и вы это знаете. Вы прекрасно знаете, кто ведет эту кампанию и зачем. И вы должны пониматьдемократы действительно хотят вытеснить нас с электорального поля раз и навсегда, привлекая в страну все больше и больше мигрантов. Чтобы противостоять этому, надо добиваться, чтобы на избирательные участки приходили те, кто и не думал делать этого раньше. Господи, вы так и не поняли, почему победили в 2016-м.
Мы все поняли, Марк, сказал Захарий, но согласись, глупо дразнить гусей и подливать масла в огонь. У президента есть три уязвимых местаего возраст, его склонность к волюнтаристской кадровой политике и его слабость к России и Путину. Правильное назначение кандидата в вице-президенты снимет два из трех.