Всего за 164.9 руб. Купить полную версию
Основной материк расположился вдоль экватора, занимая больше четверти этой условной линии, то есть, километров тысяч шесть выходило. По ширине почти такой же, хотя какая ширина при такой изрезанности береговой полосы? В самой широкой части материк поднимался к северу тысяч на пять это у западных берегов, у восточных опускался к югу чуть поменьше. В западной части карты под материком виднелся один огромный остров, а мелкими усеян весь океан. На востоке, ниже середины этой части экватора располагался большой материк треугольной формы, острый угол которого чуть не упирался в полюс. Но он в той южной части состоял из сплошного серого пятна туда магия не пускала. Интересно, что такого же цвета пятно находилось в месте, которое больше всего Андрея интересовало: там, где линия экватора упиралась в сто восьмидесятый меридиан по земным понятиям.
Элваны пояснили что не так уж и давно на карте всё было понятно, хоть и пусто горы, леса, реки Но что-то или кто-то там появился и полуостров стал закрытым для посещений. Только императорские корабли туда имеют доступ, потому и карты такой вид приобрели по специальному указу императора.
Империя Фактически это и был весь материк. Для формального административного управления он делился на множество разного размера слово какое-то не очень ясное нечто среднее между «округом» и «землёй», во главе с наместником. Наместником он назывался, не деле же был абсолютным хозяином своей земли, мог и императора послать, куда хотел при случае. Нет, военных конфликтов не было кому охота умирать или терять не дешёвых рабов. Вот в колониях там не только империя отнимала территории у всех подряд, но и сами наместники, имея собственные интересы, воевали друг с другом посредством местных слуг и тех же рабов там их было не жалко. Новых хватало.
Интереса к материковым или имперским особенностям Андрей не имел: его цель была обозначена серым цветом. Интереса-то не было, зато появилось обоснованное чувство опасности: пусть гибель даже от такого серьёзного врага не грозила, но не допустить их до нужного места элваны вполне могли. Или задержать надолго. Тем более возможности сидящего на полуострове соратника Штервона не были известны совсем. И ещё: вот прорвались они к месту, как-то нейтрализовали иномирца, а дальше? Ведь отплывая сюда, Андрей не успел и подумать о том, что делать с тем установленным шаром. Или кубом. Смотреть на него? Вытащить неизвестно откуда и утопить? Бенедикт пока ничего толкового не сообщил, только успокаивал, что, мол, во-вот он найдет или придумает способ ликвидации этого проклятого разрушителя.
Мыслей много явилось после допроса пленных, но приятными их назвать было невозможно. Ладно, определены некие проблемы, надо решать В продолжении совместных действий с эскадрой феринов необходимости не было. Асер сообщил, что послание о первой победе командующему флотом отправлено с местной птичьей почтой. Дальше он планировал на кораблях обогнуть остров с двух сторон, чтобы выйти к старой оборонительной точке на противоположном краю. Команды бойцов с четырёх кораблей отправятся отсюда пешим ходом для попутного освобождения рудников и населения, если кто из него ещё остался в живых. Сколько им времени потребуется для этой сотни километров неизвестно. Не беда, король наверняка подошлёт нужное количество войска для полной зачистки Скалистого. Пленных элванов Асер оставляет у себя может, потребуются королю для дальнейших разговоров с Империей. А вот неповрежденный подводный корабль взяла на буксир «Клара» вдруг пригодится. Ферины не возражали, наделают таких, небось, если надо.
Попрощались, и три корабли взяли курс на запад. Плыть по оптимистическим подсчетам предстояло суток двадцать. С погодой, можно сказать, повезло. Только раз их захватил краешек несильного шторма. А может, тут всегда было тихо с небольшим ветерком кто мог сказать, у феринов как-то не удосужились поинтересоваться особенностями местного морского климата. Капитаны, как обычно, устраивали тренировки, команды Андрея тоже чего-то изучали и придумывали. В том числе и нехитрые вечерние посиделки. Он и сам в них участвовал как без песен? Приходилось и на два других корабля для этого перемещаться, обижать отсутствием внимания никого не хотелось. Бунтами не пахло двигайся себе спокойно Как бы не так.
Андрей ежедневно связывался с оставшимися на севере, не позволял себе быть в неведении того, что там происходило. Мелочи его не очень интересовали, но общая обстановка оставалась ведь не совсем уж пасторальной. По крупным делам его интересовали Круц, красный кардинал и особенно Яснина с этой королевой или принцессой, не разберёшь, связь появилась через неделю после Скалистого. Керк докладывал об обстановке в баронствах, жёны обо всём. Их живо интересовало происходящее в неизвестных землях, Андрей утомлялся от безграничного любопытства, но старался от ответов не уходить. Как-то очень постепенно Линелла, а потом и Мирэй стали общаться с мужем всё более формально, типа «как дела, люблю, скучаю» к этому катилось. И докатилось.
Сначала о слегка хорошем. Бенедикт вынес всё-таки свой окончательный прогноз по поводу шара-разрушителя. В общих чертах. По мнению учёного, действующий прибор должен быть (!) связан с древней аппаратурой и перенаправлять потоки энергии к полюсам планеты. Эту связь и нужно разорвать всего делов-то! Скорей всего, такому результату могут помочь мелкие накопители-чешуйки, если их объединить в достаточном количестве (опять -!). После «отключения» шара его следует изъять, но ни в коем случае не пытаться разрушить, а тем более спрятать или утопить он должен оказаться вдалеке от точки энергосистемы. Всё понятно? Конечно! Хоть что-то вырисовалось вспомнив приблизительные размеры шара, Андрей начал комплектовать подобную фигуру из имеющихся у него «чешуек».
Яснина порадовала больше. На вершине Снежной братья её пришли в себя полностью. Оказалось, что аппарат был переброшен вратами чуть ли не в саму старую лабораторию Зимняк слегка промахнулся в спешке и «вмазал» его в близ расположенный каменный уступ. Нашли быстро, конечно, и установка много сложностей не вызвала. На севере уже началось восстановление необходимого для жизни и продолжения рода медведей локального климата. Так что с этим всё в порядке, и Андрея ждёт всё племя как своего спасителя и просто «своего». Другой вопрос их обеспокоил кто и каким образом вывел «перехватчиков» на старую экспедицию, возвращавшуюся с прибором. И в настоящее время к отшельникам отправлен корабль с официальной делегацией. Заодно нужно уточнить, не обладает ли полученный прибор ещё какими-нибудь полезными свойствами индикаторы, установленные на нем, горят не все не больше половины, а что значат другие, хотелось бы узнать. Но всё-таки первый вопрос важней, поскольку пусть враг больше не проявлялся, но кто знает
Это меньшая часть сообщения, а больше-то Яснина рассыпалась в благодарностях, заверениях в вечной дружбе и прочая, и прочая
Чужими глазами
Новая экспедиция медведей направлялась в сторону Черного Кольца, к северному краю территории, занимаемой отшельниками. Возглавляла её Яснина дочь Ледяного, главы Совета, вели братья Барил и Зимняк. Их парусник небольшой, совсем не военный, предназначенный для прибрежного плавания корабль. В экипаже десять человек, остальное пространство занимали собственно члены экспедиции: три руководителя да полдюжины охраны на всякий случай. Еще «напросились» два мага из храма примирения, что в это время бродили по Снежному баронству, искали храмы и церкви, заменяли на них испорченные шпили. Яснина отказывать в просьбе любопытным храмовникам не стала, да и по пути могла для них работа найтись Яснина ведь хорошо осознала гибельную роль «Штервоновского подарка».
Плыли недалеко от берегов королевства Северных островов. Это была самая окраина: гряды, полосы мелких клочков суши, морская граница королевства. На берегах островов то и дело виднелись разного размера рыбацкие посёлки, часто попадались на пути и сами рыбаки в лодках и парусниках покрупней явно морские продукты были здесь основным средством пропитания и торговли. Никто и никак не обозначал каких-либо враждебных намерений, плывут себе люди по делам, опасности от них не чувствуется, так и пусть плывут. Оставалось лишь пересечь пролив километров в тридцать шириной. Но уже солнце касалось горизонта за спиной, а справа находился последний остров, как помнили братья. Решили тут и переночевать.