Марина Эльденберт - Королевская магия стр 9.

 Ты его совсем не знаешь!  от гнева я перехожу на шипение.

 Мы успели узнать друг друга, пока добирались сюда.

Успели узнать? Да я его в реке утоплю!

 Больше ни слова. Ты согласилась стать моей женой.

 А затем передумала, ваша светлость. Нравится вам это или нетя нашла себе другого герцога. Тот который попросил моей руки по-настоящему, не понарошку.

Она шагает к женщине, которую считает собственной матерью, и уводит ее в дом, а мне дорогу преграждает Зигвальд.

 Уйди,  говорю.  С тобой мы разберемся позже.

 Не выйдет, братец. Нравится тебе или нет,  он нарочно повторяет ее слова,  Алисия теперь моя невеста, и я поклялся ее защищать.

Мои пальцы заискрили от магии, от силы, которую я был готов влить в разрушающую все и вся схему. Зигвальд это почувствовал, его маджеры тоже, потому что материализовались с обеих сторон. К ним присоединился Эдер, по-прежнему держащий львенка в огромной пасти. Я был готов пробиваться с боем! Даже с помощью меча. Но в этот момент Алисия обернулась и посмотрела мне в глаза. Хотя, наверное, заглянула в самое сердце. Потому что в него будто вошла стрела, пробила его насквозь. В ее взгляде было столько боли, но больно почему-то было мне. В ее взгляде было столько чувств, что я разжал кулаки, стряхнул магию с пальцев.

Она скрылась за дверью дома, а я остался с Зигом и прочим магическим зверинцем.

 Я не собираюсь причинять ей вред,  процедил я. Нужно было вразумить хотя бы братца.

 Ты уже достаточно навредил,  холодно замечает Зигвальд. Как Алисию могла заинтересовать эта глыба льда?

 Как и ты. Какого гъерда ты увез ее из Барельвицы?

 Она попросила о помощи. Сложно отказать такой женщине.

 И когда ты решил сделать ей предложение?

 Мне давно пора жениться, глупо упускать такой шанс.

 Это какой-то фарс,  говорю больше для себя, чем для Зига.  Она моя невеста. Я объявил об этом.

 Так объяви, что передумал. Все прекрасно понимают, что ты не женишься на драматурге с юга.

Это уже не имеет значения, потому что Алисияпринцесса. Но сразу рассказать обо всем Зигвальду?

 Я должен вернуть Алисию в Барельвицу.

 Зачем?

 Это дело государственной важности и тебя не касается.

 Теперь все, что касается моей невесты, касается и меня.

 Я должен сказать ей об этом лично.

 О том, что нашел ее настоящих родителей, я полагаю?

 Об этом тоже.

Мне удалось заинтересовать Зигвальда, но я не собираюсь раскрывать свои козыри. Черчу схему-маячок и отправляю ее в маджера. Он неправильный, почти живой, а поисковая магия не боевая, поэтому маячок впитывается в гриву.

 Это чтобы снова не потерять ее. Я вернусь вечером. Когда она остынет, и мы сможем обо всем поговорить.

 Я бы на твоем месте не слишком рассчитывал на разговор.

 Посмотрим!  обещаю я. Мне тоже нужна пауза. Найти банк, снять дом или номер в гостинице, восстановить силы. Подумать над тем, что скажу.

 Это мое,  говорю Эдеру, но он все равно уносит львенка. Приходится ее развеять.

Когда маджер исчезает, лев выглядит недовольным.

Ладно, нам всем действительно нужно прийти в себя, а вечером Вечером я расскажу принцессе правду. О том, что нашел ее отца.

Глава 6

Алисия

Мне стоило немалых усилий развернуться, увести маму за собой в дом и при этом больше ничего не сказать. Наверное, не стоило говорить даже то, что я уже сказала, но этого я отменить не могла. Я вообще ничего не могла отменить. Ни мгновения, когда я его ударила, ни собственных чувств, полоснувших в этот момент сильнее, чем могло показаться. Ни той ночи.

 Дочка  как-то беспомощно произнесла мама, когда мы зашли в дом.

 Я сейчас.

Я отняла руку и вернулась в комнату, которую теперь делила с мамой. Мне нужно было вдохнуть и выдохнуть, иначе нашему домику грозило самовозгорание, и золотое пламя было бы видно до самого Гриза.

Так, Алисия, глубокий вдохи такой же глубокий выдох. Можно сжать и разжать пальцы, стряхивая рождающиеся на них золотые искры, которые таяли в воздухе. Пальцы немного подрагивали. Я, кажется, тоже.

«Кто дал вам право называть Алисию своей дочерью?»

Эти слова прокручивались у меня в сознании снова и снова. Остатки моего мира рушились, не было этому конца и края.

 Р-р-ры,  изрек Эдер.

Лев выглядел недовольным. Настолько недовольным, насколько вообще могут выглядеть недовольными львы.

 Что?  переспросила я.

 Р-р-ры!

Лев мотнул головой в сторону двери. Только сейчас я поняла, что он больше не держит львенка. Львенок, наверное, тоже был созданием Райнхарта. Его новым маджером. Который довольно скоро вырастет до размеров Эдера, если Райнхарт продолжит вливать в него магию.

 Прости,  сказала я.  Но мы не дружим с создателем твоего нового друга.

 Ры.

Я вздохнула. Подошла, опустилась на корточки и запустила пальцы в роскошную, вполне себе материальную, разве что немного искрящуюся золотом гриву. Кажется, общение с Эдером вытряхнуло меня из состояния, когда самой хочется не то рычать, не то биться головой о стену.

 Спасибо тебе,  обняла льва и прижалась.  Ты не просто защитник. Ты чудо.

Чудо вздохнуло и попыталось замурчать. Получилось очень громко и совсем не как у кота.

 Мне надо поговорить с мамой,  призналась Эдеру.  Тебе, наверное, лучше при ней не рычать. Я первое время слегка пугалась.

Эдер согласно рыкнул. Потряс головой, потянулся, как огромный кот, и улегся прямо в центре комнаты, занимая ее почти всю. Я привычно отвела крыло, перешагнула через хвост и вышла в гостиную-столовую. Мама плакала, Зигвальд стоял рядом и протягивал ей стакан воды. Заметив меня, она тут же поднялась, из-за чего стакан чуть не улетел на пол. Надо отдать должное Зигвальду, реакция у него была хорошая.

 Я вас оставлю,  сказал он и вернул стакан на место.  На случай твоей магии, Алисия, я буду поблизости.

 Хорошо. Спасибо.

Я действительно была ему безгранично благодарна, и с ним мне тоже предстоял серьезный разговор. Но сначаларазговор с мамой. Что бы там ни говорил Райнхарт, что бы вообще ни произошло, она меня вырастила. Сидела рядом с моей постелью ночами, когда у меня болел живот, или когда я простывала и не могла заснуть от сильного кашля. Она водила меня на ярмарку и купаться в море. Она дала мне столько любви, именно благодаря ей я выросла такой, какая я есть. Именно поэтому она навсегда останется моей мамой, и никакое прошлое этого не изменит.

Стоило Зигвальду выйти, мама шагнула ко мне и взяла меня за руки.

 Дочка я так виновата  Из ее глаз снова потекли слезы, и я, не в силах этого вынести, быстро ее обняла.

 Мам,  прошептала я.  Все это ерунда. Я тебя люблю и всегда буду любить, что бы там ни случилось.

После этого мама зарыдала еще горше, а я еще крепче прижала ее к себе. Так мы и стояли, я даже не знаю, сколько. Мама плакала, а я обнимала ее и гладила по волосам. Когда слезы, наконец, иссякли, я увела маму к дивану, усадила и вручила ей стакан с водой. Глядя, как мама пьет, еще сбегала за платком и тоже протянула ей.

Опустившись на диван, вздохнула. И улыбнулась:

 Расскажешь мне все?

 Как как ты можешь быть такой спокойной?

 Все беспокойство ушло на его светлость.

 На Зигвальда?

 На Райнхарта,  увидев, как округлились мамины глаза, я тут же добавила:  Он действительно был моим женихом. Фиктивным. Я шла по Барельвице и случайно попала под действие запретной магии. Точнее, мы с ним вместе попали. Это было покушение на него, потому что он претендент на престол. В результате Райнхарт лишился магии, а я ее обрела, и чуть не сгорела заживо. Потом он меня спас, и

И я поняла, что чуточку увлеклась, потому что глаза мамы стали еще круглее.

 Словом, ему нужно было, чтобы никто не знал об исчезновении у него магии. Поэтому ему приходилось быть рядом со мной, или мне рядом с ним, и ничего другого как фиктивная помолвка мы не придумали.

Хотя никакой помолвки у нас не было, если уж так говорить. Но маме об этом говорить вовсе не обязательно.

 И что же было дальше?  осторожно спросила она.

 Дальше было покушение на королеву, у Райнхарта проснулась уже его магия, точнее, не его, а моя, которой, как выяснилось, мы обменялись. Поэтому я решила поехать в Гриз, чтобы ты рассказала, откуда у меня вообще взялась магия, и Зигвальд вызвался меня сопровождать. Это все.