Всего за 129 руб. Купить полную версию
Обопрись на меня, дитя моё. Ты хотела достать полыни, ибо мы все завшивели здесь.
Роза непроизвольно схватилась за голову, с ужасом почесалась. Ей показалось, что волосы кишат вшами, но показалось ли? Господь милосердный, только не это! Есть здесь какая паршивенькая баня? Ох, не до бани Роза выглянула в окно, почёсывая затылок. Ёксель-моксель! Вот здесь ей придётся жить?
Замок стоял на холме. С высоты второго этажавысокого, как нынешние торговые центры, куда Розу возили внукибыл виден лес. Только лес. Один сплошной лес За каменной стеной, окружённой рвом, разместился лагерь. Маленькие издалека полуголые воины боролись между шатров, покрытых шкурами. Ржали лошадиРоза видела их, приземистых, косматых, безучастных. В воздух поднимался дым от костров, донося до замковых окон запах жареной птицы.
Спазм пустого желудка заставил Розу поморщиться. И кашу не успела поесть, и тело оказалось голодным А в замке две последних куры
Лисса Розалия!
Молодой женский голос с пронзительными взволнованными нотками заставил Розу обернуться к двери. Это служанкаона в тёмном, наглухо застёгнутом до горла платье и в белом переднике. Когда-то бывшим белым. На головепокрывающий светлые, почти золотистые волосы чепчик с загнутыми уголками. В руках поднос.
Подойди, Арика, святой брат жестом пригласил девушку в комнату.
Лисса Розалия, мы так рады, что вам уже лучше, с неловким книксеном Арика поставила на столик поднос. Роза едва удержалась, чтобы не облизнутьсяпышный чёрный хлеб и истекающий слезой желтоватый сыр! О, как же она голодна!
Наверное, надо что-то ответить служанке Что бы сказала лисса Розита ?
Благодарю, Арика.
Покушайте, лисса Розалия, а вот и ваш любимый чай из мелиссы!
Роза присела на кресло напротив того, в котором расположилась Манни, и поискала нож. Его не было. Неужели в этом мире (или в этом времени?) едят руками? Да ладно! Это плохо. В сочетании со «срущим Лувром» это может означать лишь одно: глубокое Средневековье, чума, холера, войны и абсолютная бесценность человеческой жизни.
Роза содрогнулась. Нет, это просто кошмар какой-то! А она ещё боялась, что ей подсунут больное тело! Да тут это тело живёт в среднем тридцать лет! Женщина рожает детей одного за другим! И чаще всего умирает в родах или сразу после них! Ох ты Нет бы отправить её в цивилизованную страну, в мир, где есть медицина, где нет конфликтов Ну, серый человечек! Берегись!
Хотя чего ему беречься Роза его больше никогда и не увидит. Разве что после смерти, но, если трезво смотреть на вещи, тогда ей будет уже всё равно.
Как говорил правнучок?
«Я культурно ошарашен».
Розита, девочка моя, что с тобой?
Вопрос святого брата вывел Розу из накрывшего её ужаса. Тряхнув головой, она ответила хмуро:
Ничего особенного. Я забыла, как это едят.
Манни, растерялся священник, я никогда раньше не слышал о таком! Розита, а что ты помнишь?
Ну я даже не знаю
Манни решительно встала, подошла к Розе и, отломив пальцами кусок сыра, положила его в горбушку хлеба. Подала:
Ешьте, сестра.
Спасибо, тихо сказала Роза, а Манни дёрнула плечом:
Вы меня кормили в детстве, теперь моя очередь.
Лисса Магнолия провела у твоего изголовья несчётные часы, наябедничал святой брат. Роза кивнула, с удивлением глянув на девушку. Та не казалась такой уж прилежной сиделкой. Однако не было повода не верить священнику. Хлеб с сыром оказались кисловатыми, но вполне съедобными. А голод не тётка. Впрочем, есть Роза быстро не стала, памятуя о детстве. Когда их вывезли из кольца блокады, кормили понемножечку, очень маленькими порциями. Позже, уже в медицинском техникуме, понялачтобы не умереть от переедания. Неизвестно сколько голодало тело Розиты.
Но Манни твёрдо решила не дать Розе насладиться едой. Она прошлась по комнате, шурша юбками, и заявила:
Уж теперь-то, сестра, я смогу показать вам, на что я способна! Я хочу умереть на стенах замка с луком в руках, а не за вышивкой в своей комнате!
Роза аж поперхнулась куском хлеба. Поскольку никто не помог ей, она сама хлопнула себя пару раз по груди и спросила осторожно:
А почему, собственно, ты собралась умирать?
А какой у нас есть выбор? девушка улыбнулась, прищурив глаза. Вы что же, решили сдаться, пока лежали в горячечном бреду?
Роза ничего не ответила. Пока жевала, лихорадочно соображала. Сдатьсязначит, отдать замок на растерзание и разграбление. Варвары показались ей совершенно дикими существами, воинственными и беспощадными. Но какие у обитателей замка есть силы, чтобы противостоять им?
Я ничего не решила. Святой брат, сколько у нас солдат?
С пяток ещё боеспособны, да и я могу меч в руке держать! священник потряс поднятым в воздух кулаком. Роза хмыкнула:
Держать-то и я смогу. Пять солдат? Это же очень мало!
Остальные были убиты в начале осады. Двое валяются от голода
Роза встала, с изумлением глядя на святого брата, потом подала ему деревянный поднос со своим обедом:
Так накормите их! Что за глупая жадность?
А что ты будешь есть, Розита?
Вам нужно набраться сил, сестра!
Сил у меня предостаточно, отрезала Роза, повернувшись к Манни. Во что мне одеться? Я хочу осмотреть замок.
И замок забыли, лисса Розалия? с ехидством спросила девушка, но Роза сразу поняла, что она маскирует тревогу и чуть ли не панику. Бедная, бедная Манни! Даже захотелось обнять и утешить её, но Роза не стала делать этого. Мало ли, вдруг тут не приняты обнимашки. И этому слову научил бабушку правнучок. Вот так прибегал с учёбы, сбрасывал сумку с плеча и к Розе: «Бабуль, обнимашки!»
Как они там без Розы Жалко, что она не может увидеть в последний раз своих дорогих и любимых. Дочка, наверное, плачет. Уж очень они были близки. Приедет ли сын с вахты на похороны? И где поминки устроятдома или в ресторане? Дома лучше, конечно, как-то душевнее. И Антоновна приползти сможет, эта старая плесень уж года два как не спускается по лестнице, но уж до квартиры своей подружки дошкандыбает
Роза тряхнула головой, отгоняя мысли об оставленном доме, и протянула руку Манни:
Покажешь мне всё?
Девушка подставила ей локоть и пробурчала невежливо:
Да уж покажу. Святому брату необходимо пошептать за ваше здравие.
Глава 3. Тюря, а может и попара
Замок был тёмным, стены давили, камень холодил до самой души. Такую обстановку Роза видела в исторических сериалах. Вот в тех самых, средневековых, про королей и королев. Не «Великолепный век», конечно же. Там шика побольше. А тут голые камни, промазанные старым раствором, балки тёмного дерева, тяжёлые двери. Кое-где на стене висели побитые молью гобелены и просто шторы. Свечи, скудно освещавшие коридор, воняли палёной свиньёй, и Роза поморщилась. Кроме свиньи, в воздухе витали запахи сырости, плесени, мокрой собаки иособенно сильныегрязных носков. Если бы тело было более восприимчиво к сим ароматам, Роза точно упала бы в обморок. А так только помахала ладонью перед носом.
Господи, как воняет
Сестра удивилась:
Чем? Я не чувствую.
Принюхалась, наверное. А мне привыкнуть надо.
Манни ехидно усмехнулась:
Вам, может, эвкалиптового бальзаму дать на платочке?
Ага, «Звездочку», пробурчала Роза, открыв одну из дверей. Всё вышло само собойрука потянулась к кованой ручке, потянула. Дверь скрипнула, открывшись в маленькую комнатку, всё пространство которой занимала кровать с пыльным балдахином. К ней был придвинут тяжеленный сундук, а на нём сидел с ногами темноволосый мальчишка лет семичумазый и хмурый. Он строгал маленьким острым кинжалом четвертину полена. А на кровати, закутанная в плетёную из грубых ниток шаль, жалась к подушкам девочка, видимо, его сестра.
Чьи это дети? тихо спросила Роза, сразу отметив и худобу, и бледные лица, и настороженные взгляды. Манни фыркнула:
Я так и знала! Вы теперь нам совсем бесполезны, сестрица. Всё забыли: семью, брата, сестёр Как есть, как пить, как ходить
Я не забыла, как ходить, возразила Роза. Ведь я долго была больна.
Да мы уж не надеялись, думалипомрёте. А это младшие наши. Лавр, Камелия! Подойдите, поцелуйте руку сестре!