Всего за 199 руб. Купить полную версию
Нас? Ты тоже через это прошел? Твоя матьветронка?у Тесс даже глаза расширились.
Да. Но я уже ее не помню,постарался представить лицо матери, но образ красивой темноволосой женщины расплывался. Долгие годы обучения отрезали меня от семьи. Отец погиб в бою спустя год, как меня забрали в Цитадель, а мать снова вышла замуж, чтобы продолжить пополнять ряды армии новыми красными драконами. Наверное где-то в Ароне у меня есть родные братья, но я не искал с ними встреч, а матери явно было не до меня, потому что она перестала навещать меня в Цитадели после смерти отца.
Тесс подогнула колени и села удобней, взяла еще ягодку со стола, но катала ее с одной ладони на другую.
Историю Ароны и отбора учат только дарвийки,заговорила она поникшим голосом.Остальные проходят все довольно поверхностно, потому что людиона раздавила сочную бубку в кулаке и позволила сиреневым каплям сорваться вниз.Люди ненавидят вас. Многие восстают и сопротивляются отбору. Да и король, скорее всего, выдаст дочерей замуж раньше времени, чтобы избежать этой участи.Она зачарованно смотрела, как ягодный сок собирается в лужицу в ладони.Я не хочу быть инкубатором для воинов, Асад, и никогда не смирюсь. Я понимаю, что все это ради мира, но отдавать детей,разбрызгивая крупные капли с ладони, она часто заморгала,это жестоко. Не представляю, что пережила твоя мама,и подняла на меня полный влажной синевы взгляд.
Ваша ненависть бессмысленна,я нахмурился и покрутил бокал в ладони.Так сложилось. Никто из нас не имеет права выбора. Есть враг, с которым мы обязаны бороться любой ценой! Думаешь, я хотел участвовать в отборе, чтобы взять себе жену, а потом отдать свое дитя в Цитадель?вздернул бровь.
Неужели нет другого пути? Да и я не могу знать, чего ты хочешь? Ты силой забрал меня у родных, вряд ли мы друг друга можем понять.
Есть и другой путьпобедить Айшура. Этим я и занимаюсь последние два года. Удалось откинуть его магию от границы. Нопомедлил, припоминая последний жестокий бой, в котором получил серьезное ранение.Он стал сильнее, чем прежде. Король Атэон недоволен,выплюнул последнюю фразу. Не смог сдержать отвращения к нынешнему правлению Ароны.А ты, Тесс, всего лишь участница отбора. Будущая жена одного из драконов. А жен мы из дарвиек и берём лишь для того, чтобы возрождать потомство. Участницы отбора в браке с драконом ни в чем не нуждаются и живут в свое удовольствие. И даже после смерти лиэнов, если такое случается, остаются на полном попечении Ароны.
Она стремительно поднялась на ноги. Лента, что завязывала косу, зацепилась за ее руку, развязалась и ослабила прическу.
А мы, значит, ничем не жертвуем?! Так ты считаешь, дракон? Да тыона захлебнулась словами.Да у тебя сердца в груди нет!
Какое тебе, человечке, дело до драконьего сердца?!вспылил, когда она унизила мою расу этими скверными словами.Ты!подскочил к ней и, схватив за гриву мокрых волос, запрокинул девчонке голову.Глупая фальшивая принцесса!
Выбери себе другую!зарычала Тесс, изгибаясь, как ива, пытаясь вырваться из моих рук.Может, и глупая, но за родных жизнь отдам. Я бы придумала, как защитить своих сыновей, а вы не глупее ли всех,перекривила меня,человечек, если много сотен лет не можете уничтожить одного-единственного монстра?!
Вот как!вырвалось из глубины души.Так пойди, если такая умная! Сразись!опрокинул ее на диван и навис сверху, вглядываясь в безумные синие омуты, что метали в меня штормовые молнии.Лежишь тут подо мной и строишь из себя воительницу! Лицемерка, каких поискать! Знаю я таких!
Отпусти,засвистела яростно,мерзкая рептилия! Убери от меня свои лапы!
Из ее рта вырвался холодный воздух, она облизнула бледные губы и, отвернув от меня лицо, крепко зажмурилась.
Не смей отворачиваться!закричал я и понял, что тот холод, от которого я пытался ее избавить, настиг Тесс вновь.
Недолго думая, выпустил коготь и распорол уже давно не заживающую рану на руке. Схватил ее голову и силой прижал губы Тесс к выступившей на коже крови.
Пей!
Она укусила меня сильнее, дернула коленкой, ударив между ног, и почти вырвалась из-под меня с криком:
Я лучше сдохну, чем тобой травиться!
Я согнулся от приступа боли, но успел схватить ее за загривок. Потянул на себя и уложил в перины дивана. Вдавил весом своего тела и ухватил за запястья. Вгляделся в роковые дикие глаза и потерял себя. Сознание подсказывало, что здесь и сейчас я могу сделать с этой дикой фурией все, что захочу. Оттого и торжествующая улыбка расползлась на лице.
Будешь пить, иначе сдохнешь,гортанно произнес и впервые коснулся ее щеки поцелуем. Хотел причинить мерзавке боль, но в итоге сам погряз в желании полного обладания, которое подталкивало сместить губы чуть левее. Да! Я уже давно хотел сорвать с ее упрямых губ первый поцелуй.
Она билась отчаянно, вырвала кисти из моих рук и заколотила меня холодными кулачками по груди, пока не выдохлась. Мокрая, распатланная и яростная. Тесс задышала глубоко и, сжав воротник моей рубашки до хруста, сипло прошептала:
Ты только и можешь, что ломать Приятно унижать слабых, да? Мой народ отдает вам, ящеры проклятые, самое дорогое, своих дочерей, чтобы они жили в плену таких, как ты, и медленно угасали, сходили с ума от горя и потерь. А ты выставляешь все так, будто спасение миратолько ваша заслуга. Змей ты хладнокровный, вот кто!
А так и есть, Тесс,шепнув, специально оскалился ящером, выпустил когти.Спасение мира сейчасэто только моя личная заслуга,прошелся острием когтей по бархатной коже ее лица к основанию шеи. Тесс запротестовала, но вырваться не смогла, лишь замычала сдавленно.Смирись. Тяжело, наверное, осознавать, что спаситель четырех королевств сжимает тебя сейчас в руках,ухмыльнулся.А твой недомерок жених ничего не может сделать!
Глава 9
Тессианна
Ах ты переросток!огненная ярость вскипятила кровь, но я чувствовала, как сильные эмоции забирают мои силы и тепло. Внутри, в глубине сердца, я полыхала, но снаружи покрывалась льдом.
Асад был огромным, и, лежа под ним, я чувствовала невыносимо приятную негу. Это злило больше, чем его ядовитые слова.
Не смей о Ливерии так говорить!преодолевая его вес, пихнулась из последних сил и даже не сдвинула эту гору. Вот бы понять, какой у меня дар, я бы дала сдачи. Но пока я никаких признаков не почувствовала, хотя пора бы Это все связь с драконом виновата, все заглушила, а еще этот голод и холод.
Я так злилась на Асада, что не могла себя сдержать. Рвалась из его пут, царапалась и кусалась. А когда поняла, что не смогу ничего сделать, приподнялась и, чтобы отвлечь ящера, коснулась его губ своими.
Плохая идея,выдохнул мне в уста дракон и смял их требовательным жарким поцелуем. Стиснул затылок теплой рукой и прикрыл глаза. Сладким нектаром его влага проникала в меня. Он терзал мои губы то страстно с напором, то с предельной нежностью касался лишь кончиком языка.
Я желала желала его укусить, порвать на куски, убить, но не могла Все тело протестовало, тянулось к нему и отдавалось самозабвенно, позволяя горячему языку владеть моим ртом.
Он коснулся метки на моей спине через ткань, и рисунок зашевелился, ожил и согрел все тело. Приятное тепло разлилось по коже, высушивая своей магией одежду и волосы. От поцелуя, который превратился в безумный водоворот витиеватых сплетений, участилось дыхание. Дрожь возбуждения сгустилась внизу живота, куда упиралось каменно-твердое намерение Асада одним поцелуем не ограничиться.
И я поняла, что сейчас самый лучший момент отомстить за слова о женихе. Целуя дракона бешено и яростно, заставляя его задыхаться, улучила маленький миг, когда он ослабил объятия, и, впившись зубами в его губу до крови, оттолкнула от себя.
Ощутив свободу, спрыгнула с дивана и со всего духу побежала к выходу из пещеры. Ноги заплетались, но меня вперед толкала ненависть и обида. Он не смеет так касаться моего лица и губ! Я не позволю больше.
Вырвавшись на улицу, побежала вдоль окаменелого выступа, но тут же споткнулась и стрелой соскользнула в озеро, прямо под серебряные копья водопада.
На дне водоема я ударилась рукой. Показалось, что кость хрустнула. Боль слабо, с накатом, запульсировала в жилах. Холод, который только что был отголоском памяти, завладел телом за миг и скрутил нервы. Два поворота под бурлящим потоком лишили меня полностью сил. Я не могла плыть, тело отяжелело, руки онемели, а вода придавила, будто многотонной плитой.