Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Как все домовые Михалап был основательным мужичкомготовился к делу, как следует.
Надел на себя ватные штаны, кухайку Акимову, его же малахай заячий, и, закинув на плечо бабкин мешочек, хорошенько потопал, уминая на ноге кирзовые Акимовы сапоги. Всё путёмникак на мокрое дело идёт. Не хухры-мухры.
Девушка проснулась среди ночи от странного ощущениябудто кто-то пристально наблюдает за ней из темноты или стоит за дверью. Она и раньше многое чувствовала и слышала, а теперь и подавно. И взгляда этого она даже ничуть не испугалась. Если это Евдокия, то в этот раз она встретит тут не беззащитную жертву. Евдокиякошка, а она, Арония, волчица.
Но тут она с удивлением увидела, как откуда-то с потолка в комнату с лёгким стуком обрушилсябудто котнебольшой мужичок в потрёпанной фуфайке и с мешком на плече. Не глядя на неё, он принялся деловито в нём рыться, что-то достал и затем шагнул к дивану. То естьк ней.
Девушка, с интересом наблюдая, ждала продолжения этого действа. И делала вид, что спит. И вот дождалась.
Мужичок, видимо, будучи полностью уверен в своей безнаказанности, впрыгнул ей на грудь и замахнулся. В его руке блеснуло что-то тонкое и явно металлическое. Арония мгновенно схватила его одной рукой за эту лапу, а другойза его косматое ухо, торчащее из-под малахая. И спросила:
Кто тут ко мне незваным гостем пожаловал? Никак это ты, Михалап!
Это ещё глянуть надокто к кому пожаловал! загукал, заверещал, отбиваясь, домовой. Я тут хозяин! А не ты! Отпусти, Ларка! А то хуже будет!
Не Ларка я, невежа! строго ответила девушка. ЯАрония, ведунья. И твоя смертьесли не научишься вести себя.
Так уж и смерть? продолжал отбиваться Михалап. И никакая ты не ведунья! Вон, Явдоха чуть тебя не уходила, а ты и не рыпнулася! И если б не бабка Полина
Не бабка! А Полина Степановна! продолжая крутить ему ухо, внушала девушка. Что ж ты, Михалап, такой грубиян?
Самагрубиян! завопил тот. Я спасти тебя хотел!
Это как? Вот этим шильцем заколоть? продолжая держать его за ухо, она выхватила инструмент из его лапы.
Не заколоть, а взять у тебя каплю крови! Чтоб Явдоха от тебя отстала! Она ж с тебя живой не слезет. А я б отдал ей каплю и всё на том!
Та-ак. Интересненько, озадачилась Арония. Не сбежишь, Михалап, коли отпущу? Поговорим?
Не сбегу! Отпусти! буркнул Михалап с досадой, чувствуя, как его ухо всё больше опухает. Я ужо понял, что ты в силе, Лар Арония, коль меня, домового в горсть ухватила!
Освободившись, он спрыгнул на пол и принялся ожесточённо тереть ухо снятой заячьей шапкой, разгоняя кровь.
Эка, ты! Сильна, мать! недовольно проговорил он, усаживаясь на ковёрчисто собака. И правдаты теперь ведьма, что ль? И зовутАрония?
А то! усмехнулась девушка, садясь на диване и укутываясь в одеяло. Зачем мне выдумывать?
Сильное имя! уважительно отозвался домовой.
Ты мне лучше скажи вот что. Чего это ты, домовой, подвязался Евдокии служить? строго спросила Арония. Какой-то кошке-оборотню.
Неправда это! Не служу я ей! Я сам по себе! обиделся домовой.
Я заметила, как ты сам по себе! отмахнулась Арония, бывшая когда-то Ларой. И подала ему шило: На! Забери, служака! Скажи, как же ты докатился до жизни такой? Только не ври мне, я почувствую.
А чо мне врать-то. Рубель она мне дала! Царский золотой! сверкнул он жёлтыми глазами так, будто они у него тоже были золотые. Чтобы я помог ей каплю твоей крови взять. Силу она твою хотела. Но я взял с ней обещаниечтоб смертоубийства здеся не было, пробрюзжал он. Я в этой Акимовой хате сколь поколений Белоглазовых вырастил! Мне здеся такого не надобно!
Дёшево ты стоишь! Рублевик? -
На эти слова Михалап лишь поёжился. Но буркнул:
Эт щас рублевик ничо не стоит, а на царский можно было стадо коров взять!
Ну, допустим. А чего ж сам тогда пришёл? Без неё? спросила Арония.
Дык не верю я ей! воскликнул Михалап. Решилпока ты тут, а она того не учуяла, я сам тебя кольну. А чои овцы целы и, этосмутился он.
Я, как видишь, уже не овца, усмехнулась Арония. Спасибо! Это вы с Евдокией вынудили меня ведьмой стать и своим даром завладеть.
А чего ж, эт хорошее дело! Пошто ж добру пропадать! одобрил уже приободрившийся Михалап.
Без тебя знаю! усмехнулась Арония. И что мне теперь с тобой делать, Михалап?
А и что ты можешь-то против домового? расхорохорился Михалап.
Могу! Знаю один приёмну, ты знаешьнасчёт порога хаты, прищурилась она. И ты потом сюда никогда и близко не подойдёшь, пригрозила Арония.
Не делай этого! испугался Михалап. Я Акиму обещал, что хату его сберегу!
Знаю, как ты её бережёшьвсех распугал уже, махнула рукой Арония. Только вот одна Евдокия здесь и хозяйничает.
Не хозяйничает она! Это я ей временно дозволил! огрызнулся Михалап, понимая, что Арония права.
За грошик? Ну, да ладно. Что было, то прошло, заключила Арония. Что дальше-то делать будем?
Ежели ты про меня, так я ей этот грошик назад возверну! И в этих ваших кровных делах больше не участвую! обижено заявил Михалап. Я и сам хотел вернуть. И незаметно вздохнулрублевик-то жалко было отдавать.
Сделаем так, Михалап! решила Арония. Ты молчи пока про этот наш разговор. И рубль свой побереги пока. Пусть Евдокия приходит. А я с ней сама разберусь, решила Арония. Ну, а теперькыш отсюда! Я спать хочу!
Понял. Ухожу! попятился домовой и, схватив с полу свой мешок, мгновенно взмыл вверх.
«Ну и дела-а! удивлялся домовой, забившись в свой пыльный угол на чердаке. Это, и правда, что ль, Ларка была? Внешне, вроде, похожа. Только брови у ей погуще стали, да волосы подросли. Да и характер появилсянаш, кубанский, казачий. Вот что значитсила. Такаяпусть и дале живёт в Акимовой хате. А я уж как-нибудь буду ей по хозяйству помогать. Пусть вот токо с Явдохой разберётся. А то ведь это ещё бабка надвое сказалакто из их верх-то возьмёт. Уж больно молода Арония да опыта у ей маловато в этих ведьминских баталиях. Жалко будет, если Евдокия её уходит, вздохнул он. Надо будет, наверное, подсобить Аронии».
Глава 2Превращение
После того как домовой Михалап запрыгнул на потолок и исчез, Лара уснула не сразу.
Cегодня она приняла боевое крещение, впервые вступив в единоборство с существом из иного мира. И пусть это был всего лишь домовойзловредное, но, в общем-то, безобидное существо, тысячелетиями живущее бок о бок с человеком и, за долгое время, отчасти уподобившееся ему. Разве она, когда была ещё Ларой, могла о таком помыслить? Как? Схватить домового за ухо? Угрожать ему? Это невозможно! Да и нет ихни домовых, ни оборотнейэто всё выдумки деревенских старушек и сказочников.
Но став Арониейвсего-то поменяв паспортона вдруг даже мыслить стала по-другому. Будто на её сознание, способное видеть, слышать и действовать далеко, раньше был накинут некий колпак. Как на ловчего сокола. Теперь оно будто распахнуло крылья и стало нашёптывать ей странные вещи:
Сила, данная по праву рождения, даёт много. Но кому много дано, с того много и спросится. Будь справедлив к слабым и будь жёстким к сильным.
Будь честен, даже если это невыгодно. Чтобы и другие были честны с тобой. Не прощай чужую нечестность, чтобы тебя не посчитали слабым. Ошибка может стоить тебе жизни.
Применяя силу, не сомневайсядействуй на опережение. Иначе опередят тебя. Ошибка может стоить тебе жизни.
Никогда и никому не показывай свою слабость или нерешительность. Воспользуются и растопчут. Все уважают только силу. Ошибка может стоить тебе жизни.
Если ты вступил на путь, то иди до конца. Иначе его никто с тобой не разделит. Но, если можешьиди по нему один. Потому что ни в ком и никогда нельзя быть уверенным. Ошибка может стоить тебе жизни.
Будь справедлив, даже если это тебе невыгодно. Чтобы и другие были справедливы к тебе. Не прощай чужую несправедливость. Чтобы тебя не посчитали слабым. Ошибка может стоить тебе жизни.
Не иди только по пути силы. Знания могут их заменить.