Всего за 170 руб. Купить полную версию
Если не секрет, а чьи это вещицы? поинтересовался я у своей спутницы, не особо, впрочем, рассчитывая на ответ. Кому они принадлежали? Догадываюсь, что кому-то из ваших предшественниц, но я ведь могу и ошибаться.
Не ошибаешься. Марфа достала из кармана вязаной кофты карамельку, развернула фантик и отправила конфету в рот. Все так. Когда-то очень давно гребень и кольцо принадлежали Неждане. Тебе это имя, само собой, ничего не говорит, ведь так?
К великому стыду да.
Нечего тут стыдиться, усмехнулась Марфа. Жила Неждана давным-давно, да и не подпускаем мы, ведьмы, абы кого к подробностям нашей родословной. Но для тебя я исключение сделаю.
Что приятно, сказал я, тут же об этом пожалев. Ирония в эти слова не вкладывалась, но кто знает, что придет в голову моей соседке по салону автомобиля?
Еще бы. Марфа причмокнула, как бы давая понять, что карамелька чудо как вкусна. Неждана вела свой корень от тех первых отроковиц, которых подпустили к заветным знаниям, тех, кто листал Книгу Вед, впитывая мудрость создателей мира сего, и спустя годы передал ее своим дочерям.
А вы, Марфа Петровна, в свою очередь, дочь тех дочерей? уточнил я, снова не удержавшись.
Нахал какой! вполне искренне заявила ведьма, сдвинув брови. Мне, по-твоему, сколько лет? Пара-тройка тысяч?
Нет, конечно. Чуть покраснел я. В смысле вы их э-э-э-э
Да, я потомок Нежданы, оборвала мое блеяние женщина. Дальний. Сама Неждана покинула этот мир тогда, когда эти земли только обживать начинали, освобождая от леса места для пахоты. Но память о ней осталась, ибо мы, ведьмы, тем и сильны, что никогда ничего и никого не забываем, а особенно тех, кто достиг истинного величия. Что до гребня да кольца они переходили в нашем роду от матери к дочери, и цепочка эта не обрывалась веками, и только в нашем поколении вышел, скажем так, сбой.
У, плохо дело. Семейные дела самые скверные, тут никогда не знаешь, откуда тебе прилетит.
Бабка Анисья, чтобы ей пусто было там, куда она в результате попала, сестрицу мою младшую, Аглаю, всегда любила больше, продолжила свой рассказ Марфа. У меня характер и в юности не сахар был, не любила я сюсюкать и угождать, а Аглая та еще лиса была. «Бабулечка то, бабулечка се» и все такое прочее. Ну, ты понял?
Понял. Кивнул я. И наследство в результате досталось ей. Типовая история, я таких много видел, еще когда с родителями жил. Правда, там обычно молодые жены фигурируют.
Одно дело дома да банковские счета, другое то наследство, что от Нежданы осталось. Это ведь такая материя, в которой людские законы не действуют, подобные вещи живут своей жизнью, и если достаются не тому, кому следует, то беды не миновать. Так и вышло. Аглая получила гребень и кольцо из рук Анисьи, которая следом за тем дух испустила, и возгордилась так, что макушкой чуть до облаков не достала. Вот только не в коня корм. За пару лет она переругалась со всеми, с кем можно, сцепилась с несколькими влиятельными особами не наших кровей, в том числе и с хорошо знакомым тебе Карлушей Шлюндтом, а после подалась в бега, потому что оставаться в наших краях ей было невместно. Карл уже поставил кое-кого из свободных охотников на ее след, он ведь мстителен, как слон.
Слон? не понял я. При чем тут слон?
А ты не знал, что слоны самые злопамятные существа в живой природе? рассмеялась Марфа. После человека, разумеется. Представь себе. Они отлично помнят добро, но еще лучше зло. Впрочем, наши косолапые им почти не уступают. Но все они мелочь по сравнению со Шлюндтом. Я тебя вроде о том уже предупреждала, но повторю еще раз: бойся перейти Карлу дорогу, он такого не забывает. И упаси тебя тот, в кого ты лично веришь, от насмешки над этим человеком, особенно открытой.
Интересно, почему у нее так искривились губы в тот момент, когда она произнесла слово «человеком»?
Ну да ладно, мы отклонились в сторону от рассказа. Марфа достала из кармана кофты еще одну конфету. Не желаешь? Нет? Ну, как знаешь. Так вот. Сестрица моя себя переоценила, не пошло ей наследство впрок. Чтобы такими вещами владеть, мало амбиций и желания, силенка нужна для их подчинения, опять же знания монументальные, а их у Аглайки не имелось. Да и откуда? Она предпочитала петь, плясать да интриги плести, а учиться у старших не желала, считала их старыми дурами. Само собой, Нежданино наследие из нее начало жизнь тянуть и за несколько лет иссушило почти до дна. У людей все просто: если даже ты ухватил не свой денежный кусок, он будет тебе служить так же, как и любому другому, деньгам и золоту все равно, кто ими владеет. А тут другие расклады, тут, если не свое взял, а после не доказал, что взятого достоин, считай, подписал себе смертный приговор. Второго шанса под Луной не дают, этот мир не благотворительный фонд, и сестрица моя тому живой пример. Вернее, мертвый, потому что не справилась с грузом, который сдуру на себя взвалила. И все бы ничего, туда ей и дорога, если бы не одно
Она припрятала гребень и кольцо, закончил я за Марфу. Причем не просто так, а с каким-то хитрым финтом. Верно?
Верно, догадливый ты мой, усмехнулась ведьма. Я знаю, где лежит ее бренное тело, знаю, куда она схоронила то, что без права забрала у меня много лет назад, я знаю все, но ничего не могу сделать. Аглая при жизни была слабой ведьмой. Да попросту никакой, даже твоя Стелла, уж на что она дура дурой, и то на две головы выше моей сестрицы. А то и на три. И все-таки одно заклятие она смогла сотворить филигранно. Какое именно, объяснять?
Да нет, отказался я. И так ясно, что она вам пути к захоронке с бабкиным наследством каким-то образом закрыла. Но в чем затык-то? Неужто у вас подручных не хватает, причем сильных и знающих?
Марфа глянула на меня так, как взрослые смотрят на ребенка, который с серьезным видом сообщает им очевидные глупости.
А, ну да, понял я свою ошибку. Кто ставит кошку охранять молоко?
Васька хихикнула, но тут же замолчала.
Не в этом дело. Погладила меня по голове Марфа. Никто из подмосковных ведьм, а может, и российских, не смог бы вот так прийти и выкопать эти предметы. Купить у добытчика или украсть у него же запросто, но забрать отсюда Утопия. Просто не сможет ни одна ведьма подобную операцию провернуть, не получится у нее ничего. Будет топтаться на одном месте, ямы рыть, а все впустую. Здесь нужно нечто большее, то, что умеешь только ты и подобные тебе. Вот только с другими Хранителями кладов я договориться так и не смогла. Предшественник твой вреден был безмерно, да еще и не любил наше племя, а Афанасий, что до него на Москве обитал, большую дружбу с ведьмаками водил. Настолько, что соседствовал с одним из них в Замоскворечье, они каждый вечер чаи гоняли. Ведьмаки же нас сильно не жалуют, бывало, что дело даже до драк доходило. Само собой, что я к Афоне даже не совалась. А смысл? Унижаться лишь для того, чтобы услышать отказ? Я себя уважаю, мне такого не надо.
Про предшественника вы мне уже как-то рассказывали, а вот про Афанасия слышу впервые, заинтересовался я. И что с ним случилось в результате? Он-то хоть своей смертью помер?
Нет. Покачала головой Марфа. Не своей. Он лет через пять после войны какой-то особенный клад поднял, такой, что даже для него слишком сильным оказался. Забрать он его у земли забрал, да, видно, что-то не рассчитал. Нашли его на следующее утро в доме мертвого, с перекошенным лицом и выжженными глазами. Кто, что неизвестно. Ведьмаки землю носом рыли по приказу своего старшого, только без толку, так ничего и не выяснили. И добра, что Афоня накануне нашел, в доме не обнаружили. Сгинуло оно, как его и не было вовсе. Вот так-то.
Но до Афанасия тоже ведь кто-то да был? уточнил я. Надо заметить, что тема эта меня крайне занимала. Почему? Надо знать свою историю, без прошлого, уж простите за банальность, нет будущего.
Наверняка, подтвердила ведьма. Но мне, мой милый мальчик, не тысяча лет, как бы скверно я ни выглядела, потому всех предыдущих Хранителей по этой причине знать не могу.
Зато бабка Дарья, небось, всех знает, подала голос с переднего сиденья Василиса.
Вот расскажу Дарье Семеновне при случае, что ты ее бабкой назвала, знаешь, как она порадуется? задушевно пообещала подчиненной Марфа. И отблагодарит тебя при первой же возможности.