Ну ты и лошадь, братец, почти восхищенно сказал я, рассматривая такое великолепное животное и пес поддержал мой восторг, облаяв меня с крайне серьезным видом. Что-то типавыходи, побегаем, это же так весело.
Скоро выйду, дружок! пообещал я и несильно ударил маной пса по башке, выкинув руку вперед. Из неустойчивого положения на задних лапах собаку приложило спиной о землю, пес проскользил пару метров по траве и, не сильно оглушенный, все же поднялся на лапы с трудом и снова кинулся к окну.
Черт, придется повременить с выходом в туалет, калечить собаку я не хочу, надеюсь, обойдется без этого. Поссать я могу и со второго этажа, раз здесь в окно лезет такой любитель пообщаться. Я поднялся на второй этаж и, достав из рюкзака сушеное мясо, положил обратно камень поиска и занялся своим делом, к которому и готовился, распахнул створки и долго любовался встающим солнцем. Заодно, добрал из палантира ману, потраченную на умения поиска, притяжения лестницы и удар по собаке.
Совсем немного потратил от своего потенциала, можно было бы и не обращать внимание, только делать все равно нечего. Вид открывается красивый и я решил дождаться хозяина здесь. Достал деревянную бутылку с ключевой водой, набранную вчера по дороге и присел на подоконник, которого здесь нет, просто на блок и так и сидел.
Смотря на собаку, бегающую внизу, на деревья, скрывающие ту дорогу, по которой копейка может подъехать к дому. Теперь мне требуется понять, как меняет мое положение то, что я смог так опростоволоситься, естественно, не намеренно, и попасть в другое время.
Когда узнаю, в какой я именно год попал, смогу высчитать, сколько же месяцев или лет входит в эту единицу времени, которая принята при перемещениях в капсуле. Которых я нажал аж девятнадцать раз, прокручивая значок в обратном направлении. Чувствую, лучше мне было, вообще к нему не прикасаться, попал бы, куда попал, так наверняка, оказалось бы вернее и ближе ко времени моего исчезновения из этого мира на берегу Вуоксы.
Об этом промахе я подумаю потом, ибо, мои проблемы частично исчезли и снова появились, теперь уже другие. Может, это и не СССР, может, здесь 9293 года, может и позже.
Да, что в таком случае мне делать?
Первоеопределиться с годом, хотя у хозяина я спрашивать не хочу, чтобы не прослыть путешественником во времени, такой интерес точно будет оценен и замечен.
Второезагранпаспорт не нужен, этоили единая страна или паспорта еще действуют и проблем вернуться в Санкт-Петербург, который, может, еще и Ленинград, пока нет, если у тебя есть внутрисоюзный паспорт. У меня его нет и официально мне его не получить, где-нибудь в милиции могут выдать справку по случаю утери документа. Точно про такой вариант я плохо знаю, тем более, возникнут вопросы, что я здесь делаю, к кому приехал и прочее.
Можно, конечно, сказать, что я приехал, как турист, посмотреть Тбилиси и потерял или у меня украли паспорт со всеми билетами. Тут есть, о чем подумать, могу представиться своим отцом, единственно, что я не знаю, где он тогда был прописан, это тоже зависит от года. Я могу не помнить номер своего потерянного паспорта, кем и когда он был выдан, но место прописки должен знать, как отче наш, как каждый советский человек.
Можно, конечно, обзавестись парой синяков и шишек на голове и все валить на потерю памяти, как пришлось делать в Черноземье. Но выглядеть будет слишком подозрительно и вопросы снова возникнут.
Одно дело, когда ты, как честный гражданин Советского Союза, просишь помощи у органов и выкладываешь про себя все-все, и номер паспорта, и место, и дату прописки. И совсем другое, если ты помнишь только имя, фамилию, отчество и больше ничего. Придется еще прорываться из отдела милиции с боем, что у меня получится, только и искать меня будут серьезно. Тогда лучше сразу вернуться к Храму и готовиться к переходу, на Вуоксу или обратно, в Черноземье.
Нужна будет еда, довольно много и перец, отбить нюх у собак, если за мной увяжется погоня. Едыстолько, чтобы пересидеть пару недель в Храме.
Если найти здесь, среди местного криминала, людей со связями, можно спокойно купить потерянный или украденный паспорт, переклеить с умелыми людьми фотографию и с ним спокойно ехать в свой город. Насколько я помню, с криминалом в Грузии все очень кучеряво, особенно при позднем Союзе, умельцы такие найдутся без проблем.
Пока я так думал и рассуждал, жуя мясо и запивая его водой, прошло пару часов и вскоре зашевелилась притихшая было собака, запрыгав около ворот, на которые я мог посмотреть, сильно вытянувшись из верхнего окна. Лучше мне подождать здесь, чтобы оценить, приедет ли хозяин один и, если не один, то, сколько народа он привезет. У меня будет пару минут на то, чтобы он привязал собаку и пропустил народ к дому.
Почему то, я думаю, что один хозяин не станет рисковать разбираться со мной, хотя, вчера, на все его попытки доминировать, я никак не ответил. Но, если я буду сопротивляться и схвачусь за нож, у него будет вариант только застрелить меня.
Не факт, что он этого захочет, хотячужая душа потемки.
Вскоре и я услышал завывание движка и через пару минут жигуленка вскарабкалась на косогор и остановилась перед воротами. Я успел увидеть, как из машины вылезло, с пассажирских мест, двое крепких мужиков, с той стороны машины, которую я мог видеть, и они подошли к забору.
Серьезная команда подобралась, трое есть точно, может и еще кто сидит за водителем. Я оставил свой рюкзак на верху и быстро спустился по лестнице вниз, где уселся за столом, подальше от входа, тут и места для стычки побольше будет. Легкий озноб предстоящей схватки охватил меня, и я успел подскочить к двери и рассмотреть в щелку наверху, как Зураб загоняет алабая в загон и закрывает дверцу ограды.
Так, один серьезный противник изолирован, зато еще двое идут к Зурабу, по взмаху его руки, открывают ворота и входят на двор. У одного в руках есть что-то длинное и гибкое, он немного размахивает этим предметом, и я слышу звон цепи. После чего возвращаюсь на свое место, пытаясь осмыслить свою промелькнувшую догадку.
Они хотят посадить меня или заковать на цепь, чтобы я остался здесь и никому не смог ничего рассказать, доходит до меня, И пользу общему делу принесу, сняв с хозяина обязанности поливать и ухаживать за кустами пахучей травы.
Хотя, чего гадать, сейчас мне объявят мой приговор.
Действовать придется быстро, чтобы хозяин не успел сбегать за ружьем, которое, по-видимому, осталось в машине. Втроем, понятно, крепкие простые мужики не боятся профессора-ботана с кафедры ботаники и биологии, которого придется пару раз ударить, для полного внушения и приведения к покорности. Пусть профессор и крепкий с виду, только по разговорубеспомощное создание.
Мужики негромко переговариваются, только, похоже, на родном языке.
Гремит навесной замок и дверь распахивается, вслед за Зурабом вваливаются его подельники, в таких же немарких, синтетических брюках и светлых рубашках, оба жгучие брюнеты, из рубашек у всех троих выглядывает густая поросль черного меха.
Очень крепкие парни, скорее, мужики, лет тридцатисорока, плотные и коренастые, не уступают Зурабу, по виду, в силе и настроены решительно. У одного длинная цепь в руках, у второгонесколько веревок.
Тэбэ хто разрэшиль вниз? встреча начинается сразу с наезда Зураба. Понятно, создает чувство вины у гостя, что тот зашел туда, куда ему не разрешали. Зашел и теперь придется ответить за проступок.
Мужики останавливают свое продвижение ко мне и ждут ответа. Хорошие все же люди, дают возможность показать себя нормальным человеком, а не тварью дрожащей. Как отвечу, так и будут, возможно относиться, наденут цепь с уважением или просто, на пинках.
А, что, уважаемый Зураб, какие то проблемы? интересуюсь я, Вы мне ничего не запрещали. Да и не можете, по праву гостя. Есть такое понятие, повнушительнее добавляю я.
Сошлемся на святые для горцев обычаи.
Вижу, что такое сравнение хозяину не нравится, он раздраженно мотает головой и командует:
Нэ о чем гаварыть! Дэржите его.
И, добавляет на своем грузинском несколько слов.
Смотрите, я предупредил! и я демонстрирую небольшой ножик, Кто-то может умереть сегодня.
Ножик столовый и не сильно пугает решительный парней. Свой кинжал я не стал брать с собой, он точно тянет на статью. Если на словах я смогу отговориться при проверке органами, то, такой аргумент потянет на более серьезную проверку.