Всего за 189 руб. Купить полную версию
Яху-у-у! Кто на свете всех милее, всех румяней и белее?
Вот и первая победа.
Глава 7. Незваная гостья
Что она делает? Изегер сидел за письменным столом. Перед ним лежал нераспечатанный конверт, который доставил гонец. Раньше, гораздо раньше, чем лорд Ханнор рассчитывал получить ответ.
«Не удивительно, что Магистр так быстро откликнулся: вернулся строн, и в игру по-крупному вступила новая фигура, на которой многие при дворе поставили крест».
Бегает по кругу, Круст стоял у двери, готовый в любой момент покинуть кабинет. Письма от Магистра нередко вызывали у лорда Ханнора приступы ярости. Главный маг Агрида не церемонился со своими подопечными. Особенно с теми, кто находится в изгнании.
По кругу? Изегер оторвал взгляд от конверта. По какому кругу?
Его брови в удивлении поползли вверх.
Она бегает по крепостной стене. Даже по той ее части, где идут ремонтные работы.
Изегер давно планировал укрепить кладку восточной стены, которую в прошлую весну подточил внезапно обрушившийся селевой поток. Все руки не доходили. А впереди зима. Если она будет такой же суровой, как и два года назад, лавины довершат разрушение. И тогда жди урийцев.
Зачем бегает?
Круст пожал плечами.
Оделась как мальчишка и бегает. С самого утра.
Взгляд Изегера вернулся к письму.
Пусть бегает, рука потянулась за ножом. Тот легко вспорол брюхо конверта. Ремонтные работы прекратить.
Слушаюсь, милорд.
Дверь за слугой закрылась.
Бумага с гербовой печатью Магистра развернулась сама по себе. Сверкнула острыми краями, на которых остались крохотные пятна крови лорда Ханнора. Он потер пальцы, на них тут же затянулись едва заметные ранки.
Изегер внимательно прочел лаконичный ответ. Еще раз. И еще. Выдохнул и откинулся на спинку кресла. С тоской посмотрел в окно, за которым где-то по стене с бойницами бегала его жена.
«Проведи консуммацию», написал Магистр.
Он что, яда мальхийской шидры глотнул? Изегер с досадой швырнул бумагу на стол. Только шидра могла вызвать помутнение рассудка у сильнейшего мага. Я же ясно написал «безродная»
Недолгие размышления привели к однозначному выводу: Магистр против возвращения сильного рода Ханноров на политическую арену, а значит, помощи с той стороны ждать не приходится.
«Никакой консуммации. Время еще есть».
Изегер вложил послание в конверт и подошел к окну. Поискал взглядом фигуру, бегущую по крепостной стене. Заметил черноволосую голову слишком позднота через мгновение скрылась за поворотом.
«Странная девчонка какая-то. Надо бы к ней получше приглядеться».
И сам не ожидая того, повинуясь лишь острому любопытству, стремительно покинул кабинет. Под изумленные взгляды стражи пробежался по длинному коридору и, рванув дверь, оказался в помещении, ведущем на обширную площадку, нависающую над восточной частью крепостной стены.
Девчонка бежала легко. Волосы, забранные в высокий хвост, хлестали по плечам, руки, согнутые в локтях, двигались ритмично, словно она и вовсе не была женщиной, а вспотевшим воином на учениях.
Лорд Ханнор вспомнил свою знатную любовницу Карэль Сидо. Та хоть и любила пожестче, в постели словно танцевала. Движения были плавными, женственными А эта?
«И где она взяла мужскую одежду?» Изегер видел, как воины, дежурящие на посту, провожали его «жену» поворотом головы. Взяла досада. Никогда женщины Агрида не посмели бы надеть штаны, предпочитая заткнуть подол юбки за пояс, если та вдруг им мешала.
Внизу, у основания стены, где велись ремонтные работы, показалась высокая фигура Круста. Нанятые в соседней деревне работники обернулись на его требовательный окрик, и после небольшой перепалки спешно покинули зияющий проем. Один из стражей крюком подцепил собранные у стены леса и потянул на себя. Те с грохотом обрушились.
Девчонка остановилась и, перевесившись через край стены, посмотрела вниз. Встретившись взглядом с дюжиной мужчин, широко им улыбнулась и, помахав рукой, побежала дальше.
Лорд Ханнор вышел в коридор. После недолгих раздумий жестом подозвал одного из стражников.
Передай Крусту, пусть продолжают восстановление восточной стены.
«Пока не пойму, что у Магистра на уме, торопиться не стану. Положусь на судьбу. А погибнет девчонка ненарокомтак тому и быть».
Изегер жалел, что отдал необдуманный приказ. Сиюминутная слабость подставляла под удар всех жителей замка. Обрушься стена, и урийцы прошлись бы по крепости смертоносной лавиной.
«Это тебе не стихийное бедствие».
Милорд, в приемной зале вас ожидает леди Витро.
«Неужели Дэйте уже разнюхала, что строн вернулся? Надо бы приказать, чтобы девчонка прятала его под одеждой».
Отчего-то мысль, что его родовой амулет будет касаться кожи незнакомки из другого мира, коробила.
«А вдруг, а вдруг, а вдруг?» в такт стуку сердца бился в голове вопрос. Лорд тряхнул головой, отгоняя навязчивые мысли. Никаких вдруг. Девчонка с Земли не обладает магией, а потому воспользоваться знаниями рода не сможет. Она глуха к ним.
«Пусть хоть засунет строн к себе в рот, магом не станет».
Миледи, какими судьбами?
Со стен приемной залы на Изегера с осуждением смотрели поколения рода Ханноров. Он мог бы поклясться, что слышал их недовольный шепот. Еще бы, нарушил все устои, отказавшись от выгодной партии. А теперь пожинает горькие плоды.
И почему не попросила зажечь свечи?
Портреты родственников, выполненные в полный рост, мрачно поблескивали золочеными рамами. Изегер, пока приближался к своей гостье, кожей чувствовал, как нарисованные глаза отца прожигают ему спину.
Леди Дэйте стояла у окна и смотрела в сторону крепостной стены.
Смотри, кто там! не оборачиваясь, произнесла женщина, талию которой перехватывал высокий пояс. Слишком широкие бедра прятались под складками юбки.
Изегер беспокойно проследил за взглядом Дейте, ожидая увидеть бегущую Джулию.
«Уф! Всего лишь креклик!»
Птица с ярким оперением взмахнула крыльями и камнем упала куда-то вниз, а через мгновение взвилась с добычей в цепких когтях.
Говорят, если выпить кровь креклика, то кожа будет светиться. Может, прикажешь своим людям поймать одного?
Пусть живет, их слишком мало осталось.
Я хорошо заплачу!
Зачем тебе? произнес Изегер, когда Дэйте повернулась к нему лицом, на котором не было ни одной мало-мальски заметной морщины, свойственной истинному возрасту женщины. Смотри, еще одно зерно саара, и тебя можно будет качать в колыбели.
Дэйте растянула и без того широкий рот в улыбке.
А тебе опять перепало от урийцев? Вот почему даже безобразный синяк тебе к лицу?
Она подошла ближе, положила на запястье кавалера руку, заставив идти туда, куда ей захочется. А Дэйте хотелось в сад.
Узкие дорожки между роняющими листву деревьями и вечнозелеными кустами заставляли идти, тесно прижимаясь друг к другу. Дэйте была чуть ниже Изегера, а потому он хорошо видел и веснушки, густо покрывающие ее лицо, и тонкие рыжеватые волосы, пухом растущие над верхней губой.
Как бы Дэйте ни старалась, природу обмануть была не в силах. Зерна саара возвращали ее в то время, когда активно шло созревание и на юношеской коже так некстати появлялись прыщи. И только несвойственный юным девам цепкий взгляд карих глаз выдавал, что их обладательнице в этом году исполнялось сто пять лет.
Хочешь, я подарю тебе одно зерно? Будем вместе пускать пузыри.
Нет, спасибо. У меня есть более приятное занятие, чем мочиться под себя.
Фу, негодник!
Вдоль крепостной стены с корзиной в руке шла Эрдис. Завязки ее простой рубашки были распущены, что позволяло видеть и крепкую грудь, и глубокую ложбинку между полушариями. Грубая ткань скрывала лишь соски.
Заметив лорда, Эрди улыбнулась, но под потемневшим взглядом его спутницы стушевалась, схватилась свободной рукой за ворот, поспешно прикрывая свои прелести.
Вижу, какое у тебя приятное занятие, как можно более равнодушно произнесла Дэйте, но по дрогнувшим на предплечье Изегера пальцам легко угадывалось, с каким удовольствием она сжала бы их на белой шее служанки, посмевшей быть такой привлекательной. Дэйте, обильно украшая бюст оборками, старалась скрыть еще один недостатокплоскую грудь. У тебя слишком низменные желания.