Так значит, юридически я уже являюсь женой кронпринца! Но тогда почему он молчал все это время?
Я украдкой бросила взгляд на лицо Айренираокаменевшее, с плотно сжатыми губами.
Что он скрывает? Что ему нужно?
Говорит, что любит меня, а сам избегает, знает про брачный лист, но не настаивает на правах. Селит меня в покоях своих любовниц, а сам бьет брата до крови за нападение. Возвращает Кира с того света и молчит. Знает, что я считаю его убийцей, но не желает ничего объяснять.
Неужели ему все равно, что я о нем думаю? Чего он добивается: моей ненависти или благодарности? Желает, чтобы я обвиняла его или, наоборот, чувствовала себя виноватой? Если б я только знала, что ему нужно!
Брак не осуществлён. Брачные татуировки не проявились, заметил Брейн обвиняющим тоном.
Задержка с консуммацией исключительно по причине несовершеннолетия новобрачной, вывернулся Даггерт.
Меня передернуло. Теперь-то я знала значение этого слова.
Брейн на мгновение застыл, словно переваривая услышанное, но вот его взгляд уперся прямо в глаза кронпринца, и вер с нажимом произнес:
Так пусть Его Высочество по праву мужа и господина позволит своей жене принять мою клятву еще раз.
Теперь все внимание было приковано к Айрениру. Тот криво усмехнулся, устало прикрыл глаза и глухо произнес:
Как опекун я признаю прежнюю клятву действительной. Я знаю, чего ты хочешь, Брейн, но Эльсамин не вернется в клан. У вас нет магов для ее защиты и обучения, но твои люди могут остаться здесь и стать ее личной гвардией. Как тебе такой вариант?
Он явно не желал спорить. И Брейн, похоже, догадался об этом.
Мои люди будут телохранителями, альфа начал торговаться.
Твои люди не защитили ее от гвардейцев Мерильена, напомнил король. Какая от них польза?
Веры-телохранители используют мощные артефакты, защищающие их от магического влияния, а в нашем клане их нет, это так. Но, приняв моих людей в охрану ниры, вы будете обязаны полностью экипировать их, разве нет?
Я услышала, как кто-то скрипнул зубами: то ли Даггерт, то ли его сын.
Это все, чего ты хочешь? обманчиво спокойным тоном поинтересовался король.
Нет, Брейн снова ослепительно улыбнулся, еще хочу знать, когда будет свадебная церемония. А то, знаете ли, у меня половина клана боится пропустить это событие.
Я увидела, как руки Айренира с силой вцепились в витые подлокотники, оставляя вмятины на темном дереве. Неужели ему ненавистна сама мысль об этой свадьбе? Тогда зачем все эти намеки на любовьничего не понимаю! Это ж вроде я должна возмущаться!
Дату свадьбы определит Эльсамин, ты же не против, дитя мое? Даггерт уперся в меня предупреждающим взглядом. Только не слишком медли, не стоит заставлять ждать наших дорогих друзей.
Это было произнесено столь двусмысленно, что я невольно похолодела, но потом вспомнила, что верам ничего не грозит, и успокоилась.
Да, Ваше Величество, мы обсудим дату с моим супругом, и я наградила Айренира убийственным взглядом.
Мой новоявленный муж сидел как статуя, но я уже строила планы мести, отводя ему в них главную роль.
Раз уж я не могу потребовать ответа немедленно, то ничто помешает мне вытрясти из него правду после всех этих церемоний. Теперь ему не отвертеться от разговора: пусть попробует объяснить все, что здесь происходит!
***
Аудиенция веров была окончена. Они снова склонили головы перед Даггертом, теперь уже прощаясь, и неторопливо покинули зал. А к королю потянулся поток придворных со своими прошениями и хлопотами.
Почти три часа я сидела на неудобном пуфике, выслушивая дрязги мелкопоместных дворян, жалобы на высокие налоги, просьбы о заключении браков и прочее.
Обычно в Заррагбане подобные случаи разбирал местный совет, а затем уже кронпринц, но всегда находилась такая проблема, решить которую мог только сам король. Вот и потянулись ходоки к Его Величеству нескончаемой рекой, будто надеялись, что там, где отказал наследник, король даст согласие! Я так устала, что даже не заметила, как начала зевать, и чуть не оконфузилась. Плотно сжав челюсти, я самоотверженно боролась с зевотой и проигрывала ей по всем фронтам, но тут новый персонаж, появившийся перед троном, заставил меня встрепенуться.
Это был высокий худощавый дроу в темно-коричневом бархатном камзоле. Я видела его впервые, но что-то показалось в нем знакомым. Так что я невольно подалась вперед, внимательно разглядывая его.
Ножны от шпаги говорили о дворянском происхождении, но, судя по геральдическим рунам, вышитым вдоль груди, дворянство это было не слишком знатным и никаких особых привилегий не давало. Вообще, все оружие полагалось оставлять на входе в зал, ведь к королю не позволялось приближаться с оружием, пусть даже и в ножнах. А дворянская шпагатакая вещь, что не каждому доверишь. По всей видимости, он сдал ее личному оруженосцу.
Что касается геральдических рун, то они заменяли гербы, которые здесь были в ходу лишь у королевской семьи и армии. По гербу на плаще можно было определить должность и чин военного, его заслуги и место в строю. Такие гербы носили все, начиная с сотника и включая Его Величество, ведь высший военный чин этоясное делокороль.
Мужчина по обычаю преклонил колено, дождался позволения встать и заговорил сочным баритоном:
Ваше Величество, я Эйхан Селлорин, житель славного города Заррагбана. Мой род много лет служит вам верой и правдой, умножая богатства Тор-на-Дун и поддерживая королевскую власть. Но сейчас в моей семье возникла проблема, и я не знаю, как решить ее без вашего вмешательства.
Мы знаем тебя, Эйхан, кивнул король. Ты достойный слуга короны. Говори, какое у тебя дело к нам.
Я чуть стойку не сделала, услышав знакомое родовое имя. Селлорин! Так назвалась та эльфийка, что была с Мерильеном! Неужели этот мужчинаее родственник?
Вы знаете, что моя жена светлая эльфийка, продолжал дроу, Арагвен из рода Ирсувэль. У нас есть несовершеннолетняя дочьсветлая Эовен. Некоторое время назад она начала встречаться с одним молодым темным, но как мы ни расспрашивали ее, не раскрыла его имени. И вот недели три назад она просто сбежала из дома, оставив записку. В ней говорилось, что Прекраснейшая Эльсамин благословила ее и принца Мерильена, и потому она отправляется в крепость Рох, куда был сослан Его Светлость. К тому же она носит его ребенка. Мы пробовали вернуть ее и образумить, но это оказалось невозможным. Остается лишь надеяться, что Ваше Величество сможет повлиять на Его Светлость и заставит его вернуть нашу дочь.
Во время этой тирады король не спускал с меня пронзительного взгляда, обещая всевозможные кары.
Я лишь небрежно пожала плечами: вот в упор не вижу своей вины. Благословила влюбленных, дала им шанс быть вместе, а остальноене мои проблемы. Воспитывать надо было лучше, чтоб не подбивали личную охрану на разные авантюры по похищению лунных эльфов. Может, я и помогла бы, но не в этом случае. Пусть теперь сами решают свои проблемы.
Даггерт понял меня без слов, он был слишком умным и проницательным, чтобы сделать нужные выводы. Ему было ясно, что в этой ситуации он не имеет права приказать мне отменить благословение, да я и не смогла бы этого сделать.
Если любовь наших детей получила благословение сидов, то я не вижу причин для ее препятствий, процедил король, скрипнув зубами.
Еще бы! Не каждый день Его Величеству сообщают, что один из его сыновей влюбился в эльфийку из незнатной семьи, и эта любовь была благословлена сидом. Такова моя маленькая месть, и я упивалась ею, откровенно улыбаясь этому Эйхану. Он поклонился мне, признавая мое право вершить судьбы влюбленных, а я елейным голоском воскликнула:
Ах, это было так романтично! Вы уже составили брачный лист? А давайте, мы сыграем свадьбу в один день?!
Король закашлялся, поперхнувшись воздухом, Айренир вздрогнул так, что чуть не выломал перила, и лишь несчастный Эйхан Селлорин с восторгом таращился на меня и не чувствовал издевки.
Это было достойным завершением сегодняшнего совета.
Глава 9
Спустя два дня я в десятый раз форсировала дворец в поисках Айренира, но этот мерзавец как сквозь землю провалился. Я не видела его с тех пор, как король распустил собрание и выразил желание отдохнуть. Я боялась, что Даггерт оставит меня при себе, но ему хватило ума разрешить мне вернуться в мои покои.