Никогда не поверю. Эти злобные твари способны только гадить. Где их хозяин? И еще тысяча и один вопрос.
- Во всяком случае мне показалось, что связей с магическими измерениями это морок не имеет. Проецирование не происходило.
- Час от часу не легче. Ну, а ты чем порадуешь? - обратился я к Зибелле.
У Зибеллы тоже появились кое-какие новости. Он успел обшарить бурьяны вдоль взлетной полосы, осмотрел все соседние кустики, сбегал к пруду, влез на крышу и обозрел степь. Вблизи базы не водилась никакая живность - ни тушканчиков, ни сусликов, ни дроф - решительно никого из обычных степных обитателей. Зато в изобилии обнаружились следы.
- Кошачьи? - со слабой надеждой спросил я.
Если бы кошачьи, то это было бы полбеды. Все следы принадлежали крысам.
У меня засосало под ложечкой. Крысы, да еще в количествах, превышающих все биологически обоснованные нормы.
- То есть мы столкнулись с нашествием?
Зибелла не мог полностью исключить такую возможность, но ему бросились в глаза признаки не свойственной крысам организованности.
- Только крысиной армии нам не хватало, - буркнул я.
Зибелла тоже считал, что больше всего это похоже на тщательно организованную и направляемую диверсию. Норы выкопаны вдоль полосы через идеально равные промежутки. Вполне можно предположить наличие разветвленной сети подземных ходов, существование залов с разнообразной аппаратурой. Крысы соорудили отлично оборудованную позицию.
- Теперь нам следует дождаться перестрелки с ними, - грустно пошутил Ерофей. - Что за пакостное зверье.
Это было маловероятно, но Зибелла не мог исключить возможность наличия в подземных капонирах огнестрельного оружия. Такая опасность существовала.
Собранные сведения меня не обрадовали. Я знаком с крысами, приходилось пару раз схватиться. Беси лукавые, продавшись черным силам, охотно использовали их в качестве подручных. Зверь, для этого приспособленный почти идеально. Я предпочел бы схватиться со стаей тигров, если только тигры бегают стаями, чем с ордой этих хитрых, злобных, коварных тварей.
Какое-то время мы сидели и горестно молчали, размышляя... Каждый о своем, как потом выяснилось.
- Утро вечера мудрее, - резонно заметил Ерофей. - Давайте спать.
И мы согласились.
Но у Зибеллы имелись свои собственные планы. Ему, настоящему горностаю, почти соболю, было стыдно пасовать перед какими-то грызунами, самой природой предназначенными куньим в пищу. И горностай, очертя голову, ринулся в бой...
Как только мы с Ерофеем заснули, Зибелла, воровато озираясь, выскочил в окно офицерского общежития. Душная южная ночь обычно полна звуков, а здесь даже цикады не звенели. Доносилось только попискивание и поскребывание - визитная карточка "мышов", как презрительно окрестил их Зибелла.
Тщательно принюхавшись, он определил, откуда доносится наиболее сильный крысиный запах, и нырнул в трубу воздуховода. Не только крысы, но и люди неплохо обжили подземные пространства в районе космодрома, вентиляционная сеть была обширной и разветвленной. И здесь самомнение заставило Зибеллу совершить первую ошибку. Он прыгнул в воду, не зная броду, не удосужившись хотя бы мельком глянуть на планы вентиляционной сети. Горностай слишком понадеялся на свое чутье.
Но уже очень скоро, пробегая по суживающемуся коридору, он с удивлением обнаружил, что решительно ничего не может унюхать. Пахло тем, чем и должно пахнуть в технических коммуникациях - сухой жесткой пылью, машинным маслом. Иногда лениво крутящиеся вентиляторы доносили соблазнительные кухонные ароматы, но запах крыс пропал! А Зибелла полез в подземелье не за бифштексами.
Он принюхивался так старательно, что скоро начал чихать. Пыль забила ему ноздри, слезы потекли в два ручья.