Они сами виноваты. Цепляясь за иллюзию нормальности, не увидели, что нормального в мире уже ничего нет, что и самого мира нет, не осталось. А есть его куски, оставшиеся после падения единого целого, и их кусок лакомый.
Дурак как же так дурак.
Им выдали и автоматы, и пистолеты на постоянку, а они ни хрена не поняли. Их клиенты теперь волки, кровью упившиеся. И волки, которые еще только жаждут вонзить в парное свежее мясо свои клыки
На следующий день Элина его осмотрела, заставляя сгибать руки и ноги, приседать. Наконец заключила:
Ходить сможешь.
Знаешь, где Дьячков? Как его найти?
Элина, чуть помедлив, кивнула:
Не бойся. Мне так же надо уходить, наверное, меня уже в убийстве Кеннеди обвинили, не меньше. Саша сказал, чтобы я, случись что, бежала в Ульяновск. Там на торге надо найти человека. Он поможет.
Какого человека?
Ладно, но Ульяновск бандитская территория. Нас там сожрут, даже если мы выберемся из республики. У нас ни денег, ни патронов в достатке, ни транспорта.
Все есть.
Они спустились вниз, в гараж, по лестнице майор заметил, что на их пути две двери, вверху и внизу, и обе стальные и запираются. Внизу было темно, электричества теперь не было, освещение свечой или керосинкой. В рассчитанном на три машины гараже стояла одна но какая
Машина была покрыта тонким слоем пыли, но он безошибочно определил новая. Краска совсем не выцвела.
Дмитрий присвистнул, обошел вокруг, потом сел на водительское место, посветил фонарем на пробег. Потом на табличку с годом выпуска. Еще раз присвистнул:
Ни фига себе! Девяносто первый год, она же новая совсем, пробег семь тысяч!
Это была «Иж-Комби», типичного для этой марки ярко-зеленого цвета. Похожа она была внешне на «Тойоту Короллу универсал» шестидесятых. Примитивный дефорсированный мотор 1,7, работающий на любой дряни, рессоры.
Боевая машина вояка так ее называли.
Она от родителей осталась, сказала Эллина, там с документами были проблемы. Саша говорил, она и в ГАИ на учете никогда не стояла, ее выгнали с завода и забыли про нее. Это как память.
Резину, конечно, сменить по возможности но это не проблема.
Он посмотрел назад. Элина стояла с монтажкой.
Ты чего?
Помоги
Вдвоем женщина и раненый они отжали плиту на полу. С трудом вытащили сумку и большой, явно не китайский оружейный кейс.
В сумке лежали «грач», «глок», «пб», переделанный под макаровские патроны пистолет «гроза» тоже с глушителем[4], два легких бронежилета и деньги. Пачки рубли, доллары, евро. В отдельном мешочке золотые монеты, «Георгий Победоносец» и «Сеятель».
Дмитрий открыл кейс. Там был совсем новый «Рем 700 Таргет Тактикал» с цевьем из стеклопластика. Прицел был «Леопольд». Американский, просветленные линзы и специальная антибликовая насадка на прицел ее ставят для того, чтобы не было бликов и невозможно было засечь лазерной системой сканирования. Вторым был АК-74 с глушителем и белорусским же прицелом ПО. Ко всему магазины, в кармашках пачки с патронами. К винтовке патроны даже три пачки американских.
Да все, что нужно, чтобы выжить.
Он взял «грач», выбросил магазин, привычно раскидал, чтобы посмотреть состояние. Да новый совсем.
Подошла Элина, взяла «глок», взвесила в руке. Она сделала то, что обычно делают в таких случаях женщины, постриглась под каре и перекрасила волосы. Теперь она была брюнеткой, причем жгучей.
Умеешь?
А ты сомневаешься?
Что делать будем?
Мне надо встретиться с одним человеком.
Узнать, что к чему. Но доверять ему до конца я не могу. Прикрыть сможешь?
Смогу.
Вот и хорошо
В шестидесятые годы в Ижевске был построен завод по производству автомобилей и металлургический завод, в основном для обеспечения этого же производства прокатом. Они были построены на совершенно новых площадках в другом конце города, организационно входя в Ижмаш, но при этом находясь на отшибе. Вместе с ними построили и жилой район под названием «Автозавод» его переименовали в Устиновский, когда под давлением жителей города было отменено переименование самого Ижевска в Устинов.
В девяностые автозавод чудом выжил местная власть провалила проект передачи завода под сборку, а потом и производство автомобилей «Шкода» потом точно так же провалился проект и с «Фордом» в конце концов завод вошел в состав Автоваза и начал выпускать «Весту». А вот металлургический накрылся, причем накрылся медным тазом, производство было просто разорено, оборудование пустили на металлолом. Сейчас оно так и стояло, не знали, что с ним делать
Сейчас мимо него проехала серая «Шкода», остановилась на обочине, прикрываясь остановкой. Из нее вышел мужик, между тридцатью и сорока, нервно огляделся, потом закурил. С одной стороны мертвый завод, с другой дачные домики, переделанные в настоящие дома
Он бросил взгляд на пассажирское сидение там лежал автомат.
Чо, Леш, мандражишь?
Он и не заметил, откуда появился его коллега. Точнее, бывший коллега, как объявили на оперативке.
Ты откуда?
Весь народ из одних ворот. Ты один?
Да.
Ну, хорошо, что один. Пусть все так и останется э, э! Снайпера не зли!
Ты чего?
Ничего. У меня к тебе зла нет. Надеюсь, у тебя тоже.
Какое у нас зло.