Не к добру это. Всё, уходите через окно.
Он снова исчез в люке. Похоже, на этот раз окончательно.
Спасибо за всё, старик! донеслось сверху.
Энди хмыкнул что-то, навесил на люк маленький амбарный замочек, слез со складной лесенки и осторожно, стараясь как можно меньше шуметь, спрятал её в ближайшую комнату. Затем выдохнул и бодрым шагом пошёл вниз по ступенькам. Внизу в коридоре стоял комитетчик, другой заглядывал в кладовую, в которой ещё недавно Энди разговаривал с Черенко.
Где ты был?! грозно спросил боец в коридоре, а его напарник выглянул из кладовой.
Прибирался, невозмутимо ответил Энди. У меня же всё-таки гостиница, хоть и хреновая.
Из зала донеслись громкие крикитам требовали хозяина и немедленно: у людей закончилась выпивка.
Меня зовут.
Энди попробовал протиснуться между комитетчиками, но один из них схватил его за руку, словно тисками.
Кого-то тут разводят, процедил он. А ну-ка пойдём, покажешь что ты там убирал, старый хрен. Андрейостанься в зале, а я проверю.
Напарник кивнул и вернулся в зал. Донеслась его команда заткнуться и крики из зала прекратились. Второй снял с плеча АКМС и кивком велел Энди подниматься.
Какая комната пустая? шепотом спросил он, следуя за стариком.
Вторая и третья справа.
Энди подошел к нужной двери и достал ключ, но комитетчик бесцеремонно отстранил его, сделал шаг назад и, выбив хлипкую дверь мощным ударом ноги, ворвался внутрь, но там было пусто.
Чёрт, давай открывай вторую! Быстро! скомандовал он, и Энди поспешил выполнять.
Он повернул ключ и аккуратно открыл дверь, а боец заглянул внутрьтут тоже было чисто. Бросив на Энди хмурый взгляд, он открыл дверь напротивтам какая-то парочка взволнованно выглядывала из-под драного одеяла. Комитетчик сморщил нос и вышел, намереваясь заглянуть во все номера.
Полчаса назад ваши все тут проверили, каждый номер, раздался позади раздраженный голос Энди. А сейчас вы опять бесцеремонно врываетесь к моим клиентам. Вы испортите мне репутацию. Я буду жаловаться Филькенштейну! Или нетя пойду к самому Миллеру! Достали!
Комитетчик посмотрел на Энди с такой ненавистью, что старик немного струхнул. Не переборщил ли он? Эти людиэто даже не патрульные, они легко могли пойти на принцип, выгнать всех и проверить каждую щель. И если беглецы ещё не убрались с чердака, на что Энди очень надеялся, это закончится для него виселицей. В самом лучшем случае.
Его опасения не оправдались. Боец скорчил презрительную гримасу, смачно сплюнул на пол, и бросив напоследок: «старый хрыч», спустился вниз. Энди постоял несколько секунд, ожидая когда бешено колотящееся сердце хоть немного притихнет, а затем перевел дух и пошёл следомстароват он уже для таких приключений. Тут недолго и богу душу отдать.
Игорь оживился довольно быстро. После хруста и грохота выбитой двери они не стали дожидаться, пока их найдут, и поспешили на крышу. С неё вниз можно было спуститься по ржавой, забитой грязью и мусором водосточной трубе. Толик не на шутку заволновался, что старая жестянка не выдержит его веса, но выбирать не приходилось. Первым, упираясь ногами в стену, вниз осторожно слез Максим, за ним Игорь, которого то ли свежий воздух, то ли убийственная вонь чердака, похоже, снова привели в чувство. По сравнению с копией себя пятиминутной давности Игорь с каждой секундой становился всё активнее. Последним спускался Толя. Несмотря на его опасения, труба поскрипела, но выдержала, однако во время спуска она дважды коварно хрустнула, от чего Толя здорово перепугался, однако в итоге всё закончилось благополучно.
Ну, парень, теперь наши головы в твоих руках. Не подведи, предупредил Толя.
Максим ничего не ответил и уверенно двинулся по переулкам. В этот раз поход заметно отличался от предыдущего: теперь их искали целенаправленно, большими силами и знали, как они выглядят. Если бы их вел Энди, они бы точно попались, но Максим оказался гораздо изощреннее и знал закоулки намного лучше старика. К удивлению Толи мальчик привел их обратно к пустырю, с которого всё и начиналось. Выждав момент, они прошмыгнули на пустырь и начали быстро пробираться вдоль вала, частично скрытые от внешнего наблюдения еловыми ветками. Скоро Максим остановился в месте, где от вала отходил будто небольшой отросток, скрывавший этот участок вообще от какого либо наблюдения, кроме как с самого вала прямо над ними, но, несмотря на оборудованные на валу огневые точки, караульных там отродясь не бывало.
Здесь, сказал он и стал шарить в траве руками.
С полминуты он шуршал листвой и ветками, ища в них что-то, пока не нащупал искомое и не потянул на себя. Это был кусок маскировочной сети, натянутый на деревянный каркас и облепленный веточками, листьями и пожухлой травой. Она скрывала за собой маленький тоннель, в который на четвереньках с легкостью мог протиснуться человек.
Черенко сразу понял, что это и куда ведёт.
Малец, с той стороны мины, с долей скепсиса предупредил он.
Что за мины? смутившись, спросил мальчик.
Хрень такая, взрывающаяся.
Не знаю, задумчиво ответил Максим. Если они там и есть, то мне ни разу не попадались
Толик отметил про себя, что в логике пацану не откажешь.
В любом случае у них не было особого выборадругого незаметного выхода из города не существовало. Максим пользовался этим лазом несколько раз и остался жив, поэтому Толе и Игорю приходилось уповать на везение мальчишки. Да и свое собственное тоже. Игорь, впрочем, был молчалив, но резок в движениях и активен, так что подгонять его не приходилось. У Толи появились первые смутные догадки о причине такого быстрого изменения его состояния, но он не спешил спрашивать. Пока что ему было не до того.
На той стороне была свобода. Лишь бы только удача от них не отвернулась
Глава 2.2
2
Андрей очнулся в маленькой, грязной и вонючей комнате. Он лежал на спине на заплёванном, скользком полу, совершенно дезориентированный. Пытаясь осмотреться, парень приподнял голову, но её тут же пронзила сильная, острая боль, а ещё к ней внезапно присоединилась тошнота, мерзко выкручивавшая внутренности. Андрей издал лёгкий стон и опустил голову обратно на пол, с трудом борясь с требованием организма снова впасть в забытье.
Оклемался таки, услышал он хриплый, незнакомый голос откуда-то со стороны. Я уж думал ты уже всё.
Этот голос немного помог Андрею совладать с собственным телом. О том, чтобы снова попытаться поднять голову и посмотреть кто с ним разговаривает не могло быть и речи, но он мог хотя бы говорить. Парень собрался с силами и выдавил из себя несколько слов.
Где я? чуть слышно спросил он.
В тюрьме для политических, тут же раздался ответ.
«Что это значит?», хотел спросить Андрей, но переоценил свои силысознание окончательно покинуло его.
Он снова провалился в забытье. Ему что-то снилось, какие-то тени, голоса, события, но он не мог разобрать, что именно. Голоса казались знакомыми, тени иногда обретали очертания то Олега Гронина, то матери, то ещё кого-то, кого он когда-то видел. И ничего конкретноготолько бессмысленное, размытое марево воспалённого сознания.
Когда Андрей пришёл в себя в следующий раз, прошли почти сутки, но в камере это никак не ощущалось. Даже если бы он был в сознании, то всё равно не понял бы сколько времени прошлочерез маленькое зарешечённое окно почти не пробивался свет. Даже самого окна Андрей не видел и не знал о его существовании. Поднять голову он по-прежнему мог лишь с трудом. Общее состояние, как ему казалось, стало получше, но всё ещё оставалось отвратительным: тело трясло, словно в лихорадке, а спазмы и приступы тошноты периодически напоминали о себе, выкручивая внутренности.
Не видя и не слыша никакого движения в камере, Андрей решил попытаться выяснить есть ли здесь ещё кто-нибудь или вчерашний голос был лишь плодом его воображения.
Вы здесь? тихо спросил он.
Где-то в темноте раздалось шуршание, и вскоре послышался тот же самый хриплый голос.
Да. Как самочувствие?
Андрей подвигал руками, пощупал себя: бушлат, флисовая кофта и штаны отсутствовали, обувь тоже сняли. Из одежды на нём оставалась только лёгкая футболка, тонкие нижние штаны, и носки. Стало ясно, почему ему так холодно.