Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Патрульный едва не принял ребят за пьяных. Но подойдя поближе, сотрудник ГАИ обомлел: на лицах мальчишек бурым углем блестел на солнце ядерный загар
Глава пятая
Датчик переносного радиометра РУП-1 медленно прополз по телу, долго «обнюхивал» щитовидку, а потом погрузился в пышную соломенную шевелюру. Бригадир дозиметристов Валентин Хрущ беспокойно смотрел на плавающую по шкале стрелку и сокрушённо качал головой.
Валентин Тихонович, сколько? негромко спросила пожилая черноволосая женщина в белом халате.
Дозиметрист молча поднес индикатор к её глазам:
И это всё по бете, Ангелина Константиновна, также негромко произнёс он, по гамме на волосах 5 рентген. И это после дезактивации! Судя по загару, парень хватанул под 200 бэр. Правда, это только на голову
Ангелина Константиновна Гуськова сжала ладонями виски, глубокие морщины прорезали лоб. Она с болью вглядывалась в коричневое лицо спящего Стася:
Ты знаешь, Валентин, я ведь почти 40 лет в радиологии. Уж всякого в 6-й клинике насмотрелась. А вот облучённых детей не видела никогда Какие препараты вводили ребяткам?
Две капельницы физраствора влили, 5 кубиков пентацина внутривенно, а сразу при поступлении 5 кубиков диазепама внутримышечно, привычно затараторила Людмила Ивановна Прилепская, терапевт припятской медсанчасти.
Диазепам-то зачем? удивился бородатый доктор.
Людмила Ивановна как-то грустно улыбнулась:
Да, понимаете, Георгий Дмитриевич, ядерное возбуждение у них было. Мальчишки при поступлении буянилираздеваться не будем, мыть себя не дадим. Мужики в палате орали матом и на них, и на нас. Намаялись мы с ними. Дети есть дети. Вот я и решила ввести диазепам. Вмиг утихомирились и заснули, как котятки.
Бородатый доктор задумчиво скрестил руки на груди:
Вот вы мне другое объясните, коллеги: на лицах у ребят сильнейшая эритема, а тела едва покраснели, и, что удивительно, лейкоциты в норме. То есть облучению подверглись только головы. Это как?
Стасик вдруг шевельнулся, закашлялся, не открывая глаз, поводил рукою по простыне.
А там заборчик был железобетонный, хриплым голосом сообщил парнишка, мы за ним укрылись. Я подумал, если вправду радиация, железобетон защитит. И мы только головы высунули и смотрели
Ангелина Константиновна облегчённо рассмеялась: потеплело на душе у старой докторшираз парнишка в себе, значит очухается.
Ну, конечно, глупой голове радиация нипочём! А вот что со щитовидкой прикажете делать, молодой человек?!
Услышав женский голос, Стасик вздрогнул, широко раскрыл глаза и тут же облегчённо вздохнул, увидев, что краешек простыни, хоть и проходит ниже ватерлинии пупка, но всё же надёжно прикрывает прочие части тела. Стась покрутил головой по сторонам. На соседних койках безмятежно сопели носами Богдан и Ромка. Другие кровати огромной, в четыре окна палаты пустовали: ночью особо пострадавших работников станции, вместе с переоблучёнными пожарными отправили самолётом в Москву. Тех, которые были способны передвигаться самостоятельно, повезли на трёх «Икарусах» в Киев.
Отправку ребят Гуськова задержала умышленнов дороге мальчишки неизбежно нахватались бы дополнительных рентгенов от взрослых людей, пораженных лучевой болезнью 3-й и 4-й степени тяжести. Да и не хотелось заведующей 6-й клиники Москвы, чтобы дети видели почерневших от ядерного загара мужиков, страдавших от непрерывной рвоты и диареи. Только в книгах лучевая болезнь овеяна неким ореолом романтики. В реальности всё дико и страшно.
Под утро в медсанчасть прибежали перепуганные мамы ребят. Принесли чистую одежду и простынибольничное бельё оставалось радиоактивным, даже после многократной стирки. Несмотря на сопротивление врачей, мамочки ворвались в палату, в ажитации трясли спящих сыновей, голосили, ругались, проклинали всех на свете Сцена была тяжёлой. Предвидя это, опытная Прилепская, сберегла ребячьи нервы, заранее погрузив мальчишек в медикаментозный сон. Потом капала валерьянку себе и мамам. Потом требовала с них согласия на госпитализацию в Москву, вновь и вновь повторяя, что ребята нетяжёлые, что гарантируется полное выздоровление, но лечить щитовидки нужно срочно, чтобы не пришлось глотать всю жизнь левотироксин. Мамки про Москву и слышать не хотели, требовали вылечить детей здесь, сейчас, и притом немедленно. Тогда к разговору подключилась доктор Гуськова, предложив доставить ребят в сопровождении мам, в киевскую клинику института радиологии.
Такой вариант устроил всех, и мамки, немного успокоившись, ушли домой собирать вещи.
Как ни хотелось Ангелине Константиновне следить за выздоровлением ребят лично, но она осознавала, что детским глазам не следует видеть ужаса, который развернется в 6-й клинике Москвы в ближайшие дни, когда десятки переоблучённых людей начнут мучительно уходить из жизни
Доктор Гуськова присела на стул возле кровати Стасика, взъерошила рукой его густые, радиоактивные патлы. К радиации ей не привыкать.
Послушай меня, дружок, доверительно сказала она. Ты уже взрослый, и можешь спокойно понять и принять то, что может напугать твоих младших друзей. Сейчас, после первой бурной реакции организма на облучение, у тебя наступил период мнимого благополучия. Ты чувствуешь себя хорошо, лишь немного хрипят голосовые связки. Но так будет не всегда. Щитовидка уже натянула рентгены, и через несколько дней у тебя разовьется острая лучевая болезнь 1 степени тяжести. Третья неделя болезни будет самой тяжёлой. Это крайне неприятно, но совсем не смертельно! Замечательно, что в нужное время и в нужном месте оказался железобетонный забор! Поэтому, надеюсь, у тебя не поражён костный мозг. Конечно, будет длительная диарея. Кожа на лице облезет, но регенерирует самостоятельно. Волосы выпадут, но к осени вырастут новые. Щитовидку вылечим. В августе будешь полностью здоров!
В августе?! завопил потрясённый Стасик. Три месяца?!
Вот видишь, и голос прорезался! улыбнулась пожилая докторша. Да, три месяца. Может раньше. Мы знаем, как воздействует радиация на взрослый организм, но понятия не имеем, как поведёт себя детский.
Ну, я-то не ребёнок! насупился Стась.
Я имела в виду младших, деликатно сказала доктор Гуськова.
То есть нас? подал голос проснувшийся Богдан. Теперь мы проболеем всё лето?
Это Стасик во всём виноват, дебил детсадовский! фальцетом выкрикнул Ромка.
Так, щас, на фиг, обоих закопаю! грозно рявкнул мгновенно вскипевший Стась.
Он было рванулся с койки к младшим ребятам, но тут же в ужасе попятился и юркнул под простынюиз одежды на нём был только загар, да и тот на лице.
Зазырь, какая у него рожа стала! радостно крикнул Богдан Ромке. Аж через загар покраснел!
Классно получилось! весело подтвердил Роман.
Мальчишки зашлись в приступе кашля и смеха. Стасик камнем застыл под простынёй, желая провалиться сквозь землю.
Мне почему-то кажется, что процесс выздоровления не затянется! бодро сказала доктор Гуськова. Пойдёмте, товарищи! Надо найти машину почище и, не мешкая, отправить ребят в Киев. Станислав, а вот когда ты, сейчас, э-э, так резко вскочил, голова не закружилась?
Нет! сконфуженно буркнул Стась.
Едва за докторами закрылась дверь, как из палаты донеслись звуки потасовки, треск рвущихся простыней и мстительный смех Стасика.
Дети, в любых ситуациях дети, покачала головой Прилепская.
Вот именно поэтому я уверен в счастливом исходе! заявил доктор Селидовкин. Попробуйте так попрыгать после капельниц и диазепама! А эти скачут, как кенгуру!
Согласна с вами, улыбнулась Гуськова. Видели, как вчера вели себя сильные взрослые мужики? Почти у всех была паническая атака! Мальчишки же немного поистерили и восприняли ситуацию как данность. И пугает их вовсе не лучевая болезнь, а пропавшее лето. Людмила Ивановна, попробуйте еще раз отмыть эти патлатые головы. Не поможетстригите безжалостно! Лишние бэры им теперь ни к чему.
Пострижём, Ангелина Константиновна, пострижём, Прилепская задумчиво смотрела через открытое нараспашку окно на тонкие силуэты двоих мальчишек, бежавших галопом по улице Дружбы Народов в сторону речного вокзала. Ещё два кандидата на острую лучевую бегут! И куда их только черти несут? Объявили же по радио, чтобы все по домам сидели!