Нил Шустерман - Жнец стр 7.

 Я занимаюсь этим долгие годы,  проговорил жнец.  Если исходить из моего опыта, то быстрота и безболезненность во время «жатвы» и есть то самое милосердие, о котором ты говоришь.

 Тогда, по крайней мере, объясните ему, почему вы выбрали именно его! В чем причина?

 Да нет тут никакой причины, Роуэн!  сказал Кол.  Все это чисто случайно. Никакой долбаной причины!

Но в глазах жнеца мелькнуло нечто, что дало Роуэну понять, что выбор Кола в качестве жертвы случайным не был. Поэтому Роуэн и продолжал настаивать:

 Ведь есть какое-то основание для вашего выбора, не так ли?

Жнец вздохнул. Он не был обязан что-либо объяснять. В конце концов он был жнецом и во всех отношениях находился над законом, а потому ничего не должен был говорить о своих мотивах. Ничего и никому. Но все-таки решил сделать это.

 Если исходить из статистики Века Смертных и вывести за пределы уравнения людей преклонного возраста, то 7 процентов смертей обычно были сопряжены с использованием автомобиля. Из них 31 процент был вызван алкоголем, а из этих тридцати одного процента 14 процентов приходилось на тинейджеров.

Жнец взял со стола директора калькулятор и протянул Роуэну:

 Посчитай сам.

Набирая цифры, Роуэн старался не торопиться, зная, что для Кола сейчас каждая секунда целая жизнь.

 0,303 тысячных процента,  наконец произнес Роуэн.

 А это означает,  сказал жнец,  что этому профилю соответствуют трое из каждой тысячи душ, и их я забираю. Твой друг только что получил от родителей новую машину, за рулем он употребляет алкоголь. Я действительно делаю произвольный выбор но лишь из подростков с подобным профилем.

Кол спрятал лицо в ладонях, сквозь пальцы струились слезы.

 Я ИДИОТ!

Он так сильно прижимал ладони к глазам, словно пытался вдавить их глубоко в голову.

Роуэн сжался в своем кресле.

 Довольно,  произнес жнец.  Пора.

Из складок мантии он извлек небольшую пластину, которая удобно укладывалась на его ладони. Тыльная сторона пластины была покрыта чем-то вроде ткани, лицевая сияла металлическим блеском.

 Кол, я приготовил для тебя это: удар, который вызовет остановку сердца. Смерть мгновенная и безболезненная. Гораздо лучше, чем тот кошмар и страдания, которые ты пережил бы, если бы умер в автокатастрофе в Век Смертных.

Неожиданно Кол протянул руку, схватил Роуэна за ладонь и крепко сжал. Роуэн не противился. Он не принадлежал к семье Кола, и до сегодняшнего дня они даже не были друзьями. Но как там говорится в пословице? «Перед лицом смерти все мы братья». А интересно, если бы в мире совсем никто не умирал, мы что, стали бы совсем одинокими? Роуэн тоже сжал руку Кола молчаливое обещание не оставить того в последнее мгновение.

 Хочешь что-нибудь передать людям?  спросил Роуэн.

 Миллион всего,  ответил Кол.  Только никак не могу сообразить.

Роуэн решил, что сам за Кола поговорит с теми, кто его любил и кого любил он. Это будут нужные слова. Слова утешения. Роуэн сможет придать смысл бессмысленному.

 Боюсь, что тебе придется отпустить его руку,  сказал, обращаясь к нему, жнец.

 Нет,  покачал головой Роуэн.

 Тогда удар остановит и твое сердце,  предупредил жнец.

 Ну и что?  сказал Роуэн.  Меня же восстановят.

И добавил:

 Если, конечно, вы не собираетесь покончить и со мной.

Роуэн понимал, что провоцирует жнеца, и тот вполне может лишить жизни и его. Но несмотря на риск, он был рад, что сделал так, как хотел.

 Хорошо,  сказал жнец и, ни секунды не раздумывая, прижал пластину к груди Кола.

В глазах Роуэна побелело, потом почернело. Его тело содрогнулось в конвульсии, он вылетел из кресла и ударился о стену. Для Кола все, вероятно, прошло безболезненно, но не для Роуэна. Боль была немилосердна, много сильнее, чем то, что способен вынести человек. Но постепенно содержащиеся в крови Роуэна микроскопические наночастицы стали выделять успокаивающие опиаты, боль начала ослабевать, зрение прояснилось, и Роуэн увидел, как жнец, склонившись над лежащим в кресле телом Кола, прикрывает его невидящие глаза. Кол Уитлок был мертв.

Наконец жнец встал и протянул Роуэну руку, но тот не взял ее. Поднявшись с пола, Роуэн, хотя не испытывал никакой благодарности по отношению к жнецу, сказал:

 Благодарю вас за то, что позволили остаться с Колом.

Некоторое время жнец изучающе смотрел на него, а потом сказал:

 Ты рисковал собой ради юноши, которого едва знал. Ты пытался успокоить его в его смертный час, подвергнув себя боли удара. Ты вызвался стать свидетелем, хотя никто тебя об этом не просил.

Роуэн пожал плечами:

 Я сделал то, что сделал бы каждый.

 А что, были еще желающие?  спросил жнец, придвинувшись к нему.  Твой директор? Его подчиненные? Или кто-то из той дюжины учеников, что проходили мимо?

 Нет,  вынужден был признать Роуэн.  Но что из того, что я сделал это? Он же все равно мертв! И вы лучше меня знаете, что люди говорят о благих намерениях.

Жнец кивнул и взглянул на свое кольцо такое увесистое, такое авторитетное!

 Я полагаю, ты попросишь меня об иммунитете?  спросил он.

Роуэн покачал головой:

 Мне ничего от вас не нужно.

 Справедливо,  сказал жнец, направился к двери, но, поколебавшись мгновение, повернулся к Роуэну.