Ваша хваленая интуиция? вспомнил я.
Она меня еще никогда не подводила, серьезно ответила Фергия, доела виноград, отбросила голую веточку и добавила: А теперь давайте-ка поищем Даньяру, кем бы она ни была. Раз уж вы уверяете, что вам всяко скажут больше, нежели чужестранке, вы и расспрашивайте! А я послушаю и поучусь
Признаюсь, я решил показать себя с самой лучшей стороны: поскольку меня знали все или почти все, то мне ничего не стоило завязать беседу с любым торговцем или хоть мусорщиком. Вот только я не учел, что именно это меня и погубит: мы же не в Арастене, мы в Адмаре, и прежде, чем поинтересоваться непосредственно делом, нужно справиться о здоровье собеседника, всех его чад и домочадцев, он в ответ спросит о том же Когда же мы наконец доберемся до сути, к нам присоединится какой-нибудь словоохотливый сосед или даже простой прохожий, и еще один, и еще, и разговор пойдет по кругу, разорвать который не так-то просто.
Это Фергии прощалась прямота: она ведь была чужеземкой, не знала адмарских обычаев (вернее, умело прикидывалась, будто не знает), что с нее возьмешь? Правда, все уже поняли, что она прекрасно умеет торговаться, но уговоренную цену платит всегда: это мог подтвердить и хромой Каддаш, который перестраивал Фергии дом в Проклятом оазисе, и другие, имевшие несчастье с ней столкнуться.
Когда я окончательно завяз в светской беседе, к которой присоединился, по-моему, весь базар (клянусь, с дальних его краев передавали вопросы, а обратно ответы), и надежда просто спросить о ведунье зачахла на корню, меня спасло чудо.
Чудо это носило имя Даллаль и служило начальником городской стражи. По-моему, бравый воин питал какие-то романтические чувства к Фергии Вот и сейчас, завидев ее макушку, покрытую ярко-красной косынкой, Фергия возвышалась над средними адмарцами так же, как ее мать над арастенцами, Даллаль направил коня на собравшуюся публику.
Фергия-шади! воскликнул он. Что случилось?
Ничего не случилось, Даллаль-шодан, отозвалась она, выбирая на лотке самый сочный персик. Поглощать фрукты Фергия могла, по-моему, безостановочно. Впрочем, хуже было бы, если бы она так же безостановочно курила в подражание матери. Просто Вейришу-шодану вздумалось остановиться послушать сплетни, вот мы и завязли. Выручи, прошу, не то я безнадежно опоздаю в гавань, куда Вейриш-шодан так любезно обещал меня проводить!
Зачем вам в гавань? прошипел я.
Оценить масштаб катастрофы при свете дня, таким же ужасным шепотом отозвалась она. Ну и Посмотрим. Все равно ваши методы не работают, а значит, искать Даньяру будем иначе.
Как же, например?
Чайку попрошу, ухмыльнулась Фергия. Он много где бывает, все слышит. Пускай поспрашивает. Или его жена.
Ах да, и как это я о нем позабыл
Чайкой прозвали уличного поэта в основном за производимый им шум. Ему недурно удавались стишки на злобу дня: он прошелся и по начальнику стражи, и по главному советнику рашудана, и по самому рашудану, за что нечестивцу грозила смертная казнь или ссылка в рудники. Правда, Даллаль ловил этого стихоплета без особенного энтузиазма, потому что Фергия ухитрилась убедить его: Чайка вовсе не злоумышляет, он просто не может смолчать, когда видит несправедливость. После того как она уверила Даллаля, что сочинение о нем самом вовсе не хула, а похвала, я не сомневался Чайке ничто не угрожает. Мало ли похожих бродяг, на них же не написано, кто именно сочиняет крамольные строки! Хватать всех подряд никаких тюрем не хватит, а в рудниках от этих доходяг проку мало больше съедят, чем наработают
Не повредила ли буря твоему новому дому, Фергия-шади? любезничал тем временем Даллаль.
В исполнении рослого красавца с роскошными усами неуклюжие заигрывания выглядели невероятно забавно, и, уверен, не я один сдерживал улыбку. Но, полагаю, остальные думали: как можно обидеть такого уважаемого человека неуместным смехом? Вдобавок у него сабля имеется, и владеть ею Даллаль умеет превосходно Конечно, вряд ли он обнажит благородный клинок из-за какого-то глупца, но у него ведь кроме сабли и плетка под рукой, а такой можно убить с одного удара, если умеючи. В том, что Даллаль на это способен, никто не сомневался, а потому желающих навлечь на себя его гнев не оказалось.
Я ведь колдунья, любезный Даллаль-шодан, нарочито громко ответила Фергия, а потому могу сберечь свое жилище. Хотя, признаюсь, даже я натерпелась страха: в моих краях таких гроз не бывает!
«Да, там совсем другие шторма», подумал я, но смолчал.
Разве в это время года случается подобное? не умолкала она. Я полагала, сейчас должна царить сушь!
Так и есть, Фергия-шади, развел руками Даллаль. Все придворные знатоки ветров, звездочеты и прочие дармоеды в недоумении: гроза взялась будто из ниоткуда! Кое-кто предположил, что она колдовская, но кто мог вызвать подобное?
Не смотри на меня так, Даллаль-шодан, сладко улыбнулась Фергия. Во-первых, погодная магия не мой конек, во-вторых, зачем бы мне учинять этакое безобразие? Из-за него, я слышала, в гавани затонули корабли, и теперь войти и выйти могут только самые легкие лодки?