Всего за 599 руб. Купить полную версию
И тогда мальчик обернулся и увидел. На лес надвигалась грозовая туча, неумолимо ползла вперед, и это была не просто буря: молнии, то и дело вспыхивающие в ее сизых недрах, доставали до самой земли.
Эй! пронзительно крикнул мальчик. Ты где? Вернись!
Но было тихо. Что-то изменилось не только в небе, во всем вокруг, даже в нем самом, но он тоже не знал достаточно слов, чтобы объяснить это. Молнии сверкали все ближе, а затем повсюду закричали птицы.
У каждого уголка нашей зеленой планеты есть свой дух, и все они, даже будучи детьми одной матери-земли, совершенно не похожи друг на другатак же как и народы, живущие в их владениях. Дух этой мирной земли, населенной веселыми, честными и, признаться, недалекими тружениками, тоже был мирным и простодушным и даже не понял, какую драгоценную тайну успел передать, прежде чем исчезнуть.
Пройдет много лет, прежде чем мальчик вспомнит об их встрече снова.
Глава 1Монструм
Самое главное в магииэто умение полюбить момент. Не беспокоиться ни о прошлом, ни о будущем, знать, что для волшебства есть только здесь и сейчас. Передаешь рукам свое хорошее настроение, радость, силу жизнисловом, аниму, и готово, твори невероятные чудеса!
С настроением у Нила проблем не было, а вот с тем, чтобы передавать, успехов он пока не добился. Голос здравого смысла шептал, что четыре года попытоквеский довод, чтобы признать поражение, но других идей все равно не было, так что Нил подышал на замерзшие руки и снова приложил их к гладкой черной стене. Ладони привычно охватил холод, и Нил сосредоточился на своем сердцебиении, на дыхании, на всех восхитительных признаках того, что он жив, и почувствовал, как магия нежно, гладко скользнула из его сердца в кончики пальцев и
Ну, почти почувствовал. Он был уверен, что так все и будет, но каждый раз этим и заканчивалось: легкое покалывание в ладоняхи все. Нил прислонился лбом к холодному камню. Изгородь уходила высоко вверх, и небо над ней было таким же, как всегда: безжизненным и серым. В Селении никогда ничего не меняется, теневая магия Ястребов защищает его и от солнца, и от дождя, но за свою жизнь Нил научился различать в этой серости небольшие оттенки. Сегодня, например, казалось, что где-то там, снаружи, начинается солнечный, великолепно яркий день.
Эй, пожалуйста, прошептал он, вцепившись в черную стену. Я могу, знаю, что могу, ну же! Я хочу домой. Мне нужно домой. Давай!
Но камни не исчезли, не превратились в листья или воду, не рассыпались золотыми искрами. Ладно, до побудки времени много. Раз уж удалось сегодня рано проснуться, надо попробовать снова и не отчаиваться, из грусти магию точно не соткать. Итак, ощущение гладкого камня, покой, красота, любовь и
На ноге у него сжались острые ледяные зубы, и Нил охнул.
Хорошая собачка, прохрипел он, изо всех сил дергая ногой. Челюсти, ясное дело, не разжались. Или ты не собачка? Может, заяц? Еж? Тру Трудно сказать.
Монструм, конечно, не ответил: сгусток тьмы, едва различимый в предрассветных сумерках.
У каждого Ястреба есть такой помощник, сотканный из тени: их магия так велика, что не вмещается в них целиком, хватает еще вот на такого прихвостня в виде какой-нибудь зверушки. Обычно выглядели такие теневые твари довольно жутко, но не в этом случаетрудно всерьез испугаться низенького существа с торчащими ушами. В данный момент существо нетерпеливо махало хвостом и тянуло Нила назад, мелко переступая короткими лапками. От лодыжки, которую сжимали его бестелесные челюсти, покалывающая холодная боль медленно ползла к колену.
Если бы ты направлял все эти усилия на игру, давно бы уже стал лучшим игроком, без выражения сказал голос у Нила за спиной. И вышел отсюда законным способом.
У всех ваших такой слух хороший и или только у тебя? Нил болезненно выдохнул сквозь сжатые зубы. Ногу свело так, будто ее засунули в глыбу льда, обычно монструм так сильно не кусал. По почему все время именно ты и твой не несуразный пес-призрак?
Он чувствует, что ты опять нарушаешь распорядок дня, и ведет меня за собой. Кадет свистнул, и монструм разжал зубы. Он помнит всех, кого кусал.
Если он однажды про протянет лапы, выбей это на его надгробном камне. Нил со стоном опустился на камни, кое-как согнув ногу. Он решил благоразумно промолчать о том, что нюх чудо-пса срабатывает только раз в несколько месяцев, а он сам приходит к Изгороди почти каждый день. С не недобрым утром, Кадет Семь Два Три.
Кадет стоял шагах в десяти от Изгороди, сложив руки за спиной, и Нилу вдруг показалось, что вид у него какой-то встрепанный, беспокойный, не такой, как обычно. Судить, конечно, трудно, у Ястребов и лиц-то почти не разглядеть между капюшоном и маской, закрывающей нос и рот, но за столько лет Нил научился различать оттенки не только в погоде.
Ты помнишь, что я сказал тебе в прошлый раз? негромко спросил Кадет.
Нил пожал плечами. Кадет каждый раз говорил одно и то же, он не особо слушал: «Игрокам запрещено подходить к Изгороди», «Золотая магия давно иссякла», «Тень владеет миром. Куда ты планировал бежать?» и все такое. В вопросах надежды и спасения вряд ли стоит слушать типов, которые годами живут на злобной теневой магии и которым запрещает радоваться свод правил толщиной с кирпич.
А можно спросить: вам этих зверушек готовыми раздают или они сами решают, какую форму принять? Нил кивнул на монструма, который чесал задней лапой нос, как настоящая собака. Вот у вашего начальника какая-то мерзейшая тварь с щупальцами, а твой, прости, напоминает клочок пакли.
Кадет подошел ближе, и Нил сразу сжался, но тот просто дернул его за шкирку и поставил на ноги легко, как котенка.
Я сказал, что, если увижу тебя здесь еще раз, этот раз станет последним.
И где ты так хорошо наш язык выучил? пробормотал Нил, морщась от боли в ноге и от холода, которым окатывало, стоило Кадету чуть сильнее сжать его воротник. Остальные еле-еле слова связывают, а ты
Сегодня ты нарушил правила в десятый раз. В свободное время я перечитал устав. Согласно правилу пятнадцать свода номер семь игрока иссушают после десяти нарушений.
Что? выдохнул Нил. В голове у него мелькнуло, что изучать на досуге рабочий устав способны только Ястребы, но желание острить тут же погребла под собой лавина ужаса. Да ладно, ты же шутишь, да?
Шучу? озадаченно переспросил Кадет. Шутка в вашем языке значит «история с целью развлечения». Мы не мыслим такими понятиями.
Нет. Стой. Нил попытался шагнуть назад, но ледяная рука удерживала его на месте, и он вдруг почувствовал, что этот холод действительно вытягивает из него аниму: тепло, жизнь, надежду. Я же ценное имущество!
Ты? Худший игрок во всем Селении?
Не надо, эй, не надо, выдавил Нил. У него уже начали леденеть губы. Ты же не такой, как другие. Не злой.
Для нас отсутствие злостине добродетель. Тебе не стоило приходить сюда снова.
Я же не думал, что ты серьезно предупреждаешь! Нил всю жизнь не позволял страху себя догнать, но теперь тот медленно, по капле вливался в него. Думал, это просто слова.
Вот потому цивилизация золотых магов и пала, сказал Кадет, и Нилу наконец удалось перехватить его взглядбесстрастный, ничего не выражающий. Вы не относитесь ни к чему серьезно.
Нил судорожно вдохнул, пытаясь сопротивляться холоду, который разливался по телу, и его вдруг осенило.
Стой, еле-еле шевеля онемевшими губами, выдавил он. Я не знал. Про десять раз. Ты должен был. Меня. Уведомить. Хватка на воротнике чуть ослабла, и Нил продолжил: Как можно со соблюдать правило, которого не знаешь?
Кадет замер, как деревянное изваяние. Он всерьез обдумывал его слова, глядя прямо перед собой хмурыми темными глазами. Потом разжал руку, и Нил повалился на камни, отчаянно кашляя.
Ты прав. Кадет отрывисто кивнул. Мы никогда не объявляли о правиле десяти нарушений, потому что до тебя никто не совершал больше двух. Обычно игроки не рискуют ради выдумки сном и возможностью победить. Теперь ты уведомлен, и в следующий раз
Понял, выдохнул Нил и прислонился спиной к Изгороди. У него дрожали ноги, но в остальном настроение стремительно мчалось от смертельного ужаса к «да ладно, бывает и хуже». Больше ты меня тут не увидишь.