Чета Мерит не была особо зажиточной, об этом ясно дало понять ветшающее состояние их усадьбы, однако и дыр в крыше не было. Государь посчитал, что усадьба величие короля Камерата вполне выдержит. Я была с ним совершенно согласна. Во-первых, усталость оказалась неимоверной, а во-вторых, хотелось поглядеть на тех, кто живет в моем графстве, и не только на высокородные семьи, но и на обитателей попроще, тем более именно на них я и собиралась делать ставку в своих деяниях. И потому улыбалась Меритам совершенно искренне.
Конечно же, появление короля на пороге дома, еще и в компании хозяйки графства, стало для помещиков глубочайшим потрясением. Они не понимали, как им вести себя, и что предложить, чтобы не обидеть августейшую особу, ну и мое сиятельство заодно.
Просто накормите нас чем-нибудь легким, прикажите подать горячей воды и подготовьте спальни,устав от бестолковых метаний, сказал государь.И пусть позаботятся о моих людях.
Да, Ваше Величество,заверил монарха господин Мерит, и направление заботам о нежданных гостях было положено.
Чтобы не было лишних разговоров, мы с Ивом легли в разных спальнях. И это было впервые с того времени, как я добровольно разделила с ним не только его ложе, но и покои. Мы жили бок о бок уже так долго, что остаться одной в постели оказалось непривычно. Я не сразу смогла уснуть. Обнаружилось, что мне не хватает теплого тела, обычно прижавшегося к моей спине и руки, обнимавшей меня, тяжесть которой раздражала, но сейчас без королевской длани сон не шел.
Негодяй, и тут жизнь усложнил,проворчала я и как-то сразу уснула, найдя в своем недовольстве умиротворение.
А вот утро принесло неожиданное открытие. Открыв глаза, я потянулась, улыбнулась новому дню, раскинула руки и
Ты ударила короля,проворчал справа до боли знакомый голос.Если это покушение, то я буду вынужден подавить сей бунт в зародыше.
Ив?изумилась я. Развернувшись, я обнаружила Его Величество на привычном месте.Что ты здесь делаешь?
Сплю,ответил он, приоткрыв глаз.И собираюсь спать дальше, если мой покой, конечно, кого-то волнует,изрек государь.
Он натянул одеяло, почти полностью скрывшись под ним, однако я была полна праведного возмущения, даже негодования, потому ткнула в бок кулаком и вопросила:
Что ты тут делаешь, пожри тебя псы?
Монарх открыл оба глаза.
Фу, как некрасиво,поморщился Его Величество.Такая хорошенькая, а бранишься, как какой-нибудь Дренг.
Но ты в моей постели,возмущенно прошипела я, стараясь не привлекать внимания хозяев к нашему пробуждению.
А где мне быть?искренне изумился венценосный наглец, приподнявшись на локте.Я там, где мне лучше спиться. Один я не смог уснуть и пришел сюда. А вот ты спала,обвиняюще произнес король, нацелив на меня палец.Это возмутительно, ваше сиятельство. Пока ваш государь страдает бессонницей на холодной простыне, вы сладко сопите в одиночестве, ни о чем не переживая. Теплая, милая и совершенно бессовестная. Я негодую.
Это я негодую,фыркнула я.Я хочу, чтобы приличия соблюдались
Они и соблюдаются,отмахнулся король.Гвардейцы стоят у дверей, они никого не пропустят ни к тебе, ни ко мне, а значит, никто не сможет открыть нашего совместного ночлега, если, конечно, ты не продолжишь сообщать об этом всему дому.Я открыла рот, чтобы ответить, но государь поднял руку, остановив меня, и продолжил сам:И знаешь еще что, дорогая моя бунтарка? Я не могу оставить без внимания всё, что ты успела сотворить с момента своего пробуждения. Итак,он сел и поднял руку со сжатым кулаком:Ты ударила своего короляэто раз,Ивер начал поочередно отгибать пальцы.После ты осмелилась диктовать свою волю и не дала мне уснутьдва. Потом ты вновь ударила повелителятри. Еще ты повысила на меня тон и требовала отчетачетыре. Ты браниласьпять.Он поднял второй кулак, еще сжатый, в отличие от первого:Усомнилась в моей порядочности и благородствешесть. И наконец, ты спала, когда я не мог уснуть в одиночествесемь. Семь прегрешений, и это не может остаться безнаказанным. За сим повелеваю: означенную бунтовщицуШанриз Тибад-Стренхетт-Тенерис-Доло, признать виновной и наказать жесточайшим способом. Госпожа графиня, вы будете пронзены королевской шпагой. Прямо сейчас. Примите свою участь с достоинством.
Вот еще,фыркнула я.Не желаю принимать ни вздорных обвинений, ни наказаний за них
Однако встать мне не удалось. Едва я обозначила свои намерения, как была откинута обратно на подушку вероломным нападением монарха. Он навис сверху и ухмыльнулся:
Пощады не будет. Приговор окончательный и обжаловать его невозможно, ибо судил вас сам государь. Клинок тверд и готов к воздаянию.
Похабник!возмутилась я, и рот мой был заткнут поцелуем
Никто так и не понял, что мы ночевали в одной постели. Гвардейцы не только не подпустили к дверям ни слуг, ни хозяев, но даже в то крыло, где нам предоставили ночлег. Горничной позволили войти ко мне только после того, как государь удалился, чтобы привести себя в порядок и одеться. Вот тогда один из телохранителей крикнул прислугу, и нам принесли горячую воду, а после миленькая девушка, почти ребенок, по имени Сойли помогла мне одеться и уложить волосы.
Когда я пришла в столовую, куда меня сопроводила Сойли и два моих телохранителя, там уже находился посвежевший и довольный жизнью монарх, а так же чета Мерит. За столом сидел один государь, а супруги стояли неподалеку, больше напоминая прислугу, чем хозяев дома. Помещики были смущены и скованы. Я приветливо улыбнулась им и направилась к столу.
Однако вы заставляете себя ждать, ваше сиятельство,невозмутимо изрек государь.
Прошу простить меня, Ваше Величество,я присела в реверансе.Но так уж устроены женщины, нам требуется время, чтобы полностью подготовиться к выходу.
Он кивнул мне на стол, и я проследовала к приготовленному для меня месту. Присев, я расправила на коленях салфетку и любезно улыбнулась, глядя на монарха. Лакей поспешил обслужить меня, и пока мне наполняли тарелку, я хранила молчание. Однако к завтраку не приступила, вместо этого подняла взгляд на хозяев усадьбы.
Государь, позволите ли обратиться к нашим гостеприимным хозяевам?спросила я, согласно этикету.
Спрашивайте, ваше сиятельство,кивнул Ив.
Я улыбнулась обоим Меритам сразу. Мой взгляд прошелся по хозяйке поместья. Она показалась мне внешне приятной женщиной. Красавицей я бы ее не назвала, но черты помещицы были мягки и гармоничны, пожалуй, немного портил лицо женщины тяжелый подбородок, но в остальном она была очаровательна. И короткие кудряшки светлых волос, не попавших в аккуратный пучок на затылке, и милый румянец смущения, игравший на щеках, и чистые васильковые глазавсё это мне нравилось. А ее округлый живот, выдававший положение госпожи Мерит, вызвал даже умиление.
Это ваш первенец?спросила я.
Помещица накрыла живот ладонью и смущенно улыбнулась:
Это наш третий ребенок, ваше сиятельство,ответила женщина.Нашему старшему сыну исполнилось десять, дочерисемь.
Как мило,ответила я искренне.И кого же ожидаете в этот раз?
Это решать Богам,сказал господин Мерит.Кем бы он ни был, мы уже любим его, ваше сиятельство.
Хорошо сказано, господин Мерит,произнес король, промокнув уголки губ салфеткой. Он посмотрел на меня:Ваше сиятельство, помнится, вам не терпелось добраться до поместья.
Да, государь,я покорно склонила голову, однако к завтраку так и не приступила.Скажите, господин Мерит, как обучаются ваши дети?
Сыну преподает приглашенный учитель,ответил хозяин усадьбы.А Глэди будет сама учить нашу дочь. Она прекрасно образована и потому даст девочке всё необходимое.
Я окинула госпожу Мерит задумчивым взглядом. Она была приятной женщиной, но отчего-то мне казалось, что ее прекрасное образование заканчивается на шитье и варке варений. Возможно, она знала какой-нибудь язык, а может даже умела танцевать несколько танцев и музицировать, однако этого было явно недостаточно, чтобы назвать образование прекрасным.