После недолгого ожидания собравшиеся сели в специальную лодку, что была соединена с дирижаблем, созданным магами из воздушных нитей. Я пристегнулась к сиденью, не столько боясь выпасть за борт, сколько просто ради спокойствия. По сигналу с земли лодка устремилась вверх, поднимаясь все выше и выше.
С каждым метром все отчетливее просматривались десятки строений, парящих над Хилгаром как необычные статуэтки на своих земляных постаментах. Я подвинулась к краю сидения, насколько позволил ремень, и с восторгом рассматривала как сам город, так и его окрестности.
На табло позади рулевого лампочками загорались остановки. Академия высветилась первой, так что я едва успела охватить взглядом общий вид нижней части Хилгара, состоявшей из искусственных прямоугольников насыпей, на которых теснились дома, со всех сторон окруженные каналами с перекинутыми через них мостиками.
По прибытии наверх у меня еще раз проверили приглашение, и я вместе еще с несколькими студентами направилась за сопровождающим в общежитие.
А потом начались странности!
Территория академии выглядела ровно так, как и изображалось на всех схемах и картинках, а их я за долгие годы видела столько, что сама легко могла провести экскурсию по внешнему или, как его называли в книгах, «фасадному» двору. За широкой стеной, опоясывавшей учебное заведение, начинался большой парк, скрывавший академию от посторонних глаз. На территории располагались учебные корпуса, общежитие и множество других построек. Каждый новый ректор что-то да менял, но внешний вид зданий оставался неизменным, а потому учиться и жить студентам предстояло в настоящих замках, пронзающих небо высокими шпилями.
Через парк идти пришлось пешком, но я все равно очень радовалась, предвкушая неизвестность. Предстояло заселиться в общагу, познакомиться с соседкой, распаковать вещи и подготовиться к официальному приветствию первокурсников.
На полпути сопровождающий свернул с аллеи на выложенную разноцветной брусчаткой дорожку. Студенты переглянулись, девушки явно хотели задать вопросы, молодые люди лишь с сопением поправили рюкзаки, но никто так и не решился окликнуть высокого мужчину в темной мантии.
Вопросы отпали сами собой, когда сопровождающий вывел нас к подковообразному зданию, поднимавшемуся к небу.
Ну и местечко! высказал общее мнение высокий паренек с растрепанными черными волосами.
Это общежитие, без всяких эмоций сообщил сопровождающий, проходите внутрь и заселяйтесь.
Если снаружи замок казался легким и невесомым из-за многочисленных стрельчатых окон и каменного кружева украшений на стенах, то внутри на нас обрушилась вся громоздкость этой постройки: необъятные колонны поддерживали своды первого этажа, напоминая не общагу, а холл просторного театра. Светлый мрамор стен и пола давил на присутствующих, а с поблекшей росписи на потолке на нас взирали сотни глаз людей и нелюдей.
Я читала, звонко заметила одна из девушек и задумчиво потрогала ближайшую колонну, но тут же отдернула руку, сжав заледеневшие пальцы, что раньше, еще до статуса общежития академии, это здание принадлежало древнему и очень богатому роду. Но однажды ночью в Хилгаре случилась кровавая резня. В замок ворвались неизвестные и убили всех, даже младенцев. После здание долго стояло в запустении, а через какое-то время маги перенесли его сюда.
Ой, это все байки, откликнулся все тот же растрепанный паренек, и двое молодых людей поддержали его одобрительными кивками. Никого здесь не убивали, просто здание очень старое.
Мой дядя работает в Надзоре обиделась девушка и глянула на меня и молчаливую рыженькую студентку, ища поддержки. Он не стал бы мне врать.
Паренек фыркнул, но ничего не сказал.
Пойдемте туда, предложила я, указывая на двери, над которыми красовалась табличка.
Студенты переглянулись и зашагали вперед, но не успел растрепанный паренек дернуть на себя ручку, как из недр кабинета раздалось требовательное:
По одному!
Мы переглянулись и выстроились в ряд. Я пропустила всех вперед, обозначила свое место в очереди горой из чемодана и сумок и отправилась исследовать холл.
Пока остальные переминались с ноги на ногу, я полюбовалась картинами, посидела на одной из многочисленных лавочек под окнами, поковыряла ногтем несколько замазанных участков на мраморной облицовке и пересчитала всех персонажей, изображенных на потолке.
Очередь медленно двигалась. За час появилось еще несколько новичков и с полсотни старшекурсников, уверенно поднявшихся в общежитие по одной из пяти лестниц, растянувшихся вдоль одной из стен.
Устав слоняться без дела, я вернулась в очередь и с печальной миной воззрилась на таких же скучающих ребят. Позади бабахнули двери, возвещая о прибытии еще нескольких «скучающих» или уверенных в себе старшекурсников.
О, смотри, Липа, уловила я краем уха знакомый голос и обернулась.
Дина подмигнула и свалила свои пожитки на пол, а после направилась ко мне.
Ты уже тут, улыбнулась подруга, заправляя за ухо голубую прядь. Давно?
Давно, призналась я и улыбнулась в ответ. А где твой брат? Вроде я слышала его голос.
А, отмахнулась Дина, уже ускакал на третий этаж. Еле уговорила составить мне компанию по дороге сюда.
Двери кабинета распахнулись, выпуская очередного счастливчика, и тот налегке последовал к лестницам.
А почему одни идут к одной лестнице, другие к другой? спросил кто-то позади нас.
Каждая лестница ведет на свой этаж, отозвалась Дина. Второй и третий этажи мальчиков, поэтому все студенты-парни должны пользоваться только первой и второй лестницами. На четвертом и пятом этаже живут девушки. Для них, соответственно, третья и четвертая лестницы.
А пятая? спросил все тот же голос, и я разглядела невысокую хрупкую девушку с огромными темно-карими глазами.
А это этаж отщепенцев, хихикнул высокий паренек с длинной косой.
Туда редко кого-то селят, пожала плечами Дина.
Брат говорил, что раньше там жил вампир, опять хихикнул парень и пригладил прядь над виском. А до этого, лет двадцать назад, целая стая оборотней.
А оборотни чем плохи? насупилась Дина. Чаще всего они милые.
Студенты загалдели, а кто-то из девчонок громко фыркнул и заметил:
Кому захочется жить рядом с псиной?
Дверь хлопнула, очередной первокурсник умчался осваивать выделенную ему комнату, а из кабинета донеслось:
Следующий!
Следующей была я. Подхватив вещи, я выслушала приглушенные пожелания удачи и юркнула за дверь. Кабинет коменданта больше походил на какой-то древний офис-контору: стены подпирали многочисленные шкафы, повсюду в не пойми каком порядке были расставлены мраморные бюсты, валялись поломанные приборы и книги. К столу пришлось пробираться по узкому проходу, высматривая его в свете настольной зеленой лампы. Шторы на окнах почему-то были закрыты.
Так-так, кто тут у нас? осведомился сидевший за столом мужчина и поднес к губам большую чашку. Даже стоя в паре метров от стола, я все равно уловила слишком едкий и плотный, как деготь, аромат кофе.
Стараясь не морщиться, я протянула коменданту свои документы и приглашение.
Так-так, вновь пробормотал комендант и вытащил из стопки рядом с собой большую тетрадь в кожаной обложке. Так-так.
Переминаясь с ноги на ногу, я осторожно рассматривала мужчину, насколько это позволял тусклый свет. Комендант чем-то напоминал свой кабинет: такой же несуразный и странный. А еще он был похож на смычок скрипки: тонкие руки, длинный крючковатый нос на продолговатом лице, несоразмерно вытянутая шея.
Так-так, вновь пробормотал комендант и постучал по тетрадной странице карандашом. Значит, Олимпиада Ремовна Лись, дочь Рема и Клары Лись.
Да, кивнула я.
Помню их, помню, хмыкнул комендант и вновь постучал карандашиком. Вот только
Что? настороженная тоном коменданта, спросила я.
Хозяин кабинета встал, прошелся вдоль стола и, взяв в руки, полистал еще одну тетрадь. Пауза затягивалась, и мне это совсем не нравилось. Затем комендант вернулся на место, поправил каждую из неровных стопок книг, которые громоздились на столе, и ответил: