Всего за 164 руб. Купить полную версию
Эх, и почему это так меня беспокоит? Ведь король выделяет меня. Или он втайне оказывает внимание каждой? Например, Эрике? Она ведь говорила, что всё делает ради любви. Уж явно, не к Отечеству!
Ночью я почти не сомкнула глаз. Выдуманные страхи питались воспоминаниями и тревогой, навеваемой далёким громом за окном и ветром, ветками хлеставшими по стеклу. В Северное королевство, уставшее от долгой зимы, постучалась весна.
Глава 6. Цена доверия
1
Словом, в утро испытания я чувствовала себя совершенно разбитой и мечтала лишь об одном: выспаться. Зевнув и повернувшись на бок, обнаружила, что Риг, нахал этакий, чуть было не лёг мне на голову.
А ну, брысь! сонно сказала я, нащупав мохнатое тельце и попытавшись стянуть зверя с подушки. Тот недовольно заворчал, но устроился чуть ниже, чтобы тут же, дождавшись пока я задремлю, вернуться на прежнее место.
Воздух сделался густым и плотным, как ватный шарик. Появился страх задохнуться. Я поняла, что всё ещё сплю и мне снится тёмная ночь, которая по мановению невидимой руки окрасилась серебристыми пятнами пушистого снега. Воздух очистился, я сделала глубокий вдохи окончательно проснулась, словно меня вырвали из тёплых материнских объятий.
Вскочив, не сразу поняла, в чём дело. Судя по карманным часам, оставленным на столике, было раннее утро. То самое время, когда чернота на горизонте начинает отступать перед светлой полоской, предвещающей скорый рассвет.
Рядом заворчал Риг, настороженно так, по-кошачьи. Я зажгла светильник и с непонятной тревогой направила свет на то место, где предположительно мог быть зверь. Рука, державшая лампу, задрожала так сильно, что я чуть было не выронила её, подавив испуг. Шубка Рига сделалась серебристо-чёрной, как и положено барсу.
Что случилось, ярла? заспанная Марта, в ночной рубашке и накинутом поверх пуховом платке, вынырнула из гардеробной, где и спали горничные.
Ничего, сон плохой, должно быть, приснился, я попыталась улыбнуться и придать голосу равнодушия, заслонив собой Рига. Если весть о резких изменениях в его внешности дойдёт до безопасников, а Марта об этом позаботится, не видать мне зверя, к которому я успела привязаться.
А где Альма? перевела я разговор, встав с постели, чтобы горничная забыла обо всём, кроме того, чтобы угодить госпоже.
Не знаю, ярла, Марта подошла ближе и многозначительно подняла белесые брови, похожие на тонкие ниточки. Она часто не ночует здесь. Особенно с тех пор, как вы уехали.
Подай халат и расчеши мне волосы, приказала я, чувствуя, что больше не засну. И где она, по-твоему, их проводит?
Ох, ярла Хильда! притворно вздохнула Марта, выполняя просьбы. Всё получалось у неё ладно, не в пример моей незаконнорожденной сестре, раза в три проворнее и сноровистей. Не хочу, чтобы вы думали, будто я сплетничаю и доношу. Но
И дальше последовало пресловутое «но», в результате чего я получила полный расклад «кто, где, с кем и как же так получилось». Пьерсон не зря выбрал Марту, она могла быстро и тайно разузнать всё то, на сокрытие чего иные тратили полжизни. Так я узнала, что у Альмы есть любовник.
Однако думать об этом сейчас было не время. В пылу приготовлений к очередному испытанию я совсем позабыла про Рига. Зверь проснулся и скатился с кровати по шёлковому покрывалу. Псевдобарс подбежал к Марте и принялся тереться о ноги, выпрашивая вяленой рыбы, которая так полюбилась зверю после того, как горничная угостила его своим любимым лакомством, которое всегда носила в переднике, обернутым в два носовых платка.
Марта! окликнула я служанку, желая снова отвлечь. Нобыло уже поздно.
Проголодался, маленький! засюсюкала та, которая минутой раньше строила из себя идеальную шпионку, способную без лишних сантиментов сдать человека с потрохами. Если это будет выгодно, конечно. Ярла, разрешите, я дам ему маленький кусочек рыбки? Ну, пожалуйста! Смотрите, как он просит!
Ох уж, глупая животина! Риг так и наяривал подлизаться, сразив горничную обаянием и громким мурлыканием. Или он сам не понимал своих изменений или считал, что никто не заметит. Думать о таком могучем существе, как Гарм, как о животном, не имеющем души и сознания, мне не хотелось.
Конечно, растерянно протянула я, гадая, какое бы придумать объяснение столь быстрой смене шубки Рига. Смотри, как бы он не полинял ещё сильнее от твоей рыбы!
Что вы, ярла! Марта побледнела так сильно, будто я обвиняла её, как минимум, в попытке отравления госпожи, то есть меня. Да у вашего барса такая шубка, просто загляденье! Пусть и тёмная, но зато такая шёлковая, будто атласные сорочки госпожи Матисьен. Я видела их в витрине ателье, но они стоят по-королевски. Хотя такую и королеве не стыдно надеть!
И торжественно присела в глубоком реверансе.
Да, эта девица далеко пойдёт! Но неужели она не видит, что окрас Рига стал совсем иным?
Вскоре я получила ответ на сомнения, глодавшие душу и селившие тревогу в сердце. Как ни в чём не бывало явилась Альма и с виноватым видом начала угодливо предлагать мне помощь. Я видела, какими взглядами горничные обменивались между собой, но меня не волновали их пустяковые ссоры. Осторожно спросив Альму, как она находит Рига, не заболел ли тот, я убедилась: никто не замечает изменений окраса моего Гарма. Что ж, тем лучше! Выяснить ещё бы, что это значит! И не привиделось ли мне?
Утро прошло в суете, я почти не замечала стараний горничных по украшению моей причёски, их корыстных комплиментов красоте и пожеланий победы. Чем ближе было испытание, тем тревожнее мне становилось. Предчувствие беды или провала сжимало сердце так сильно, что я не могла усидеть на месте, торопя время.
И вот час настал. За мной пришли помощницы распорядителей. У девушек были такие серьёзные, даже траурные лица, будто они вели меня на казнь. Впрочем, может, так и есть, никто не знает замысла короля.
Думал ли он обо мне? Вспоминал ли? И как мы встретимся? Вопросы теснились в голове, вытесняя старые тревоги и добавляя новые. Какая же я дура! Надо быть холодной и расчётливой, стремиться выиграть и отбросить ненужные, мешающие эмоции. Как Тира, например.
Я увидела её первой. Да, она похорошела: царственный поворот головы, тонкая шея и талия, подчёркнутая тесным корсетом белоснежного платья. Не хватало только короны! Видимо, так считала и Валлин, претендентка на трон сидела в отдалении от остальных трёх участниц. Я направилась к кузинам Нильсен, улыбающихся мне, как подруге, но в последний момент передумала и, повинуясь внутреннему чутью, заняла место рядом с Эрикой. Девушка внимательно посмотрела на меня и несмело улыбнулась.
Рада тебя видеть! произнесла Эльса, пользуясь шумом, поднявшемся вокруг. До выхода короля и свиты оставалось не больше четверти часа.
Рагнар был крайне пунктуален, поэтому соперницы и придворные, собравшиеся за ограждением на специально отведённых для представления скамьях, находились в состоянии объяснимого волнения. Таинственность предстоящего испытания пугала повторением событий недавнего прошлого, в результате которых пострадали почти все, и одновременно завораживала.
Я тоже, произнесла я, не зная, что добавить. Эльса была настолько простой внешне, что я прекрасно помнила свои мысли при знакомстве: «Эта уйдёт первой». Веснушки, щедро рассыпанные по щекам, смущение и скромностьразве такой должна быть королева?! Разве такую соперницу воспримешь всерьёз?
И всё же я ошиблась. Эрика пугала своей сосредоточенностью и спокойной силой, отражающейся в карих глазах. Но стоит присмотреться, и через минуту-две не можешь оторвать от неё взгляда, завороженная мягкой улыбкой и удивительной способностью выглядеть по-королевски выдержанно и утончённо, даже если Эрика одета в платье служанки! Вот и сейчас, она будто совсем не стремилась выделиться, но скромное платье стального цвета с фиолетовыми вставками в рукавах сидело на ней как влитое, притягивая взгляды не меньше пышных юбок Тиры.
Что было после того, как я уехала? успела спросить я, но ответа не получила. А ведь Эльса не стала бы лгать и прятаться за вязью пустых слов, как некоторые!
Его величество Рагнар Третий! громогласно объявил герольд, и Тронный зал в одно мгновение замолк. Их высочества принц Карл и принцесса София!