Ну, пожалуй, ты никого даже тарелками бряцать научить не сумеешь. Тебе медведь оба уха оттоптал. А вот делать выводы ещё можешь научиться, сынок.
Маменька невозмутимо поправила очки и принялась сосредоточенно, как аптекарь порошки, отмерять чайную заварку.
Не скажешь? уточнил Рон.
Госпожа Мастерс отрицательно помотала головой.
Из вредности?
Маменька согласно кивнула.
Вроде того, что догадывайся сам?
Снова кивок.
Обижусь! пригрозило «дитятко».
На что заботливая родительница только фыркнула. Видимо, в возможность исполнения угрозы она не верила ни на йоту.
Всё верно, Рон опять взялся за вилку, но теперь он омлет ковырял без особого интереса. И теург, и тег, и девушка.
И ты её взялся муштровать в своей манере: бросим в водузахочет жить, выплывет? Тебя за это совесть гложет, потому что девушкисущества нежные. И обращаться с ними нужно бережно. А ещё ты до сих пор считаешь, будто по гроб жизни всем выходцам с Островов должен. Ну и, думается мне, она твои стати не оценила. За это ты на неё обиделся.
Последнее-то тут при чём? возмутился детектив.
То есть, со всем остальным ты согласен? уточнила госпожа Мастерс, глядя на сына поверх очков. Но ответа не дождаласьмалыш надулся. А то я тебя не знаю. Ты же не успокоишься, пока девушка при виде тебя млеть не начнёт. Налицо конфликт совести, которая, как ни странно, у тебя имеется, и кошачьей злопамятности вкупе с мстительной натуры.
Тебе виднее буркнул Рон, выбираясь из-за стола.
Настроение оказалось испорченным окончательно.
А знаешь, к чему это может привести? ничуть не огорчилась заботливая маменька.
И к чему?
Не знаешь! удовлетворенно констатировала родительница. А я знаю. Но не скажу. Так интереснее.
Чего ты опять выдумала? против собственной воли, помня, что настроение мать ему испоганила, все же улыбнулся оборотень.
Пока я ещё ничего не придумала, покаялась маменька. Но, кажется, у меня всё-таки есть шансы дожить до внуков. Так что, можно задуматься об именах.
На такое предположение Рон только кислую морду скорчил и повертел пальцем у виска. Но тут же раскаялся за непочтительность и, сграбастав мать в богатырские объятья, чмокнул её в морщинистую щёку.
Просто дождаться внуков у госпожи Мастерс шансов действительно имелось немного. Чистокровные люди, в отличие от тех же оборотней, например, обходились всего-то жалким веком. Да и тот дожить успевали далеко не все.
* * *
Комиссий в Элизии было много. И все как одна непременно при правительстве. Во-первых, парламент, который в последние годы абсолютно неожиданно для себя начал осознавать, что он, в общем-то, никому не нужен, охватила мания контроля. А, во-вторых, под крепкой крышей какой-нибудь государственной организации очень удобно «пилить» субсидированные денежки. Правда, удобно ровно до тех пор, пока к тебе не заявится комиссия по расходованию казначейских средств, комиссия по контролю целевого финансирования или просто комиссия Казначейства. Из министерства финансов тоже навестить могли. Там своих комиссий хватало.
В общем, контролирующих всё и вся заведений в городе существовало немало. Но все они неуловимо походили друг на друга. Такая контора неизменно располагалась в солидном, но несколько обветшалом особнячке с облезшей штукатуркой, скрипящими половицами и щелястыми рамами. На входе обязательно дремал старичок, посаженный с целью: «Никого не пущать»но всех проспавший. Коридоры комиссий были темны, кабинеты малы и пыльны. А служащие либо надменны, либо лебезиво-угодливыэто зависело от статуса посетителя.
Постоянным оставался и ещё один момент. В таких вот местах никто ничего не знал. Вообще. В том числе, кажется, и зачем они каждое утро приходят в свои пыльные кабинеты. В лучшем случае несчастному, у которого возникла надобность посетить контору, могли указать место, где его вопрос способны решить. Ну, или посоветовать другую комиссию, которая занималась такими делами. В худшем А что может быть хуже, чем бессмысленное хождение по тёмным коридорам и вежливое: «Это не ко мне! Закройте дверь с той стороны!»старательных госслужащих?
Вот и Комиссия по контролю популяции редких и вымирающих существ при Правительстве Элизиясокращённо КпКПРиВСпПЭ, а аббревиатуры канцеляристы обожалиот своих собратьев ничем не отличалась. Посапывающего сторожа Алекс миновал без проблем. Даже и заготовленный заранее надменный вид не понадобился. А дальше альву оставалось только распутать паутину коридоров, да найти кого-нибудь достаточно вменяемого и способного ответить на вопросы.
Последнее оказалось делом непростым. И не только потому, что в данном конкретном особнячке коридоры явно проектировали с помощью Седьмого и пятого измерения. Ну не может быть в доме, высотой всего в два этажа, столько поворотов, лестниц, тупиковых ответвлений и необъяснимых «заныров». Но ещё и потому что определить, кто в каком кабинете сидит, представлялось невозможным.
Росс задумчиво постоял перед табличкой, свидетельствующей, что за дверью притаился «Старший контролёр по ИЗГУЭ» и решительно толкнул створкусоседнюю. Даже надпись читать не стал.
Закройте за собой дверь с той стороны! оповестили из-за утренней газеты, развёрнутой над столом. Не видите, я занят!
И следом послышался звук, который может произвести только существо, прихлёбывающее слишком горячий чай.
Хорошо, согласился покладистый Росс. Я попрошу начальника отдела природоохраны и ресурсопользования навестить вас лично.
И про охрану, и про пользование Алекс когда-то что-то слышал краем уха. Но понятия не имел, существуют ли такие в реальности. По логике, должны существовать. Не отдел, так комитет. А не комитет, так комиссия, что их всех скопом Седьмой приголубил.
Так или иначе, а над газетой появилась сначала лысина, гладкостью смахивающая на яйцо, а потом и маленькие, настороженные глазки. Но вид альва заставил хозяина кабинета ускориться и, заодно, продемонстрировать искусство иллюзиониста. Не прошло и минуты, как выяснилось сразу несколько вещей: егоРоссаневероятно, просто до смерти, рады видеть. Онхозяин кабинетаничем особенно не занят, а просто просматривал утреннюю почту. Онислужащие комиссиикостьми лягут, но решат вопрос посетителя. И емуснова Алексумогут скрасить ожидание решения чашка чая, кофе или коньяка.
Уточнять, подают ли тут коньяк в чашках или это было сказано в растерянности, Росс не стал. Оценив ловкость, с которой со стола хозяина кабинета исчезла газета вместе с так и не показавшимся на глаза чаем. Может, и не его тут вовсе прихлёбывали? Так или иначе, он просто заверил, что ему ничего не нужно, кроме ответа на несколько общих вопросов.
Вот тут и началась трагедия. Так как ответов-то чиновник и не знал! Хотя, следуя вывертам собственной причудливой логики, фортуна завела альва в самый раз к наблюдателю за тролльим заповедником. Но, кажется, этот самый наблюдатель не только никогда тролля в глаза не видел, а даже плохо представлял, как они выглядят.
Выяснив это, Алекс заскучал и потребовал, чтобы ему немедленно доставили знающего. И снова его ждала метаморфоза. Особнячок, до этого прикидывающийся пустым, как кладбищенский склеп, оказался просто набит служащими всех и всяческих мастей. Которые засуетились по коридорам с целеустремлённостью и назойливостью тараканов. Видимо, пытаясь хотя бы случайно обнаружить того, кто что-то знает про троллей.
Росс, поняв, что потерял час абсолютно зря, встал, чтобы покинуть почтенное заведение. И тут перед ним вновь явился запыхавшийся от чрезмерных усилий яйцеголовый, подталкивающий впереди себя сонного и несколько очумелого охранника входной двери.
Вот! с гордостью, словно умницу-сына представляя, провозгласил наблюдатель, утираясь большим клетчатым платком. Он!
Я? робко удивился старичок.
Ты-ты, заверил его чиновник. Работал же в заповеднике у этих тварей? Работал. Вот и поведай лорду всё, что он захочет услышать!
А что вы хотите услышать? совсем оробел сторож.
Видите ли, как можно мягче начал Алекс, стараясь не пугать старика ещё больше. Впрочем, это у него вряд ли получилось. Несчастный охранник и так едва не икал. В скором времени мне предстоит посетить заповедник. А я абсолютно ничего не знаю про троллей. Кроме того, что они находятся под попечительством короны и считаются условно разумными.