Всего за 154.9 руб. Купить полную версию
Решено: пока поеду с ними, а потом посмотрю по обстоятельствам. Может, удастся улизнуть.
О том что я буду делать в совершенно незнакомом мире, не зная его законов и обычаев, убедила себя подумать позже. Возможно, по пути получится разжиться какой-нибудь полезной информацией.
Воинов оказалось где-то около сорока десятков. Нам с девчонками позволили немного привести себя в порядок, а потом рассадили по лошадям, прямо перед всадниками.
Опыт езды на лошади у меня имелся, так что особо неприятных ощущений я не испытывала, разве что, напрягала неприемлемая для меня близость совершенно незнакомого человека. Воин, которому досталось ехать вместе со мной, очень походил на принца Чарльза в молодости: такой же смешной и нескладный, с чуть вытянутым лицом и близко посаженными темными глазами. Парень явно нервничал и шумно дышал мне в затылок, чем раздражал неимоверно. Не удивлюсь, если окажется, что я единственная представительница женского пола, которая позволила ему находиться рядом с собой настолько близко, ну, кроме мамы разумеется.
Мы покинули сожжённое орчье стойбище и двинулись на восток, где в стремительно выцветающем небе едва начинала розоветь полоска горизонта.
Погрузившись в невеселые думы, я практически не смотрела по сторонам. Основная мысль моя, конечно была о том, почему же мне так не везет? Вечно у меня все через одно место! Как выразился бы Па: «то в говно, то в партию»
Ладно, доберусь до города, осмотрюсь хорошенько, а там уже буду решать, что мне делать дальше.
Лошадь, на которой я ехала, неожиданно громко всхрапнула, отчего я вздрогнула и рефлекторно подалась назад, упершись спиной в грудь моему сопровождающему. Тот судорожно вздохнул и недовольно пробурчал что-то нечленораздельное.
М-да веселенькая чувствую, будет поездочка.
Глава третья. Сбежавшая невеста, или экстремальное преображение
Несколько дней верхом на лошади оказались для меня настоящей пыткой. Одно дело, двухчасовая прогулка в благоустроенной парковой зоне, а другоес утра до вечера трястись в жестком седле, слушая, как сопит в затылок совершенно посторонний человек.
Другие девчонки тоже выглядели усталыми, но в отличие от меня, на их лицах не было и тени уныния, даже наоборот, все чаще и чаще я стала замечать их сперва робкие, а потом уже более уверенные улыбки.
На одном из привалов я подсела с расспросами к Тиа и Онике, в первую очередь для того, чтобы как можно больше выяснить о предстоящем аукционе. По словам девушек, нам просто несказанно повезло в том, что благородные господа везут нас именно туда, ведь участие в Ройванском аукционе дает замечательную возможность удачно устроится в жизни, став женой какого-нибудь успешного дельца или мелкого дворянчика. Для девчонок из небогатого села это действительно было пределом мечтаний, тем более, что от родного дома после орчьего налета, ничего не осталось.
Я, разумеется, подобных восторгов не разделяла. Судя по тому, что мне довелось наблюдать во время поездкик девушкам здесь относились достаточно вежливо, но при этом с изрядной долей снисходительности, демонстрируя этим то, что ровней себе их вообще не считают. На меня и подавно посматривали крайне неодобрительно. Я долго гадала, в чем именно причина столь строгих взглядов в мою сторону, пока не сообразила, что мужчинам не нравятся мои штаны и массивные ботинки на шнуровке и толстой подошве. Скорее всего, для представительницы прекрасной половины человечества носить мужскую одежду считалось дурным тоном. Ну да и ладно! Все равно переодеться мне не во что, хотя, я бы с радостью избавилась от пришедших в негодность майки и штанов.
Кстати, из разговоров в отряде, мне удалось выяснить для себя кое-что интересное. С того самого момента, как нас с девочками спасли, я не переставала гадать: было ли целью воинов наше освобождение, или же они ехали уничтожать орчье становище, а мы как говориться, случайно под руку попались? Оказывается, второй вариант. После того как в город Ройван сообщили о нападении на приграничное село, тамошний градоначальник отправил в орчью степь лучших своих воинов с карательной экспедицией: остальные кочевые орчьи кланы устрашить, и народу показать, мол, зло не уйдет безнаказанным. А тут еще мы, все такие несчастные в качестве дополнительного бонуса. А в этом году как раз девушек подходящего возраста на аукционе недобор получается, так что, командир отряда, представившийся смешным именем Айрик, быстро определил нашу дальнейшую судьбу. Подозреваю, что движет этим мужчиной отнюдь не бескорыстное желание помочьза нас с девочками ему наверняка выдадут свою порцию пряников и медальку на грудь.
Не сказать, чтобы я была в восторге от грядущих перспектив, но как не противно это признавать, пока что участие в аукционе выглядит гораздо заманчивей роли наложницы у Тандра. Можно конечно попробовать сбежать, как я и планировала изначально, но как прикажете выживать в незнакомом городе, без гроша в кармане? Меня же запросто могут арестовать, ограбить, изнасиловать, убить, продать в какой-нибудь притон да мало ли вариантов, в самом деле? Я здесь никто, и звать меня никак. За меня некому заступиться, мне не к кому пойти за помощьювся надежда только на собственные силы, которых в сложившейся ситуации не так уж и много.
В конечном итоге я решила не ломать понапрасну голову, а добраться до Ройвана и там уже решить, как поступить дальше. Убежать в неизвестность я всегда успеютут ума много не надо. А вдруг мне удастся отмазаться от аукциона? Устроюсь куда-нибудь на полставки, узнаю побольше об этом мире, а там, глядишь, и выясню, как мне обратно домой попасть. Ведь если есть вход, значит, обязательно должен быть вход, правильно?
На четвертый день нашего путешествия по степи, однообразный ландшафт, наконец, начал хоть как-то меняться: вдалеке потянулись цепи невысоких холмов, густо покрытых темно-зеленой растительностью, все чаще стали попадаться высокие, примерно с человеческий рост, заросли какого-то незнакомого мне кустарника со стрельчатыми бордовыми листьями, угрожающе топорщащимися на покрытых небольшими шипами ветках. Да и блекло-лиловая трава постепенно уступила место самой обычной, с солнечно-желтыми вкраплениями одуванчиков.
Когда день перевалил за середину, мы выехали на довольно-таки широкую дорогу, на которой вполне свободно могли бы разъехаться две легковые автомашины. Всадники перестроились так, что теперь ехали по трое в ряд, причем те, что везли нас с девочками, оказались как раз посередине кавалькады.
Что это там? заметив впереди непонятные черные пятна, обратилась я к своему соседу по лошади, имени которого за все это время так и не узнала. Парень оказался на удивление необщителен, и даже с остальными воинами ограничивался лишь короткими односложными фразами, и то, если его что-то спрашивали напрямую.
Остатки разорённого поселения. Помедлив, все-таки снизошел до ответа молодой человек. Причем отвечал он так нехотя, словно обязан был платить мне за каждое вытянутое из него слово по золотому слитку.
Я раздраженно фыркнула: подумаешь, цаца какая! Не хочет разговаривать, и не надо, в своем мире¸ между прочим, я бы на такого как он даже не взглянула лишний раз, а тут он из себя не пойми что изображает. Нет, если судить объективно, видок у меня сейчас навернякакраше в гроб кладут, но ведь это не повод забывать об элементарной вежливости, так ведь?
Разоренное поселение мы объехали стороной. Послышались тоскливые всхлипы девушек. Наверняка именно отсюда их и забрали орки. Да уж, представляю, какой раздрай сейчас творится в их душе: смотреть на то, что осталось от твоего дома, в который ты больше никогда не сможешь вернуться. А ведь у девочек там были семьи, друзья, женихи Я конечно сейчас тоже нахожусь не в самом лучшем положении, но мои близкие живы-здоровы, а это для меня самое главное.
Ближе к вечеру, когда горизонт начал стремительно окрашиваться в кроваво-красный цвет, мы подъехали к довольно большому, по крайней мере, на первый взгляд, поселению, обнесенному массивной стеной сложенной из толстых цельных бревен. Двустворчатые ворота распахнулись так стремительно, как будто тут только нас и ждали.
Несколько мужчин, в однотонных косоворотках и широких темных штанах напомнивших мне казачьи шаровары, низко поклонились въезжающим в селение всадникам. На нас с девочками кидали любопытные взгляды, но особо пристально рассматривать видимо опасались.