Всего за 164 руб. Купить полную версию
Есть, улыбнулся и Дамиан. Сейчас в коттедж, за одеждой и пледом, а потом на наш остров.
На такую обширную программу я не рассчитывала, но почему бы и нет. Звучит очень заманчиво. Кивнула и сама потянулась за поцелуем к Дамиану. Секунда и меня буквально впечатали спиной в боковое ограждение стойла. Мой любимый демон превратил поцелуй в сладострастную пытку, отчего я совсем потеряла голову. Со стоном Дамиан все же отстранился и построил портал. А после подхватил меня на руки и снова поцеловал, шагая в портал. Переместились мы в гостиную коттеджа. И Дамиан замер за пару мгновений до демонстративного покашливания. Я резко отстранилась и соскользнула с рук демона.
Добрый вечер, поздоровался незваный гость, с интересом меня оглядывая. Я прищурилась, переходя на магическое зрение. Демон, очень сильный демон.
Ддобрый, пробормотала я и вопросительно посмотрела на нахмурившегося демона.
Тесса, это мой отец, Асмаил. с непонятным упором на имени произнес Дамиан, не называя имя рода. Все ещё сохраняет инкогнито. Отец, это моя Саури, Тессаура Демидова-Неизвестная.
Саури? уточнил Асмаил, приподняв бровь. Не могу сказать, что рад познакомиться.
Отец! с очевидным предупреждением одернул его Дамиан.
Юная леди, прошу меня извинить, начал он с кривой улыбкой. Но мне нужно поговорить с сыном. Наедине. Не могли бы вы нас оставить?
Я вопросительно посмотрела на Дамиана, он нервно дернул плечом. Но потом всё же кивнул.
Я к себе тогда поднимусь. предложила я. Заодно и переоденусь. Он же ненадолго?
В комнате я переоделась в купальное платье и сверху надела летний сарафан. В сумку запихала ещё одно платье. И присела на кровать. После бессонной ночи и напряженного дня жутко хотелось спать, но я усиленно боролась со сном. Несколько раз вставала и ходила по комнате. В итоге написала записку: «Разбуди меня», и прилегла подремать. Вырубилась моментально.
И вскоре меня начали будить нежными поцелуями. С трудом разлепила веки и простонала. В комнате было уже светло.
И почему ты меня не разбудил раньше? жалобно спросила я. Демон хмыкнул и снова поцеловал меня уже совсем не нежно. С жаром ответила на него, руками обнимая его и суматошно гладя спину.
Эй! Есть кто дома? откуда-то снизу раздался голос Дрейка. Дамиан выругался в голос. Тесс, Дэм, ползите завтракать, через полчаса линейка в Академии.
Дамиан застонал, откидываясь на спину. Я устроила голову у него на груди и тяжко вздохнула. Что ж нам так не везет?! Впрочем, ничего страшного, у нас есть ещё около месяц до того, как нас отправят на фронт.
Увидев тебя спящую, я неожиданно понял, что и сам уже в состоянии нестояния. Поэтому и решил чуток подремать, прошептал демон и нежно погладил меня по спине. Не думал, что рядом с тобой так хорошо спится.
Дамиан грустно улыбнулся и, не выпуская меня из объятий, сел на кровати.
Надо снова переодеваться и завтракать, озвучила я очевидное.
Надо, подтвердил демон, продолжая удерживать меня в объятиях. Я чмокнула его в щеку и выскользнула из его рук.
Сборы, быстрый завтрак и портал в Главный холл Академии.
А на линейке ректор объявил, что отныне покидать Академию запрещено. К тому времени я и сама заметила, что не все выпускники сегодня вернулись на занятия. Наша же группа бытовиковщитовиков как ни странно была в полном составе. И это обстоятельство заставило гордиться нами. И не только меня. Я с улыбкой огляделась: все мы, переглядывались, невольно расправляя плечи. Ещё недавно, мы были самым ненужным факультетом, а сейчаспочти не уступаем боевикам по значимости. В заключении ректор сообщил, что в ближайший час вывешат новое расписание занятий. А пока мы можем позавтракать.
Я рассчитывала, что свободного времени будет много. Я ошиблась. Помимо тренировок с группой "щитовиков" Дамиан каждый день гонял меня по полосе препятствий боевиков, вплоть до самой сложной. А потом были бесконечные тренировки с холодным оружием. Причем он заставлял меня держать меч (кинжал, алебарду) и левой рукой. Периодически к нему присоединялся Дрейк. Лест же мучил меня со стрелковым оружием, а после и с метательным. А после всех этих тренировок я ползла на кафедру артефактики и там клепала целительские амулеты. За каждый ректор платил мне символическую сумму, считая, что любой труд должен быть оплачен. Я не стала возражать: деньги лишними не бывают. С уходом Илана на войну, пришлось закрыть кузню. Его несовершеннолетний подмастерье пока остался, как главный охранник в таверне. Гостиницу мы планировали открывать осенью, но теперь я даже не знаю, как все сложится.
После создания артефактов, если оставались силы, отправлялась в лечебное крыло Академии. У нас организовали госпиталь для раненных боевых магов. И я помогала там по мере сил и возможностей. В такие дни я приползала обратно в комнату уже ночью. Поэтому было не до романтики. Да и злилась я на демона за его постоянные придирки на занятиях. Как-то даже не сдержалась и высказала ему всё, что думаю. Ведь до других адептов, что показывали ещё худшие результаты, он не докапывается. Дамиан развивать дискуссию не стал, просто попросил задержаться после тренировки. И уже наедине сказал одну единственную фразу, которая заставила меня проглотить все обвинения. И даже будущие возмущения зарубить на корню.
Мне плевать на остальных, но ты должна выжить. И да, я буду издеваться над тобой столько, сколько посчитаю нужным. Пока ты не научишься владеть оружием в совершенстве. Ещё есть возражения? зло выдохнул он. Я покачала головой. А в следующую минуту меня сжали просто в медвежьих объятиях и требовательно поцеловали. Увлечься друг другом нам не дало понимание того, что за порогом мнутся адепты новой группы щитовиков. Поэтому всего пару поцелуев и Дамиан рывком отстранился от меня. Взлохматил шевелюру и с тоской посмотрел на меня. А в следующую секунду в дверь робко постучали.
Можно? уточнил адепт. Дамиан кивнул, а я, погладив быстро его ладонь, направилась на выход. Но через пару шагов замерла, как вкопанная. Среди входивших я заметила Весту, и это меня поразило.
Ты что здесь делаешь? спросила я, подходя к ней. Она на мгновение опустила взгляд на секунду, а потом вздернула подбородком.
Я хочу походить на вашу практику и подумать, какие артефакты нужнее всего на войне. Я нахмурилась, обдумывая её слова. Категорически не сходится. Сейчас занятия по рукопашному бою, зачем ей учиться драться?
Это ты можешь своей семейке говорить. А я хочу услышать правду. на нас уже стали вопросительно поглядывать.
Тесс, давай позже поговорим, вечером. очень тихо попросила Веста. Я кивнула и все же покинула зал, хотя внутри что-то болезненно сжалось от дурного предчувствия. Неужели и она хочет пойти в щитовики? А потом и на войну? Отчего-то стало страшно за эльфийку и захотелось силком вытащить её с этого занятия. Странно, ведь точно понимаю, что нам в войне важен каждый маг, но за Весту душа болит. Ради чего? Чтобы быть ближе к Лесту? Так не факт, что они будут служить в одной сотне, или даже тысяче. Ох, Веста-Веста. Решила спросить Лестореля, что он знает о затее своей возлюбленной. Сразу после занятия у Дрейка, сейчас просто не успею сбегать к нему. Пусть и он ведет практику на полигоне, но всё же стрельбище далековато находится от арены для магических поединков.
Занятие прошло быстро, но разговор с Лестом не привнес ясности. Эльф просто не знал о том, что Веста записалась в новую группу щитовиков. И судя по решительному виду, кого-то явно ожидает непростой разговор. А меня разбирало на атомы от странного сочетаний эмоций: и стыдно, что вроде как сдала подругу, и надежда, что Лест её отговорит, и вина за это желание. Короче, решила на факультет артефактики сегодня не ходить. Вместо этого направилась в крыло целителей. Сегодня должны были выписать Кьюна, и надеюсь, что он меня дождется, а не сразу на фронт рванет. За последнюю неделю он уже капитально вынес мозг всему персоналу крыла, убеждая всех и каждого, что он готов к дальнейшей службе. Но Тириус был непреклонен. Сегодня был уже одиннадцатый день после его ранения, когда мы вдвоем его вытаскивали с того света.
Почти вбежав к нему в палату, я облегченно улыбнулась. Дождался. Вытащив из заначки пять целительских амулетов, вручила ему и рассказала, как ими пользоваться. Кьюн же смотрел на меня с каким-то умилением, как старший брат или отец на несмышленого ребенка. А потом неожиданно стиснул в объятиях.