Всего за 199 руб. Купить полную версию
Что интересно, город будто тоже считал, что мне необходимо уехать и закончить дело, поскольку дорога заняла всего несколько минут. Я буквально прошла пару-тройку зданий в нужную сторону, свернула за угол и внезапно оказалась на окраине, хотя было совершенно очевидно, что не могла окраина располагаться так близко к центральной площади.
Таверны там в этот раз не было. Это меня порадовало, так как я вряд ли смогла бы удержаться от того, чтобы зайти. А потом выпихнуть себя оттуда было бы ещё сложнее.
И снова в лесу мне никто не встретился.
Автобус, как и в прошлый раз, уже ждал, стоя с распахнутыми дверями.
Прежде чем в него залезть, я проделала ещё одну вещь. Я уселась на резиновый диванчик на остановке, извлекла из сумки телефон и блокнот с ручкой, а потом не спеша перенесла нужные номера со своей сим-карты на ту, которую мне отдала Надя.
Закончив, я сжала в руке жетон, села в автобус и отправилась в свой мир, намереваясь задержаться там совсем ненадолго.
Не знаю, по какой логике выстраивался маршрут, но остановка оказалась той самой, с которой я уезжала. Отсюда было совсем недалеко до Надиного дома. Не сказать, что мне это понравилось. Вряд ли, конечно, Аркаша до сих пор меня тут ищет, но всё равно лучше было оказаться где-нибудь на другом конце города.
Ну да ладно, будем работать с тем, что имеем. Всё равно если я сейчас снова попытаюсь влезть в автобус, то окажусь в Пряниксберге. Либо же мне надо перестать сжимать в руке жетон и тогда меня найдёт Аркадий. Можно, конечно, пройти пешком до следующей остановки, но в этом случае риск будет ещё выше. Лучше уж тихонько сесть на скамейку в будке остановочного комплекса, затесаться между вон теми двумя бабулями, быстро сделать несколько звонков и уехать.
Да, так и поступлю.
Дальние родственники про маму и папу ничего не знали. Мне даже не понадобилось задавать наводящие вопросы.
Ой, Сашенька, хорошо, что ты объявилась! Надо хоть телефон твой записать, а то родителям твоим не дозвониться! Номер сменили, что ли? Мы уж тут волноваться начали. Пусть хоть позвонят, а то сто лет не виделись
Я наплела им какую-то ерунду и поспешила попрощаться.
С мамиными подругами мне повезло не больше. Они ничего не знали про маму, но очень за неё беспокоились, так как она долго не появлялась в сети, ничего не отвечала им в совместном чате и никто из общих знакомых давно её не видел. Оказывается, они даже приезжали к ней, когда заподозрили, что что-то случилось. Но дверь открыли другие люди, которые и сообщили им, что жильцы продали квартиру и уехали. К счастью, про меня жильцы не знали, а то если бы тётя Света с тётей Ларисой явились ко мне, то они попали бы в поле зрения Аркаши.
От них мне пришлось отбиваться намного дольше. Всё-таки с дальними родственниками мы общались не так чтобы часто, да и виделись в основном только на свадьбах и юбилеях, так что они тревогу поднимать не спешили, а вот мамины подруги, которые, как оказалось, не мыслили жизни без совместного чата, успели невесть чего себе напридумывать и всё своё волнение выплёскивали на меня. Опять пришлось врать, чтобы их успокоить. Я наплела им про то, что мама с папой внезапно решили устроить себе новый медовый месяц и отправиться в длительное путешествие на Гоа, чтобы пожить там дикарями, без сотовой связи и почти без благ цивилизации Кажется, мне удалось их немного успокоить, тем более, что они знали мамину неуёмную натуру, а она вполне могла подбить папу на что-то подобное. К тому же, по их мнению, у меня причин им врать не было.
Как раз когда я пыталась закончить разговор с тётей Ларисой (последним человеком из моего списка) и из последних сил придумывала правдоподобные ответы на вопросы, прямо передо мной кто-то возник, закрывая свет.
Глава 6
Я подняла глаза и увидела Аркашу. Рядом с ним стоял мерзко улыбающийся Григорий. У меня всё упало внутри.
Ну привет, любимая, процедил бывший.
Я так опешила, что едва не выронила телефон. А в следующий миг Аркаша перехватил меня за ослабевшее запястье, сжав его так, что я взвизгнула, и забрал жетон. Резкая вспышка страха навсегда утратить пропуск в Пряниксберг встряхнула меня. Я попыталась вернуть жетон, выхватив его из Аркашиной руки, но не смогла.
Нет уж, второй раз номер не пройдёт! погрозил мне пальцем Гриша. А теперь пойдём-ка с нами, красавица.
Я резко встала и в свою очередь громко и отчётливо ответила, куда следует пойти ему.
Сидящие рядом бабули дружно охнули, пьющие в непосредственной близости от остановки пиво мужики посмотрели на меня с уважением.
Не сквернословь! привычно приказал Аркадий.
Тебя не спросила! огрызнулась я и, глядя ему в глаза, добавила, чётко проговаривая каждое слово: Хочу, чтобы ты знал. Если бы ты не околдовал меня, я бы и близко к тебе никогда не подошла. От твоих признаний в любви меня бросало в дрожь. Я всегда тебя презирала и считала маменькиным сынком, который неспособен своими силами добиться хоть чего-то в жизни. Но я ошиблась. Ты ещё хуже. Ты неопрятный, грязный, мерзкий тип. Ты хотел, чтобы я тебя полюбила? Ха! Да меня с души воротит при одном взгляде на тебя! Первое, что со мной случилось, когда я пришла в себя после чар, меня стошнило от отвращения. Вот чего ты добился. Ты не только не смог влюбить в себя девушку, как полагается, ты настолько отвратителен и жалок, что даже с помощью колдовства не в силах надолго удержать её рядом.
Конечно, раньше я его не презирала, но именно сейчас меня трясло от злости и бессилия и хотелось максимально ему досадить. И это сработало! Ведь не зря же его так колбасило, когда под чарами он вынудил меня сказать правду и услышал, что я его не люблю.
На остановке воцарилась недоумённая тишина. Ещё бы, после слов про магию-то.
Аркаша спал с лица. Он побледнел, потом побагровел, потом уставился на меня с такой ненавистью, словно собирался ударить. Впрочем, мне было плевать. Я ещё и сморщилась, оглядывая его с ног до головы так, словно передо мной стояло отвратительное насекомое.
Я хочу, чтобы ты запомнил эти слова, и когда через пять минут я, околдованная, начну лепетать признания в любви, ты должен помнить, что на самом деле меня от тебя выворачивает.
Аркадия перекосило так, словно его вот-вот хватит удар. Его буквально разрывало от злобы, обиды и желания как-то отмотать происходящее назад. Мой расчёт оправдался. Он тоже понял, что теперь эти слова будут звучать у него в ушах постоянно и никакие сделанные под чарами признания не смогут их заглушить.
Страстная девочка, Гриша шагнул вперёд, оттеснив Аркашу. А теперь тебе пора спрятать зубки и приготовиться угождать хозяину
Он достал из кармана невзрачный серый камушек на грубой верёвке. Камень был без какой-либо оправы и выглядел как обычный булыжник. Видимо, это и есть тот самый артефакт подчинения.
Я рванула вперёд, сильно толкая их в стороны.
Не ожидавшего такой прыти Аркашу здорово приложило головой о железную дугу остановочного комплекса, он взвыл, падая на заплёванный и усыпанный бычками асфальт. Бабули хором запричитали, кто-то воскликнул: «Ну даёт, девка!», кто-то выругался.
Но гадкий Гриша удержался на ногах и успел перехватить меня за руку. Он резко поднёс к моему лицу камень, едва не ударив по лбу. Я закусила губу, ожидая всего, чего угодно. Но ничего не произошло. Вообще ничего! Я, опешив, на мгновение обмякла и перевела взгляд на Гришу. Он, видимо, решил, что дело сделано.
Вот и отлично, зло прохрипел он. Попалась, птичка. Слушай меня! Сейчас ты перед всеми извинишься за недостойное поведение, а потом пойдёшь с нами и будешь делать всё, что тебе прикажут. И не забывай каждый раз приговаривать: «Я с радостью сделаю это для тебя, хозяин», поняла?!
Как хорошо, что он это сказал! Это моментально привело меня в чувство!
Поняла, хозяин, пропела я и, дождавшись, пока он самодовольно глянет на Аркашу, изо всех сил зарядила ему между ног! По-моему, там что-то треснуло
Нет, не зря моя знакомая тренер по женской самообороне говорила: «Не геройствуйте, девочки. Если есть возможность бежатьбегите. Если нетбез малейших сомнений бейте по самым чувствительным местам».
Пока задыхающийся от боли Гриша, беззвучно визжа и бережно сжимая ладошками пострадавшее место, вставал передо мной на колени, а его глаза при этом пытались выскочить на асфальт, я кинула взгляд на поднимающегося Аркадия, и решила, что самое время удалиться по-английски.