Капец, да вы ксенофобы.
Я бы предпочёл, Пэт, чтобы ты не смешивала меня с фейри, которые посещали нас накануне, сказал Атилас. Хоть говорил он спокойно, расслабленно, но в его словах чувствовалось раздражение. Джин Ён неприятен мне чертами его характера и тем, сколько неудобств он приносит. Происхождение тут ни при чём.
Оу, сказала я (и не поспоришь, ведь сама так думаю). Погоди, а вот на людей ты прям сверху-вниз смотришь!
Люди, с едва различимой нежностью проговорил он, от чего я так офигела, что аж осела, такие нежные создания. Так часто умирают. Полны слабостей и будто бы просят, чтобы их использовали. Уступают нам практически во всём.
Практически, а? ошалело спросила я. Офигеть, конечно, взгляды у тебя!
Надо было в его чай слабительного добавить.
Пэт, сказал Атилас, и возле его глаз опять появились задорные морщинки, воистину, не рекомендую совершать манипуляции с моим чаем.
Так вот эрлинги, я постаралась не кашлянуть, ты говорил, что они особый сорт людей.
Атилас хлебнул чаю, и хоть он не улыбался, глаза его светились весельем:
Не обязательно.
Ну, что они люди хотя бы частично.
На этот раз он кивнул:
Воистину. Правила гласят, что у эрлинга должна быть и человеческая кровь.
Я не сдержалась и гоготнула.
Да, знал, что тебя это развеселит. Уверяю, иронию я понимаю.
Погоди, сказала я, Зеро говорил, что эрлингиэто феи или смесь фей и представителей других рас, но с долей крови правильных фей. Разве это не значит, что существо без примеси человеческой крови может быть эрлингом?
Феи не любят признавать кровосмешение, ответил Атилас, но уверяю: даже в жилах самого чистокровного фейри есть капелька человеческой крови.
Я ухмыльнулась:
Ох, блин, поди так мучительно это сознавать!
Немного. О, Пэт, хоть наша беседа крайне увлекательна, спешу заметить: у меня есть для тебя задание.
Да ну? Какое?
Вот, сказал он и достал из кармана крошечную флешку.
Я опасливо взяла её:
Это что?
Записи с камер наблюдения. Просмотри файлы.
Серьёзно? Из участка принёс? А я думала, мне ничего нельзя знать о вашем деле.
Одни вопросы обсуждать мы не будем. А к другим возможен более гибкий подход.
Конечно, значит ничего важного. Я помахала перед ним флешкой. Только на чём её смотреть? Не через телефон же.
Вероятно ты заметила, что вчера Джин Ён приводил друзей.
Двоих людей, которых он похитил? Ну да. И что?
Мой господин решил, что раз мы останемся в этом доме надолго, то определённые технические средства не будут лишними.
Ну и что это значит? подозрительно спросила я, но Атилас лишь глянул на лестницу и прихлебнул чаю.
Я забрала кофе и поднялась в гостиную на втором этаже. О чудо: меня поприветствовал новенький компьютерчёрный монитор, блестящие аксессуары, все дела. Даже подключать не пришлось: похищенные Джин Ёном компьютерщики всё установили. Я воткнула флешку в порт на задней части системного блока, и автоматически открылось окно с пятью папками. Дважды кликнула на первую, и тут же открылся видеоплеер. Я радостно ухмыльнулась. Надо же, у меня и вай-фай есть! Видать, люди всю ночь тут копались. Никаких больше поисков в телефоне, никаких походов в библиотеку.
Конечно, когда Зеро с Атиласом научатся просматривать журнал браузера, придётся быть осторожнее.
Но пока пока что почти идеально.
Я всё ещё радостно улыбалась, когда на мониторе появилась богато обставленная комната: всё было в розово-золотых тонах. А это явно запись с камер наблюденияочень высокого качества, кстати.
Просторная комната. Несколько столов, а возле стен книжные полкинаверное, библиотека. Широкие окна выходят на балкон, если судить по уличным горшкам с кустарниками. За одним из столов работал мужчина в ярко-голубой рубашке поло, его волосы были очень со вкусом взлохмачены. Он точно зарабатывал в месяц больше, чем многие за год. Может это частный клуб, о котором они говорили? Вспомнила розово-золотые цвета того места, из которого пришёл Атилас, и решила, что, должно быть, да.
Свет в комнате пару раз моргнул, а потом и вовсе погас. Но видимо был день, потому что камера всё ещё довольно чётко показывала комнату, хоть цвета и потускнелиа вот лицо мужчины рассмотреть было уже нельзя. Он подошёл к двери, повернул ручку. Судя по тому, что он ещё пару раз дёрнул её, а потом постучал в дверь, она оказалась заперта. Развернулся и пошёл к столу. Дневной свет осветил его лицо.
Он был на полпути к столу, когда с балкона в комнату вошёл ещё один человек. Лицо его разглядеть было невозможнослишком темно, плюс на нём была чёрная кепка. Первый мужчина остановился, а затем пошёл к нему. Я сощурилась: что, неужто знакомый? И что теперь? Никакого оружия у чувака с балкона я не увидела, а помнится, кое-кто должен скоро потерять сердце и
Вошедший с балкона чувак без предупреждения ударил кулаком чувака в рубашке в грудь. Я ожидала, что тот хоть попытается увернуться или хоть назад отшатнётся.
Ну и да, увернулся он как надокулак балконного чувака оказался в его груди.
Брызнула кровь. В недостаточно освещённой комнате она казалась вязкой и чёрной. Чувак в голубой рубашке слегка покачивалсябудто всё пытался осознать, почему в его груди торчит вполне человеческого вида рука другого чувака, и то, что обычный человек кулаком не смог бы такого сделать. А чувак с балкона повёл плечом, будтоне знаю, что-то искал а потом вырвал руку. В его окровавленных пальцах пульсировало что-то живое, истекающее кровью.
Атилас! завопила я.
Да, Пэт? послышался возле самого моего уха спокойный голос Атиласа. Что за хрень? Как он так быстро поднялся?
Но ни один из этих вопросов я не задала, а со всей дури завопила:
Он только что у другого чувака сердце вырвал! Просто запихнул руку и всё! Мог бы и предупредить!
Мне было любопытно узнать, что увидишь ты, сказал Атилас, одной рукой опираясь о компьютерный стол.
Вот и увидела, как один чувак выдрал сердце другого! Что, блин, по-твоему я ещё должна была увидеть? Это же камера наблюдениязапись врать не может!
Люди часто ошибаются на сей счёт. Что ещё ты видела?
Не досмотрела, если ты об этом. Немного засмотрелась на то, как чувак у другого сердце выцарапывал!
Понимаю, сказал Атилас. На мой взгляд, крайне ловко. Приношу свои извинения. Быть может, если получится пересмотреть, ты будешь столь добра и расскажешь, что ещё увидела?
Кровища, буркнула я и глянула на монитор. Чувак из окна стоял там же, голубая рубашка уже лежал на полу. Сердце всё ещё было в руке убийцы, но кровоточило не так сильно, как я ожидала. А почему не голубая?
А должна быть?
Тебе виднее, ответила я. Если он фейри, то да. У Зеро голубая, у тебя тоже.
Помнится я и не говорил, что жертвафейри.
А вот и говорил, упрямо ответила я. Если бы не воспоминания об увиденном убийстве, я бы ухмыльнулась. Феям вырывали сердцатвои слова.
А ты услышала довольно много, да, Пэт?
Так почему она не голубая?
Существует ряд предосторожностей для фей, которые по долгу службы живут в мире людей. Цвет кровиодна из них.
В смысле, чтобы, если им вырвут сердце, полицейских удар не хватил?
Слишком громко сказано, возразил Атилас, но уж если феи неожиданно умирают, уж лучше, чтобы человечество и дальше не догадывалось о нашем существовании.
А как по мне, вырванное сердце ещё какая сенсация, сказала я, офигеть какая кровавая.
И тем не менее, не кажется ли тебе, что при таком способе убийства крови должно быть намного больше?
Может у него рука очень горячая, предположила я.
Каутеризация? Вряд ли. На теле нет соответствующих признаков, да и для такого способа крови слишком много. А здесь её мало, но не настолько.
Да и вроде он её не пьёт, сказала я. А Атилас правне так уж и много. Теперь, когда первоначальный шок прошёл, я смогла думать. Да и вид с камеры наблюдения придавал сцене слегка сюрреалистичный вид, и обмякший труп уже не казался настолько ужасным, как если бы я увидела это лично. И то хорошоесли, конечно, можно так сказать об убийстве.