Это ключи от самой таинственной комнаты в замке.
А я была права! А я была права! Запрыгала я. А, кстати. Спасибо, мам. Спасибо, пап. Марк, вот тебе подарок.
Я протянула брату маленькую, но толстую книжечку. Он недоверчиво приподнял бровь.
Неужели отдаешь?
От сердца отрываю. Грустно вздохнула я.
И что это? Насмешливо поинтересовался Лекс откуда-то сзади.
Дневник Лили. Улыбнулся Марк.
Что?! Воскликнула почти вся наша буйная компания.
Я записывала туда свои мечты и прочую ерунду. Покаялась я. И обещала Марку, что подарю ему дневник, когда все мои мечты исполнятся.
Исполнились? Поинтересовался Гор.
Сам посмотришь. Марк, ты же поделишься с ребятами?
Сначала сам прочитаю! С азартом воскликнул Марк.
Не-не-не! Постудил его пыл Лекс. Мы все хотим знать все с самого начала. Так что будешь читать все при нас. И при Лили.
Я только подошла к Лексу, чтобы дать ему подзатыльник, как вдруг из-за спины раздалось:
А мне почитать дадите?
Глава 10 Неприятная встреча или о комнате исполнения желаний
Выражение лица Лекса тут же с веселого сменилось на грозное. Через секунду я уже стояла за его спиной, а сам он держал в руке меч. Раздался слаженный вскрик.
Что ты здесь делаешь? Спокойный четкий вопрос Лексиана. Брр Это кто же к нам пожаловал? Вот черт!
А почему ты не рад своему почти родному брату? Усмехнулся Литар.
Бледную, почти белую кожу оттенял черный костюм. Широкие плечи волевой подбородок. Растрепанные светлые волосы до лопаток и черные полные тьмы и ненависти глаза. Ух! Страшный какой! Он гораздо лучше выглядит в спокойном состоянии. Он тогда не такой растрепанный и глаза у него кофейного цвета.
Он немного похож на Лекса. Но Лекс все равно лучше. У наследника империи характер во сто раз нежнее и он никогда не ударит женщину. Ему воспитание не позволит.
Не отвечай вопросом на вопрос, Тар. Это не культурно. Тебя что твоя злобная мамочка этому не учила?
Не смей так говорить о моей матери. Прорычал мой бывший почти муж. Как у Лекса нервы не сдают? У них ведь одна мать. Одна злобная, желающая мне и принцу смерти мать.
Лучше убирался бы ты по добру по здорову. Нас ведь больше. Или ты ослеп? Продолжал насмехаться над ним наследник империи.
Я уже ухожу. Только вот получу свое назад.
А что тебе нужно? Лекс напрягся еще сильнее. Окна на улицу распахнулись, и в комнате появилась Азалина.
Власть разумеется. Она стояла рядом со своим вторым сыном. Ее лицо не выражало никаких эмоций. Ярко красные губы, черные, как и у Литара глаза, длинные золотистые волосы. Черное платье до пола. Оно настолько пропитано магией, что я без труда замечаю ленты магии тьмы. У-у-у! Влипли мы. И девчонка твоя ему приглянулась.
Держись от Лили подальше, мама! Прорычал Лекс.
Ну, вот теперь я чувствую твою злобу. Признай, что ты один из нас. Твоя сущность скоро раскроется. Азалина усмехнулась, между ее ладоней вспыхнуло синее пламя.
Однажды отец сказал мне одну важную мысль. Звучало это примерно так: «Каждый, получивший наследие таэрх сам решает каким он станет. Кровь здесь ни при чем». Лучше вам уйти.
Мы еще встретимся. Прошипел Лексу почти брат, и они с матерью растворились в воздухе.
Кто-нибудь мне объяснит, что это было? Ошарашено поинтересовался Гор.
Я же говорила, что случится что-то плохое. Буркнула я.
Давайте не будем омрачать праздник мыслями о моей возможно кровожадной натуре. Усмехнулся Лекс.
Я поежилась. Он никогда раньше не был таким холодным. Почти без эмоциональным. Лекс посмотрел на меня. Поймал мой встревоженный взгляд. Он закрыл глаза. Вокруг него взметнулась тьма. Он тяжело задышал. Все в зале застыли, боясь сказать хоть что-нибудь. Я же не могла этого так оставить. Я чувствовала, как он сгорал, сгорал изнутри от переизбытка негативной энергии. Ему было больно. Я глубоко вдохнула, выдохнула и вошла во тьму. Тьма сгустилась, окружая меня. Я закусила губу, чтобы не закричать. Я разделяла теперь его боль. Он открыл глаза, вспыхнувшие на мгновение ярко голубым огнем.
Уходи. Шепнул он и нахмурился от боли.
Я не могу позволить тебе сгореть.
От всего окружающего мира нас отделяла тьма. Вдруг она перестала быть такой густой и я почувствовала, что мне больше не причиняет боли его тьма. В голове мелькнула мысль. Что противоположно тьме? Свет. Какая стихия ближе всего к свету? Огонь. Я должна гореть. Гореть огнем. Я закрыла глаза, и вокруг меня взметнулось пламя. Я подошла к принцу в плотную и обняла его за шею, положив голову к нему на грудь. Его руки легли ко мне на талию. Так мы и стояли, обнявшись, когда вдруг огонь и тьма не превратились в два цветка. Огонь в огненную фиалку, а тьма в черную лилию. Лекс осторожно вплел лилию мне в волосы. Я взяла в руки фиалку и сделала из нее колечко, надев его на палец Лексу. Он хмыкнул.
Вы понимаете, что значит ваше горение?! Спросила нас императрица, появившаяся неизвестно откуда. Мы отрицательно покачали головами. Вы теперь части одного пламени!
Хм. Занятно. Заметил Лекс все так же, не отпуская моей талии.
Это значит, что вы теперь связаны. Навсегда. Императрица с нажимом произнесла последнее слово.
Поздравляю вас с таким знаменательным событием. Произнес Рэй, каким-то чудом оказавшийся около нас с Лексом. Вот тебе подарок, Лили.
Мне протянули огромную коробку. Я прищурила глаза. Рэй хмыкнул. Я взяла коробку, раскрыла ее и из нее выглянула мордочка маленькой белой лисички с большими ушами и фиолетовой радужкой.
Рэй, это же
Лисица Фенек. Подтвердил мое предположение Рэй. Она еще маленькая.
Клево, клево, клево! Рэй, спасибо!
Я взяла маленькое чудо в руки. Лисенок смешно зевнул и потерся о мою руку мордочкой.
У вас до праздника есть еще три часа. Пока можете быть свободны. Сообщил нам отец.
Пойдемте комнату откроем!
Как лисичку-то назовешь? Спросил меня брат.
Лима.
А почему? Нахмурился он.
Это значит: лисамоя.
А ты уверена, что это девочка? Вопросил Марк. Тут вмешался Рэй.
Я уверен. Мы все засмеялись.
Мы отправились в самую загадочную и полную тайн комнату замка всей компанией: Лина и Гор, Марк и Лисси, Рэй, Лекс и я с маленьким сопящим лисенком на руках. Мой дневник нес в руках Лекс, чтобы у Марка не было соблазна в него заглянуть. Хотя этот, на первый взгляд довольно милый, наследник сам был довольно пристрастен. Мы дошли до входа в одну из башен. Рэй резко дернул дверь на себя и та со скрипом отворилась. Вверх уходила длинная винтовая лестница из белого мрамора. Все почему-то застыли и не решались войти. Я тяжело вздохнула, погладила приоткрывшую один глаз Лиму и начала подниматься наверх.
Вдруг Лекс подхватил меня на руки и понес вверх по лестнице. Сзади послышался дружный смешок. Я потерлась щекой об его белую рубашку. Лима довольно фыркнула и через несколько минут снова спокойно засопела. Лестница показалась мне очень короткой. Когда Лекс поставил меня на ноги, я едва сдержала разочарованный вздох. Честно говоря, я не смотрела на то, как поднимаются мои друзья, наслаждаясь объятиями принца. Каюсь. Грешна. Готова извиниться на свое недостойное поведение. Но это если только меня на таком поведении кто-то поймает!
Пока мы дожидались наверху наших друзей, я разглядывала стены. Они были построены из серого камня и выглядели холодными и массивными. Ребята добирались до нас довольно долго. Они выглядели довольно измотанными, тяжело дышали. Лекс же даже не запыхался, а ведь ему было тяжелее остальных. Горжусь им! Рэй подал мне ключ и оперся о стену башни. Я хмыкнула. Дверь выглядела тяжеленькой: сама из темного дерева, с ручками петлями из какого-то черного метала. Только бы не скрипела! Я вставила ключ в замочную скважину и повернула его. Дверь отворилась с тихим щелчком. Я потянула ее на себя.
Как ни странно дверь только выглядела тяжелой. На самом же деле открыть ее мне не стоило никаких усилий.
Мы всей толпой ввалились в комнату. Все сразу же плюхнулись на пол. Я же осталась стоять. Впрочем, как и Лекс, совершенно спокойно разглядывающий комнату. Я тоже огляделась. Комната выглядела довольно мило: светлые стены и потолок, на окне светлая кремового цвета тюль, на полупаркет, а на стене мои фотографии?! Фотографии были сделаны под старину. Я начала их разглядывать. Вот я на цветочном поле сижу в каком-то платье и читаю книгу. Я вспомнила! Меня тогда еще Лекс рисовал! Так, а на следующей что? На второй фотографии я на своем первом балу. Я выгляжу немного неуклюжим и слегка смущенным подростком. На третьей фотографии я сидела на подоконнике. Как раз в тот самый день, когда Марк из армии вернулся и Лекса с собой привез. Дальше следовала фотография, на которой я нет, мы с принцем горим! Что?! Когда родители успели?! Они что совсем за меня не волновались? Или они сами