Волосы короче, чем у меня, лицо не такое смазливое. Лучше б мне его тело загнали. Не верх мужества, но хоть что-то.
Привет, ты давно здесь живешь? А я тебя раньше не видел! Меня, кстати, Эйгор зовут!широко улыбнувшись, произнес незнакомец, отчего стал похож на кисейную барышню.
«Эх, лучше б ты помолчал, певчий голубь»,подумал я про себя, а вслух ответил другое.
Привет, меня только недавно доставили. Вчера, вроде вечером. Я Серге то есть Талион. Это имя такое.
«Что за бред я прогнал?! Разведчиком быть сложнее чем, кажется! К счастью, Егорка не понял. Хах, а ведь точно, Егорка! Буду его так называть»,пронеслось у меня в голове.
А новый друг улыбнулся еще сильнее, сказал, что рад новым людям, и что мне повезло оказаться в комплексе правительственных гаремов. Потому как здесь отношение к мужикам самое, что ни на есть, благородное.
Я и сам это понял. С утра ко мне отнеслись «благородно». Но затыкать Егорку не стал, пусть трещит, сколько хочет. Вдруг что важное скажет.
Ой, неудобно как вышло. Я на коленях стоял, ногти пачкал, а ты вот так подошел,стеснительно тараторил Эйгор, когда мы шли через сад.
Да ладно, не парься,весело сказал я.На коленях не плохо стоять, плохо жить на коленях. Так в одной книжке написано.
Ого, а в какой? Может, и я почитаю! Ты, правда, считаешь, что все хорошо?взволнованно спросил он.
А что плохого-то, друг?
Ну Я просто сам из деревни. Вот вижу сорняквырываю. Земля нас кормит, как отец говорил, ее не надо стесняться. Здесь сорной травы вообще много. Садовники явно не дорабатывают. Я своей госпоже говорил. С одним садовником тоже ругался. Говорю: «Блин что за бред?! Вы жалование за что получаете? Сорняки одни, вот, кругом, а тут, между прочим, мужчины гуляют. Нам в будущем быть отцами, мы достойны лучших условий, а не этого хлама вообще»
Ээээ, придержи коней!сказал я. Егор бубнил так, что в голове аж звенело.Ты лучше мне вот что скажи, здесь все такие что ль мужественные? Ну, губы там красят, глаза, говорят как малолетние мальчишки, опять же?
На секунду парень задумался, потом покачал головой и к моему счастью, ответил:
Нет! Такие прям мальчики-мальчикиэто скорей всего Нэсски наложники Анны Нэсской. Она мужчин расфуфыренных любят. А так, разные попадаются. Есть такие, что ведут себя даже как бабы.
Последние слова Егор сказал шепотом, и как бы немного стесняясь. Эх, найти б мне сейчас этих «баб»! Но говорить об этом лучше не стоит. Ведь тогда я буду похож на гея, точнее на лесбиянку по-ихнему.
Лучше раздобыть серьезную информацию, например, об устройстве местного общества. Гаремы, наложники, это понятно, только хотелось бы по подробнее.
Я тут же об этом сказал, и Егор изменился в лице, не понимая в чем дело. Еще бы! Это как у нас в мире спросить, почему бабы красятся, а мужики нет, или почему женская грудь всегда скрыта. По идее, я должен все знать с малолетства.
К частью, был козырь в виде потери памяти, который неплохо сработал.
Хорошо, что ты все забыл,печально произнес Егор, садясь на скамью с резной спинкой.Для тебя другой жизни и не было.
А у тебя, что ль была?просил я, потому что реально не знал, что и как.
Конечно!удивился Егорка.В деревне жил, все дела Общую академию кончил. Жениться хотел вот, детишек воспитывать. Только баб у нас почти нет. Все либо пьют как свинюхи, либо нигде не работают. Так и будешь всю жизнь страдать, женатый на какой-нибудь неудачнице. Ни бритвы купить лишний раз, ни трусиков тех же с карманами. А я, между прочим, мужчина, и вполне себе симпатичный! Берег честь для единственной суженой! До восемнадцати даже ни-ни.
На последних словах Эйгор всхлипнул. Я похлопал его по плечу, но немного, а то даже как-то неловко. На самом деле, Егор не рыдал, а лишь делал вид. В его глаза тут же вспыхнула ярость, он прикусил губу и рассказал о своей жуткой судьбе. Хотя, на мой взгляд, это было несколько странно.
Глава 5
Да, я решил стать наложником! Не навечно, конечно, а временно. У нас как раз газетные свитки носили, что требуются красивые парни для хорошей работы в столице. Про такое прямым текстом не пишут, сам понимаешь. Ну я свиток и сохранил. Помню, мамка узнала, сказала, мол, сразу убьет. Не потерпит, чтоб сын ее разных баб трахал! Батя тоже сначала ругался А потом по-мужски меня понял. Сам же все это прошел. Тоже с мамкой по дури связался. Она ему кровь попила, лучшие годы жизни украла. Вон, сколько раз ее пьяной из мужского общежития выгоняли. Ладно, ты извини. Это я так, на эмоциях.
Печальная история,сказал я, хотя сам чуть не рассмеялся. Егорку было уже не сдержать. Не слушая моих слов, он все продолжал тараторить.
Не думай, я не такой! Хотел просто посмотреть, что и как. А там госпожа Агнесса девственников как раз выбирала. Я ей сразу понравился, еще на смотринах. Ну, отказал, конечно же, испугался. Потом папка письмо прислал, что мать меня видеть не хочет. Я долго плакал, конечно, и вот, само получилось.
Не мы такиежизнь такая,вспомнил я заезженную поговорку.
Во, точно прям, жизнь! Наша мужицкая жизньэто ад! Бабам нас никогда не понять. Это у них все легко: оседлала паренька и плевать. А у нас, видишь, чувства, эмоции. Мы не можем так, как животные
Да уж, согласен,ответил я, закатив глаза, представляя, что было бы, если б он оказался у нас.
Когда парень наконец-то заткнулся, мы перешли к серьезным вещам. Я не стал задавать много вопросов, а лишь делал намеки, чтоб не спалиться. Болтливый собеседник сам все выкладывал, и вскоре картина начала проясняться.
Короче, здесь было почти как у нас Только мужикиэто бабы, и все. А гаремов в стране маловато. Чтоб содержать сборище мужиков надо быть очень богатой, не каждая это позволит. Невольничьи гаремы запрещены, но закон всегда нарушается.
Есть такие места, где парни живут в подвалах и обслуживают по пять страшных баб каждые сутки. Хорошо, хоть я туда не попал! А то, были б мне прогулки по саду!
Раньше здесь было все слишком строго. Королевство Амазонум населено воинственными амазонками, которые веками вели страшные войны. Но в последние годы стало спокойнее.
Сейчас у них тут Россия позднего царского времени, это если в моем понимании. То есть, традиции еще не исчезли, но развитие прет полным ходом.
Например, бабы берут мужиков под венец, создают семью, как положено. А те, у кого есть гаремы, про это особо не говорят. Точно как проституция в нашем мире. Используют почти все, но орут, что ее не бывает.
Дворец, где я очутилсяэто скорее общага, просто большая и пафосная. Там расположены покои наложником. По новым правилам один парень может жить в одной комнате. Хотя «комнатой» это все назвать сложно, после моей-то каморки в общаге.
Считается непристойным держать несколько мужиков в одном месте. Конечно, этим часто пренебрегают. Бывает, что в покоях по три парня сразу, а иногда вообще по четыре. Но дамочки тут богатые, потому тесноты явно нет.
Все просторно, никто особо не жалуется. По сути, мы являемся содержанками депутатов. Лилька и ее коллеги работают в королевских советах. Они отвечают за разные сферы, принимают законы, пишут бумаги, в общем, ворочают делами страны, так сказать.
Их называют советницами, и делятся они строго по рангам. То есть, в обществе торжествующего феминизма равенства между сестрами нет. Наложники всегда живут группами, к примеру, мои соседиэто тоже Лилькины хахали.
По ходу, у нее нас немного. Иначе б я делил дом еще с кем-то. А так мне конкретно везёт, один в боярских палатах! Раб круче барина получается.
Женщины проживают в отдельных домах, а сюда приходят лишь «по делам». Казалось быэто свобода. Только выходить из гарема нельзя, без особо разрешения госпожи, разумеется.
Здесь несколько общаг в одном месте, и возле каждой обширная территория. Есть и другие гаремы, только этот комплекс именно для советниц. Как я и сам догадался, наложником нельзя быть всю жизнь.
Во-первых, приходит старость. Где-то после тридцати пяти лет, мужская красота увядает. Во-вторых, ты можешь надоесть госпоже или быть изгнанным за плохое поведение. В последнем случае, все печально. Выживать изгоям очень проблемно.
Придется отправляться в глухую деревню или на грязную работу идти. В мужья таких берут мало, легко спиться и стать грязным шлюхом. А если расстались с барышней полюбовно, то она может денег дать и хорошую рекомендацию даже.