Тогда почему он им не воспользовался? Держу пари, это из ее кухни. Новые замки, продолжала Ева, и нож под кроватью. Определенно, она кого-то боялась.
Жалоб не зафиксировано. Может, она и боялась кого-то, но не сообщила об этом в полицию.
Ева обшарила кровать, проверила под матрацем, перевернула подушки. Потом она прошла в ваннуюмаленькую, чистенькую, тоже очень женственную. Ничто здесь не указывало на присутствие убийцы. Но Ева поджала губы, когда, порывшись в туалетном шкафчике, обнаружила мужской дезодорант, крем для бритья и мужской одеколон.
У нее был парень, сказала она, вернувшись в спальню и принимаясь за осмотр ящиков ночного столика. Презервативы, масло для тела.
Может, они расстались со скандалом. Новый замок всегда врезают, если у бывшего приятеля были ключи от старого. Вряд ли ему понравилось, что его выставили за дверь, предположила Пибоди.
Вряд ли, повторила за ней Ева, но в таких случаях обычно присутствует сексуальное насилие. Проверь ее мобильник на входящие и исходящие за последнюю пару дней. Я пока закончу осмотр помещения.
Она вышла, вновь осмотрела гостиную. «Будь это любовная ссора, подумала Ева, «бывший» первым делом начал бы ломиться в дверь. «Ну, давай, Нэт, черт тебя побери, открой мне дверь! Нам надо поговорить!» Если парень сильно разозлен, а дверь хлипкая, он вполне может ее сломать. Но наверняка ничего сказать нельзя». Ева вошла в кухню приличных размеров. И, судя по всему, убитая тут любила хозяйничать. На безупречно чистой столешнице стояла подставка для ножей. Одно гнездо пустовало.
Ева прошла в соседнюю комнату, оборудованную под домашний кабинет. И тут она многозначительно подняла брови. Здесь царил разгром. Были явно заметны следы тщательного обыска. Компьютер, для которого, как она могла предположить, было предназначено место на блестящей поверхности письменного стола, исчез.
В кабинете нет компа, сказала она Пибоди.
Что же это тогда за кабинет? удивилась Пибоди.
Вот и я о том же. И ни единого диска. Так как вся остальная электроникаа унести ее было бы нетрудноосталась на месте, можно предположить, что целью был именно комп. Комп и убитая женщина. Так что же такое было у Натали? За что она заплатила своей жизнью?
Не только жизнью: он позаботился, чтобы перед смертью она страдала. Голос Пибоди был полон сострадания. На мобильнике ничего, кроме входящего от сестры в десять утра и исходящего в семь тридцать утра в контору «Слоун, Майерс и Краус». Она предупредила, что заболела. Это аудиторская фирма на Хадсон-стрит. Предыдущие звонки были стерты. Наш электронный отдел сможет их вытащить. Хочешь прослушать то, что есть?
Да, но не здесь. Поехали в управление. Надо еще раз поговорить с сестрой.
По пути в управление Пибоди сообщила анкетные данные убитой со своего карманного компьютера:
Родилась в Кливленде, Огайо. Родителиоба школьные учителяживы и по-прежнему состоят в браке. Одна сестра, на три года младше. Уголовного досье нет. Работала бухгалтером-аудитором в фирме «Слоун, Майерс и Краус» последние четыре года. Ни браков, ни совместного проживания не зарегистрировано. Проживала на Джейн-стрит последние полтора года, а раньше на Шестнадцатой улице в Челси. До тогов Кливленде, по адресу родителей. Там она тоже работала в аудиторской фирме, но на полставки. Это было что-то вроде практики во время учебы в колледже.
Бухгалтер, щелкает цифры. Переезжает в Нью-Йорк. Что по нью-йоркской фирме?
Минутку. Так, фирма солидная, начала Пибоди, считывая данные с компьютера. Богатые клиенты, несколько корпораций. Три этажа на Хадсон-стрит, две сотни служащих. Основана около сорока лет назад. Убитая была там старшим аудитором.
Ева обдумывала информацию, въезжая на подземную стоянку Центрального полицейского управления.
Пожалуй, Натали Копперфильд могла получить компромат на кого-нибудь из этих богатых клиентов. Допустим, кто-то вел двойную бухгалтерию, отмывал деньги Уклонение от налогов. Связь с мафией. А может, кто-то из ее коллег снимал пенки Шантаж, вымогательство, растрата.
У фирмы хорошая репутация, возразила Пибоди.
Это еще не значит, что у всех их клиентов и служащих хорошая репутация. Это версия.
Они запарковались, вышли из машины и направились к лифтам.
Надо узнать имя приятелянынешнего или бывшего. Надо обойти всех соседей по дому. Выяснить у сестры, что она рассказывала о работе или о своих личных проблемах. Похоже, убитая столкнулась с чем-то, о чем не хотела или не готова была сообщать или говорить. Во всяком случае, не полиции.
Но может, она доверилась кому-то из коллег или из начальства, если это связано с работой.
Или приятелю, добавила Ева.
Чем выше они поднимались в лифте, тем больше народу набивалось в кабину. До Евы доносился запах мятного мыла от заступающих на смену и запах пота от тех, кто смену сдавал. Она локтями проложила себе дорогу к выходу на своем этаже.
Давай подготовим комнату для допроса, сказала она. Не хочу допрашивать сестру в приемной. Слишком много отвлекающих факторов. Если ей нужен психотерапевт, пусть берет его с собой.
Но сначала Ева прошла через «загон» к себе в кабинет. Она сбросила пальто и проверила алиби свидетельницы. Палма Копперфильд работала на рейсе Лас-ВегасНью-Йорк. Ее самолет приземлился примерно в то самое время, когда кто-то в южной части города душил ее сестру.
Даллас.
Ева оглянулась и увидела Бакстера, одного из детективов своего отдела.
Я два часа кофе не пила, предупредила она. Или три.
До меня дошло, что тебя тут дожидается некая Палма Копперфильд.
Да, свидетельница. Ее сестра была задушена сегодня рано утром.
О черт Он провел рукой по волосам, откидывая их со лба. А я-то надеялся, что это ошибка.
Ты их знаешь?
Палму немного знаю. Убитуюнет. Познакомился с Палмой несколько месяцев назад на вечеринке через общих друзей. Мы несколько раз встречались.
Ей двадцать три года.
Бакстер поморщился.
Я тоже пока на пенсию не собираюсь, не надейся. Ну, в общем, ничего такого не было. Славная женщина, очень славная. Она пострадала?
Нет. Обнаружила в квартире сестры мертвую сестру.
Да, не повезло. Черт. По-моему, они были очень близки. Палма рассказывала, что останавливалась у сестры, когда прилетала в Нью-Йорк. Как-то раз я подвозил ее к домуна Джейн-стритпосле ужина в ресторане.
Вы все еще встречаетесь?
Нет. Да и не было ничего. Поужинали пару раз вместе, вот и все. Бакстер сунул руки в карманы, словно не зная, что с ними делать. Слушай, если она увидит знакомое лицо Если ей так будет легче Словом, я мог бы с ней поговорить.
Может быть. Да, может быть. Пибоди готовит комнату для допроса. В приемной для этого слишком шумно. Она была в плохом состоянии на первичном допросе. Она не говорила, сестра ни с кем не встречалась?
А-а, да. У нее был парень. Финансовый аналитик или брокер что-то в этом роде. У них было что-то серьезное, вроде даже помолвка. Честно говоря, я не особенно интересовался. Я же не за сестрой охотился, понимаешь?
А свидетельницу с лету уложил, Бакстер?
Нет. Бакстер улыбнулся. Говорю же, она славная женщина. Порядочная.
Это означало, что они не спали вместе. Значит, можно без особой неловкости привлечь Бакстера к допросу.
Ладно, дай мне засадить Пибоди за обработку мобильника убитой. А мы поговорим со свидетельницей.
Ева позволила Бакстеру первому войти в комнату для допроса, а сама внимательно взглянула на опухшее от слез лицо Палмы, когда та подняла голову. Палма заморгала, словно пытаясь осознать увиденное, на ее лице отражались, одна за другой, вполне понятные эмоции: узнавание, облегчение, растерянность Потом она вновь погрузилась в свое горе.
Бакс? О боже.
Она протянула обе руки. Бакстер стремительно шагнул к столу и сжал их.
Палма, мне очень жаль.
Я не знаю, что мне делать. Нэт моя сестра. Кто-то убил ее, а я не знаю, что мне делать.
Мы тебе поможем.
Она же никому ничего не делала плохого, Бакс, она в жизни своей мухи не обидела. Ее лицо
Я знаю, как это тяжело. Но ты можешь помочь нам, и тогда нам легче будет во всем разобраться.