Всего за 149 руб. Купить полную версию
Но зачем стаям жрица?
Для перехода между мирами, переноса ценностей, продуктов. Ариан ласково гладит мои пальцы. Чем больше в стае жриц, тем лучше земля стаи снабжается энергией, становится плодороднее, появляется больше растений, животных. Тем свободнее в передвижениях представители стаи, которые занимаются бизнесом в Сумеречном мире, особенно это важно для командировок в другие страны.
Не отпустят, точно не отпустят. Слёзы подступают. Не хочу верить, просто не хочу:
Если я действительно настолько ценная, почему в смотринах участвуют не все стаи?
Кого-то останавливает отсутствие свободных мужчин правящего рода, кого-тотрадиции, не позволяющие прогибаться под женщин. Нежелание конкурировать с ценными союзниками, страх. Ариан опять утирает мои слёзы. Не удивлюсь, если пара стай после переговоров с конкурентами решит за вознаграждение отказаться от состязания.
У него такие нежные тёплые руки, он так мягко, но уверенно сжимает мои ладони, что хочется упасть в его объятия, спрятаться в них от всех бед. Но Ариан наверняка поймёт это превратно, а себя кандидатом в мужья он не выставлял.
Закусываю губу, чтобы не спросить, почему. Занят? Такой видный мужчина не может быть свободным или?
Держа меня за руки, Ариан не пытается скользнуть пальцами под скрученные манжеты халата, не смотрит на разъехавшиеся полы ни внизу, ни в области груди. Только в лицо.
У его глаз удивительно тёплый и ровный цвет, зрачки так завораживающе пульсируют. И ноздри подрагивают, словно он принюхивается.
А я без нижнего белья. От этой мысли к щекам приливает кровь.
Вещи мне полагаются? шёпотом уточняю я. Или как всем оборотням бегать?
В Лунном мире бывает довольно прохладно без шерсти. Ариан поднимается. Пора есть и дальше обсуждать наши дела.
Киваю. Снова берусь за вилку и нож. Даже надрезаю мясооно очень мягкое.
А как ты успел его настолько хорошо приготовить? поднимаю взгляд на садящегося Ариана.
Я уже замариновал его, когда меня вызвали.
АаГубами осторожно снимаю с вилки кусочек горячего мяса.
Блаженство! Нежное. Пряности шикарно оттеняют вкус. Это точно не говядина и не свинина. Возможно, какая-нибудь дичь. Внезапная мысль бросает в дрожь:
Надеюсь, не человечина.
Оленина.
Не могу понять, какие использованы специи, очень тонкий аромат. Торопливо отрезаю кусочек. И ещё. И ещё. Просто тает во рту! Господи, да я такой вкуснотищи в жизни не ела, даже в дорогом ресторане, куда Михаил водил меня правда, там я, как истинная девочка, больше по салатам, а тут
Поднимаю счастливый взгляд на Ариана. Склонив голову набок, он неотрывно на меня смотрит. И уголок губ слегка приподнят вверх.
Я что, смешно выгляжу? Провожу пальцами по губам, вдруг что-нибудь прилипло? Но нет, чистые. Ариан знай смотрит. Сам даже кусочка не отрезал.
Почему не ешь? зачем-то шёпотом спрашиваю я.
Пока готовил, наелся.
Сырым мясом, что ли? Моё лицо искажается от отвращения. И Ариан улыбается, смеётся беззвучно и берётся за вилку с ножом:
Я пошутил.
Мм, неопределённо тяну и снова принимаюсь за еду: остановиться невозможно, хорошо, я не на диете.
От нечеловеческого блаженства отвлекает только пристальное внимание Ариана. Даже не видя его, физически ощущаю, что Ариан меня разглядывает. И снова не ест. Ну зачем портит аппетит? Боится, что его объем? Поглядываю на форму с мясом: ещё на пару человек хватит.
Зачем столько приготовил? Ждал гостей? Поднимаю голову и застываю под пристальным взглядом тёмных глаз.
Двоюродный брат возвращается из Аргентины, собирались встретиться. Но у него шину прокололо на трассе, а потом появилась ты.
От взгляда Ариана дышать тяжело. Неуверенно произношу, только бы сказать что-нибудь:
Двоюродный брат?
Да. Лунные князья размножаются не почкованием.
Понятно. Невольно улыбаюсь. Вздыхаю. И спрашиваю напрямик: Почему ты дал мне возможность выбрать мужа самой? Это ведь не только потому, что я человек?
У меня нет ни малейшего желания губить твою жизнь лишь потому, что ты стала жрицей. Даже не собирайся я использовать ситуацию в своих целях, дал бы выбрать. Просто выделил бы больше времени для принятия решения.
Но почему? Не удержавшись, тянусь к мясу. К чему такое благородство?
Ариан поднимается с места. Вынимает из шкафчика бутылку вина и наполняет мой бокал.
Потому что могу себе позволить быть благородным. Ариан усаживается на место и продолжает смотреть на меня. Теперь ты моя подданная, я обязан тебя защищать. И я не выполню своих обязательств, если ты, например, покончишь с собой из-за невозможности смириться с навязанным мужем. Состязания за жрицу когда-то были нормой. Это привело к дисбалансу в развитии стай, и распределение стало более рациональным, но сами состязания не запрещены. К тому же весело понаблюдать за брачными плясками.
А какой у тебя личный интерес в этом деле? Кроме веселья.
Надеюсь поймать убийцу жрицы на живца.
Что? Приподнимаюсь. Тут же бессильно опускаюсь на стул. Князь больше не кажется любезным и добреньким, а в его глазах чудится злой блеск. И вообще смотрит так, будто съесть хочет. Я буду приманкой?
Предполагаю, наглец, которому хватило смелости убить жрицу, не побоится и на тебя покуситься во время смотрин.
Не хочу становиться наживкой.
Предпочитаешь стать жертвой? Ариан взмахивает рукой. Кто-то украл и убил оборотня, волчицу со священным даром. В стаях пропавших не было, а значит, на неё напали изгнанники, непринятые полукровки или люди. Без их трупов невозможно отследить заказчика. Мы не знаем, добился ли он своей цели. И саму цель не знаем. Возможно, тебя захотят убрать, когда все расслабятся. И может не этот убийца, а кто-нибудь другой, чтобы ускорить получение жрицы своей стаей, ты же человек, твоё убийство не такой страшный проступок, как убийство чистокровной одарённой волчицы.
Возмущение захлёстывает меня, и первое, что срывается с пересохших губ:
Расисты.
Есть немного, едва уловимо морщится Ариан. Для сохранения способности к обороту приходится бороться за чистоту крови идеологическими способами.
И как в сохранение крови вписывается брак со мной? Раздражённо вонзаю вилку в мясо и отрезаю кусок. Закидываю в рот. Жую. Смотрю на Ариана.
Сила жрицы подавит твои человеческие гены.
Сглотнув мясо, отрезаю следующий кусок, напоминаю:
Дети наследуют половину хромосом от матери. Это не обойти.
Тамара, разве я на человека не похож? Ариан смотрит серьёзно, и мне опять кусок в горло не лезет.
Похож неотличимо, киваю я.
Твои дети от оборотней в человеческой ипостаси будут такими же красивыми, как ты, а звериную форму получат от отца. Через два поколения, если продолжат смешение с оборотнями, станут неотличимы от чистокровных.
Я так понимаю, подобные смешения у вас были, раз знаете последствия.
Раньше жриц свободнее выпускали в Сумеречный мир, иногда они гибли. Или их убивали. И сила находила пристанище в человеческих женщинах. Некоторые из них соблазнили нашедших их оборотней. Всё их потомство прекрасно оборачивается.
Во все глаза смотрю на Ариана, начиная осознавать, как мне повезло, что скрещивание с людьми у них опробовано, а то убили бы меня и прикопали под кустиком.
Охранять тебя буду лично, произносит он своим бархатно-рокочущим голосом. Постоянно.
Мурашки бегут по спине, переползают на живот. И мысли при этом приличностью не отличаются. Но на помощь приходит здравый смысл, и я уточняю:
А если в меня выстрелят из снайперской винтовки?
На всех открытых пространствах я буду начеку и в случае необходимости перекину пулю в другой мир.
Но если ты такой сильный, пока ты рядом, никто не нападёт.
Никто не будет знать, что я лунный князь. Представлюсь одним из лунных воинов.
И что, никто тебя не узнает? Оценивающе его оглядываю. По запаху там или ещё как? Они твоего лица не видели?
Не видели. У того, что я сверкаю, как новогодняя ёлка, есть и положительные стороны.
Нервно усмехаюсь, Ариан улыбается чуть более явно, продолжает неотрывно смотреть на меня и говорить: