Шло время.
Спокойно, папаша, нет смысла хвататься за голову. Нужно было давно подумать о том, чтобы я получил профессию. Найти работу? Сам попробуй. Все, что я умею делать, маленький черный ящик умеет быстрее и лучше. А еще пятьдесят лет при фирме! Можешь что-нибудь для меня сделать? Если бы у тебя в башке была бы не солома, ты имел бы контракт, а у нас давно был бы двойной пузырь, и не называли бы нас вонючками из Белли-Рэйв. Чтобы я отправился в город искать работу? А не лучше ли позавтракать поплотнее и махнуть на стадион, сегодня там неплохое представлениеРокки Гранатино, Рокки Польдерени, Рокки Шистман и Малыш Луис с завязанными глазами участвуют во всеобщей свалке, в покрытых шипами перчатках против забулдыг-пропойц. Затем я подцеплю какую-нибудь, найду пустую хату здесь, в Белли-Рэйв, и мы займемся любовью. Постараюсь где-нибудь поближе, чтобы ты не беспокоился, когда я буду возвращаться. Вопросы будут?
Нет, никаких вопросов. И парень выходит на улицу по потрескавшемуся полу, весь дом дрожит от его походки. Старик говорит: «Пятьдесят лет в компании», и начинает плакать. В прошлую пятницу его заменили маленьким черным ящичком, который никогда не делает ошибок, никогда не устает, никогда не делает перерывов на еду. С этого момента он предоставлен самому себе и живет на пособие. Однако дом уже почти полностью его собственность. Еще несколько лет, и он был бы его, вот только расплатиться бы за канализацию. Я продам его, прикидывает он хитро, забывая всхлипывать. Когда дома будут в цене. Но не сейчассейчас депрессия. И без того несколько домов стоят пустыми, хозяева покинули их, заключив контракты с фирмами и получив право на ДМЛ-дома. Весьма забавные теперь новоселы в Белли-Рэйв. О них, пожалуй, почти ничего не известно. И это плохо отражается на детях. Он был уверен, что проходя мимо брошенного Самюэльсами дома, уловил запах свежего самогона, а в незавешенном окне мелькнули сверкающие медные сосуды и трубы. Время от времени в Белли-Рэйв наведываются полицейские машины и вертолеты. Конечно, без добычи они не возвращаютсяно это где-то далеко от нас, утешает себя старик. А дом все равно он продаст, когда цены поднимутся.
Шло время
Так прошло больше столетия
Глава 6
Только пятый таксист, бесшабашный молодой паренек, согласился везти Мандина в Белли-Рэйв.
Взялся за эту грязную работу только потому, что ожидаю призыва, признался он. Что мне терять? В этом вонючем Белли-Рэйв все идет вкривь и вкось. Может быть, меня там так отлупят, что даже в армию не заберут. Он рассмеялся. Но не думаю, что там все так плохо, как говорят.
Мандин не стал с ним спорить.
В любом достаточно крупном городе был свой эквивалент Белли-Рэйв. В Нью-Йорке это гноящиеся трущобы Лонг-Айленда, в БостонеСпрингфильд, в ЧикагоЭванстон, в Лос-АнжелесеГринвилл. Все эти пригороды ничуть не хуже Белли-Рэйв. Мандин заметил, что обшарпанные уличные фонари в Белли-Рэйв не горят. Проезжая мимо поросших травой двориков и заколоченных досками домов, он заметил какие-то развалюхи позади них. Время от времени попадались сожженные участки, которые не допускали обычному пожару перекинуться от дома к дому.
В Белли-Рэйв была своя тайная сумеречная жизнь: в зарослях диких кустарников, куда боялась заглядывать полиция, на бесконечных милях разбитых подъездных дорог. Такси было не единственным автомобилем. По раскрошенной бетонной мостовой сновали щегольские машины, останавливались у тротуаров, где появлялись неясные силуэты, размахивающие фосфоресцирующими сумками.
Они медленно ехали мимо домов, из которых доносился оглушительный шум. К ним подскочил швейцар:
Что угодно, мистер? Можете провести ночь за пять долларов, включая все, что сможете выпить и выкурить. Зачем платить налоги, мистер?
Сотрудники управления по налогообложению самогоноварения делали налеты на подобные малины не часто.
Отсюда далеко до Уиллоудэйл 37598? спросил водитель у швейцара, приостановив такси.
Кто вам нужен, так это проводник! воскликнул швейцар. Джимми!
Кто-то вынырнул из темноты. Мандин услышал какую-то возню у дверцы машины.
Газуй! закричал он водителю, защелкивая дверцу и поднимая стекло.
Засада осталась позади. Они осторожно спросили у одинокого прохожего, как проехать. И через полчаса были в 37-тысячном квартале Уиллоудэйла и начали отсчитывать дома, пытаясь отыскать нужный дом.
Должно быть, этот, произнес водитель, уже не так бесшабашно.
Подождите меня здесь, пожалуйста, попросил Мандин.
Нет, сэр! Откуда мне знать, что вы не проскользнете через черный ход и не нападете на меня? Платите по счетчику, а за то время, что я буду вас ждатьденьги вперед.
На счетчике накрутилось восемь долларов. Мандин дал десятку и побрел по растрескавшейся бетонной дорожке. Не успел он сделать и десяти шагов, как такси с ревом исчезло в темноте. Мандин беззлобно выругался и постучал. Все стекла в доме были выбиты и хозяева заколотили окна досками.
Двери открыл пожилой, больной на вид, мужчина.
Лавины здесь живут? спросил Мандин. Мисс Лавин просила меня приехать сюда по одному касающемуся законов делу. Я по профессии адвокат.
Проходите, учтиво произнес старик. Я и сам член юридической коллегии
Он не договорил, разразившись кашлем.
Мандин почти перенес его в комнату и усадил в кресло. В очаге тлел огонь. Сквозь заслонку в комнату просачивался дым. Крохотное радио передавало: «к счастью, помешало распространению огня, хотя четыре дома уничтожены полностью. Повсюду в Белли-Рэйв начались схватки между Кроликами и Клятыми, соперничающими бандами подростков. Один восьмилетний мальчуган был убит сразу же»
Мандин выключил радио и открыл заслонку. Комната очистилась от дыма, пламя в очаге стало разгораться. Старик продолжал неподвижно сидеть в кресле, огонь безжалостно высвечивал его пергаментное лицо. Мандин стал крутить клапан лампы, пытаясь отрегулировать горелку.
Спасибо, прошептал старик. Адвокат, будьте любезны, посмотрите, есть ли в шкафчике в ванной небольшая круглая жестянка?
Ванна была заполнена наколотыми щепками, а полки шкафчика заставлены всякими домашними мелочамисолью, специями и тому подобным. Мандин открыл непомеченную коробку. В ней были небольшие, будто резиновые таблетки и запах, в котором нельзя было ошибиться. Опиум. Он вздохнул и принес старику открытую банку.
Старик, ничего не говоря, взял ее и медленно проглотил пять опиумных таблеток.
Спасибо, адвокат. И пусть это будет вам уроком. Никогда не потворствуйте дурным наклонностям своего желудка. Это и расшатывает организм, и уничтожает. Вы сказали, что встречались с Нормой? Она должна была приехать еще несколько часов назад. Здесь такое соседство я беспокоюсь. Меня зовут Гарри Райан, я член коллегии адвокатов и прочих Разумеется старик взглянул на коробку с опиумом, я оставил практику.
Мандин кашлянул.
Насколько мне помнится, мисс Лавин упомянула вас. Как я понимаю, вы формально будете ее поверенным, а я возьму на себя составление иска держателям акций, если мы возьмемся за дело. Он на секунду поколебался, затем рассказал старику об аресте парня.
Да, сказал Райан, как бы подтверждая то, что произошло. Я говорил ей, что она делает ошибку, обращаясь к мистеру Дворкасу. Разумеется, Грин и Чарзуорт вертят всеми, как хотят.
Грин и Чарзуорт? удивился Мандин. Хотя постойте-ка. Вилли Чоут один раз упомянул это имя, не помню, по какой причине.
Это фирма, которая занимается капиталовложениями.
Но мисс Лавин сказала, что ее дело связано с ДМЛ-Хауз. Причем здесь Грин и Чарзуорт?
Райан прожевал еще одну опиумную таблетку и проглотил ее.
Мистер Мандик, эта фирма еще как причем! Она уже всюду, где только можно! Сырье, городской транспорт, недвижимость, страхование, финансирование заводов, все, что угодно, мистер Мандин.
Даже опекунство в 27 округе?
Даже это. Но пусть это не сильно вас беспокоит, Мандин. Вероятно, в настоящее время «Грин и Чарзуорт» только случайно интересуются Лавинами. Они, без сомнения, хотят знать, что намерены предпринять Дон и Норма. Но не думаю, что они станут вмешиваться.