Однако однажды всё это изменилось. Койот тогда жил с женщиной по имени Воробьиха. Воробьиха усердно трудилась с утра до вечера, а Койот тем временем попивал пиво и смотрел по телевизору спорт. Когда жена приносила поесть, он ворчал на ее стряпню, а когда просила о сексеотнекивался, ссылаясь на усталость.
Всё, с меня довольно! взбунтовалась Воробьиха. Ты не работаешь, ты не помогаешь по дому, и ты не доставляешь мне удовольствие. Лучше вообще без мужа!
Койот возмутился:
Не смей так говорить! Ещё накаркаешь.
Однако Воробьиха была тверда, как кремень, и вышвырнула его из дома. А потом позвонила всем остальным жёнам и на него нажаловалась. Все они ожесточили сердца против Койота. Куда бы он ни пришёл, жёны захлопывали перед ним двери. Некому было о нём позаботиться, некому покормить.
Наконец Койот сказал сам себе: «А не сходить ли мне к Звёздному народу? Попрошу их о устройстве, способном приструнить моих жён. Для пришельцев это явно не составит труда».
Так он и поступил, но Звёздные просто рассмеялись ему в глаза.
Да кому она нужна, такая машина? Что с ней делать?
Но Койот уже успел везде сунуть свой нос и спросил:
А эта маленькая палочка для чего?
Ах, эта. Наставляешь её на кого-нибудь, и онтвой раб. Даже не знаем, зачем мы её сделали. Использовать её нам не позволяет этика.
Только Звёздные отвернулись, как Койот украл палочку и спрятал её под пальто. Затем он вернулся в город и пошёл повидать Лягушку, свою жену.
Увидев, кто стоит на пороге, она хотела захлопнуть дверь у Койота перед носом, но тот воспользовался палочкой:
Впусти.
Лягушка отошла в сторону, и он опустился на диван перед телевизором.
Принеси пива.
Женщина подчинилась.
За время своего визита Койот ещё многое приказал Лягушке, и та всегда подчинялась, потому что он наставлял на неё палочку.
Койот вернулся к старым привычкам. Куда бы он ни пришёл, достаточно было наставить палочку, и многочисленные жёны выполняли его желания. Он до того привык к их покорности, что, заявившись к Колибри, забыл воспользоваться палочкой. Та открыла дверь, и он вошёл.
Принеси пива.
Женщина подчинилась.
Сядь мне на колени.
Она тоже подчинилась.
Колибри уже слышала от других жён, что Койот нашёл способ навязывать им свою волю. Она твёрдо решила докопаться до правды. Колибри играла его волосами, изображала любовь и вызвала его на откровенность.
Довольно скоро Койот начал хвастать тем, как перехитрил жён, и рассказал всё о своей палочке.
Можно взглянуть? попросила Колибри, а, как только он показал, выхватила её и поломала на мелкие кусочки. Кусочки она вышвырнула в окно, а потом и Койота из дома вышвырнула.
Койот направился прямиком к Воробьихе, с которой и пошли все проблемы. Когда та открыла дверь, он просто засунул руки в карманы и улыбнулся. Он был хорош собой, он был Койот, так что Воробьиха впустила его в дом. Женщина всё ещё его любила, хоть он и остался без палочки.
Но все обломки палочки постепенно подобрали прохожие и, поскольку части обладали той же силой, что целое, в мире произошло много нехорошего.
КОЙОТ РЕШАЕТ ЖИТЬ ВЕЧНО
Койот бродил туда и сюда. У него не было цели, он просто бродил. Наткнувшись на Медведя, он спросил, как идут дела.
Не очень, вздохнул Медведь. Эти новенькие (он имел в виду Звёздный народ) приходят и захватывают землю. Их все больше и больше, и территория им нужна все обширнее. Сулят за землю такое, от чего невозможно отказаться. Вот так мало-помалу они забрали весь мой участок, а для меня не осталось места.
Ха! фыркнул Койот и пошёл дальше. Вскоре он набрёл на Дракона и спросил, как дела у того. Та же история.
Новые Звёздные люди рождаются каждый день, сказал Дракон, но никто не видел, чтобы они умирали.
Ишь ты! удивился Койот и двинулся дальше. В конце концов он повстречал Бульдога и получил от него тот же ответ на тот же вопрос.
Вроде бы они живут вечно, сообщил Бульдог. От кого-то я такое слышал.
Тут Койот побросал все свои дела и поспешил прямо к Новому дому, который на языке местных назывался Торонто.
До меня дошёл слух, что вы живёте вечно. Это правда?
Конечно, ответил Звёздный народ. Мы принимаем для этого специальные препараты.
А как бы мне получить немного этих препаратов?
Они слишком ценные для того, чтобы отдавать в чужие руки. Такие, как ты, никогда не смогут их себе позволить.
Не может быть, чтобы у меня не нашлось чего-то взамен.
Нам постоянно нужна земля. Но когда мы пытаемся её у тебя купить, ты всякий раз с нами жульничаешь.
Койот и Звёздные сели торговаться. Звёздный народ торговался беспощадно, потому что Койот накалывал их много-много раз. В конце он отдал им Новую Англию. Отдал Мексику. Отдал Сан-Франциско, Сиэтл, северное побережье Мексиканского залива и заодно Нью-Йорк. Вот почему в наше время там не встретишь Земной народ. Одно за другим Койот отдал Звёздным всё, что имел. Видите ли, он подумал: «Вечность это долго. Раз я живу вечно, значит, возможностей выдурить это всё обратно будет более, чем достаточно».
Итак, стороны заключили сделку. Звёздный народ дал Койоту препараты для вечной жизни, и тот пошёл бродить по континенту, раздавая чудо-зелье всем желающим, то есть практически каждому, потому что всякому хотелось жить вечно.
Но затем стало твориться странное. Земные повсюду гибли. Они заболевали, чахли и умирали. Здоровье сохранили только те, кто не принял препараты. А таких осталось всего ничего.
Койот пошёл к Звёздному народу.
Ваше лекарство должно было подарить нам вечную жизнь, а мы, вместо этого, умираем.
Мы тут ни при чём, ответили Звёздные. С лекарством всё в порядке. Откуда нам было знать, что у вас нет третьей нити ДНК?
Вы обвели меня вокруг пальца, пожаловался Койот. Отдайте мне назад мои земли и остальное.
Но Звёздный народ разозлился.
А ты нас сколько обманывал? Ты крал нашу технологию, а землю за неё только обещал. Теперь мы поменялись местами. Нас много, и поэтому нам нужна земля. А вас горстка, вы и так обойдётесь.
Койот горестно пошёл прочь.
С тех пор Земных очень мало, и они так и не вернули себе былого богатства. Мир, которым они когда-то владели, теперь принадлежит Звёздному народу, который заботится о нём гораздо лучше Койота. Койот всё ещё популярный герой историй, но больше никто не видит, чтобы он бродил по Земле, и никто не знает, жив ли он ещё.
ПереводАнастасия Вий