Двести тредециллионов долларов, после короткой паузы выдал банковский робот. Два, ноль, ноль и ещё сорок два нуля.
Да ты меня разыгрываешь! вырвалось у Джо.
А с чего бы вдруг? Робот, казалось, даже удивился. Посудите сами, ведь я и знать не знаю, кто вы такой.
А бывают вообще другие крамблы? Я имею в виду, использует ли слово «крамбл» для обозначения денежной единицы кто-нибудь, помимо обитателей Сириуса-Пять? Какие-нибудь там другие цивилизации, государства, автономии, племена или секты в известной нам части Вселенной?
Несколько тысяч лет назад крамблы находились в обращении у
Понятно, перебил робота Джо. Я спрашивал лишь о нынешних крамблах. Тем не менее спасибо. Вопросов более не имею.
В ушах отчаянно звенело. Ощущение было такое, словно Джо засунули внутрь игрального автомата, который вдруг взял да и выдал три семёрки разом. Ему подумалось: «Наконец-то! Подфартило так подфартило!»
Неожиданно с грохотом распахнулась входная дверь, и в комнату ввалились двое дюжих, облачённых в форму Управления Общественного Спокойствия полицейских. Полицейские первым делом обшарили цепкими профессиональными взглядами помещение, и тот, что был пониже, но зато пошире в плечах, небрежно махнув перед лицом Джо раскрытым удостоверением, заревел:
Я Хаймс из УОС, а это мой коллега Перкин. А вы, как я понимаю, господин Фернрайт? Целитель керамики по профессии? И вы вроде бы получаете ветеранское пособие? Конечно же, получаете, не дожидаясь ответа, проговорил Хаймс. Очевидно, что ваш ежедневный доход складывается из полученных по пособию денег и усреднённой выручки от вашей так называемой работы. Ну и каков же он, ваш ежедневный доход? В общем, как много вы зарабатываете?
Второй, что был повыше да посухощавее, уосовец вошёл в ванную и тоненько загнусавил оттуда:
Любопытно, любопытно Крышка туалетного бачка снята, а внутри подвешен мешочек с металлическими монетами. Судя по весу, в нём без малого с сотню четвертаков. Перкин вернулся в комнату. Несомненно, вы бережливый человек, господин Фернрайт. И как давно?..
Два года уже. Но я ничего не нарушаю, затараторил Джо. Я справлялся у Господина Юриста.
А что за история у вас тут приключилась с плабкианскими крамблами?
Джо заколебался.
Говорить ли полицейским правду? Уосовцев недолюбливал не он один. Разумеется, пиджаки на этих ребятах всегда безукоризненные ладно скроенные, серые в коричневую полоску; у каждого портфель ни дать ни взять все они процветающие коммерсанты, люди, наделённые правом принимать собственные решения. И вовсе не походили они на взаимозаменяемые винтики большой бюрократической машины. И вовсе не напоминали собой безмозглые механизмы, методично исполняющие чужую волю. Но всё же сквозило в них что-то нечеловеческое, бездушное И тут вдруг Джо явственно уразумел, что же именно отделяет их от обычных людей и придаёт их действиям явственное сходство с механизмами-роботами. Ведь даже представить себе невозможно, что уосовец открывает перед женщиной дверь. Мелочь, понятное дело, пустячок но именно в этой-то мелочи и заключена самая уосовская суть. Обычные нормы вежливости к ним как бы даже неприменимы. Никогда не пропустят тебя вперёд, никогда не снимут в лифте шляпу. Никогда. Но как же гладко они вечно выбриты! И до чего ж ухожены!
«Наконец-таки я их разгадал, пришло на ум Джо. Наконец-то разглядел их нутро, пусть и сделал это всего лишь метафорически».
Я нашёл записку, прервал молчание Джо и протянул бумажку, извлечённую из найденной в сливном бачке пластиковой бутылки. Вот, полюбуйтесь.
От кого она?
Сие одному только Богу известно.
Шутки с нами шутить надумали? рявкнул тот, что поздоровей, разглядывая записку.
Считаете записку шуткой? Или моё высказывание «Сие одному только»? Джо запнулся, увидев, что уосовец ростом повыше да поуже в плечах достаёт мыслеграф прибор для записи мыслей. Вот-вот, наглядно убедитесь в том, что я не вру.
Несколько минут полицейский водил похожим на дирижёрскую палочку приёмником мыслеграфа у Джо над головой. Прибор едва слышно жужжал, меж вставшими дыбом волосами Джо слегка потрескивал воздух, и все трое напряжённо молчали. Наконец полицейский вернул приёмник в карман, вставил в ухо крошечный наушник, нажал кнопку в глубине своего другого кармана и в по-прежнему не прерывающемся всеобщем молчании внимательно прослушал полученную запись.
А подопечный-то наш, как это ни удивительно, говорит чистую правду, обратился Перкин к напарнику. О записке ничего толком не знает. Не знает ни от кого она, ни в чём её суть. Убрав наушник, он повернулся к Джо: Не укоряйте нас, господин Фернрайт, за непрошеный визит. Вам, конечно же, известно, что мы прослушиваем все телефонные разговоры, а ваш звонок нас, разумеется, сразу же привлёк, поскольку, согласитесь, речь шла об очень уж значительной сумме.
Тут в дело вступил плечистый горластый Хаймс:
Ежедневно звоните по этому номеру, распорядился он и протянул Джо визитную карточку. К телефону на том конце никого конкретно не просите, а просто информируйте ответившего вам обо всём, что произошло с вами за последние сутки.