Глава 5. Искусственный идол
7 апреля 2015 года, Алексей Чадов, 21 год, студент четвертого курса. Пока еще ведун 0-го уровня. Спустя четыре года после становления Пробужденным.
Как изумительно меняется взгляд на ситуацию всего за один месяц, когда готовишься к моменту возможной смерти!
Ненавижу себя! бокал с вином тихо стукается о барную стойку. Но при этом люблю и уважаю за смелость.
Вот этим ты мне и нравишься, Чудо! сидящий рядом дядя Рома довольно ржет. Столько самокритики я только у тебя встречал.
В один день ты понимаешь, что после отказа от родословной ведуна твоя жизнь сразу же подвергнется серьезной опасности. Так почему бы перед этим не сделать все то, в чем себе отказывал последние четыре года? По сравнению со смертью настоящей, а не киношной любой страх отступает. Боишься подраться? Набей морду тому, кто тебя оскорбляет. Нет ничего страшнее смерти! И только ее стоит бояться. Никакой выдающийся интеллект и таблицы характеристик в интерфейсе не спасут здорового парня от естественного хищника, к которому мы сами приходим в руки. Женщины! Все беды от них.
Я боялся влюбиться! Да-да, тут можно начинать смеяться над парнем, сумевшим собрать своё сообщество по запретным знаниям в шестнадцать лет. Ничто человеческое мне не чуждо. Напротив, я рад тому, что способен от всего сердца любить и страдать, переживая столь яркие эмоции.
Когда читаешь в книге описание влюбленности героя или видишь его чувства на экране кинотеатра, происходящее кажется таким театральным, приторно-ванильным, лишенным безумных переживаний, мыслей о любимом человеке, который своим образом едва ли не затмевает твое собственное существование. Влюбленность это, пожалуй, когда ты живешь для другого человека. Когда ты перестаешь себя осознавать вне этих отношений.
Взбудораженный разум одиночки осознает свою социальную неполноценность и всеми силами тянется к объекту, который ассоциируется у него со счастьем. С чувством собственной завершенности. Пара, влюбленные, супруги, муж и жена, семья
Да, да, да. А потом твои чувства бьют мордой об асфальт, Рома ржет на весь бар. Проходили, проживали, пропивали. Леха, завязывай с этим нытьем. Просто неудачная первая любовь. Двадцать первый век на дворе, студентки под боком, а ты по юбке горюешь.
Я любил
Рома хлопнул меня по плечу своей огромной лапищей, не переставая ржать на весь бар. Вечер пятницы, народу тут собралось много. Двухметровый моряк приходился мне двоюродным дядей и, ко всему прочему, единственным близким родственником, живущим в Москве, куда я переехал учиться из родительского гнезда под Новгородом. В зеркале у стойки бара, за которой мы с дядей сидим, отражался все тот же двадцатиоднолетний подросток в обычной одежде, какую может себе позволить студент четвертого курса. Ни привлекательной внешности, ни высокого достатка, ни выдающихся талантов. И что она во мне нашла?
До тебя только дошло? Крышесносное чувство, не правда ли? Теряешь берега реальности, все для нее! Хочешь раствориться в пьянящем чувстве эйфории, воспринимая секс как сакральный процесс занятия любовью. Да, друг, мой! Тебя трахнула баба! Жестко поимела, выдоила все средства, а потом бросила, как дешевку в портовом баре. А-А-А-АР-Р-Р!