Всего за 119 руб. Купить полную версию
Да, катерок баянский! кивнул офицер. Они сегодня с утра с адмиралом в море бегали, миноносников выручать те к острову Эллиот ночью ходили. Говорят, япошки «Стерегущего» потопили, не слыхал, Задрыга?
А как жа, вашбродь! кивнул унтер. Баянские всё как есть обсказали и как «Решительный» в гавань прибежал, и как их высокопревосходительство господин адмирал флаг подняли на «Новике» и вместе с «Баяном» в море вышли, «Стерегущего» выручать. Да только поздно он уже утоп. Япошки, говорят, его чуть не захватили!
А «Решительный», значит, целым вернулся? недобро протянул офицер. Выходит, Фёдор Эмильевич бросил Сергеева? Вот уж никогда бы не подумал
Он сам весь избит, живого места нет! заторопился боцманмат. Баянские говорили как доложился, что потерял «Стерегущего», так и повалился. И не слышит ничего, потому как шимозою контуженный. У «Решительного» дырок в бортах, как у кастрюли худой, паропровод перебило, и, как только починиться сумели
Ладно-ладно, хвалю за усердие! прекратил излияния Задрыги офицер. Ты, брат, вот что сбегай-ка посмотри может, ещё с каких кораблей катерки у пирса найдутся? Негоже нам с тобой тут прохлаждаться. И не переживай, в море без нас не выйдут вон, дыма нет, значит, пары разводить не собираются
Боцманмат, выпалив: «Слушш, вашбродь!», козырнул и со всех ног кинулся вдоль пирса. Пробегая мимо ребят, весело подмигнул Сёмке не унывай мол, перемелется мука будет.
Сём, это же «Стерегущий»! Светка сильно сжала ладошку мальчика. Тот вздрогнул: не заметил, когда его успели ухватить за руку. У нас в школе, на Сахалине, был открытый урок историк из краеведческого музея рассказывал про подвиг этого миноносца. Он, как «Варяг», знаешь, конечно? сражался один с несколькими японцами. Те его совсем разбили, а потом хотели захватить так матросы заперлись в трюме и пустили воду! Сами утонули, но корабль врагам не достался! Это что ж, о том самом «Стерегущем» Задрыга сейчас говорил?
Сёмка кивнул. Он и сам кое-что припомнил памятник в Петербурге, виденный в последний день экскурсии. Массивный, клёпанный из броневой стали крест, весь избитый вражескими снарядами, и у его подножия двое моряков, по колено в волнах. Один тянет руку вверх, к рваной пробоине, через которую льётся солнечный свет, а другой отворачивает кремальеру кингстона, впуская в отсек безжалостное море.
О том самом. ответил мальчик. О каком же ещё? Знаешь, по-моему, мы с тобой попали в прошлое ну как в сериале про войну. Знаешь, наверное? «Мы из будущего» называется. Только мы с тобой очутились не в сорок втором году, а в самом начале прошлого века, в этом самом Порте Артуре.
В тысяча девятьсот четвёртом, отозвалась Светлана. И правильно говорить «в Порт-Артуре».
Девочка помолчала и вцепилась в запястье спутника ещё и другой рукой. Сквозь ткань Сёмка ясно ощутил, как дрожат её пальцы.
Сём, я боюсь Как же мы теперь? Навсегда останемся здесь?
III
Слушай, холодно что-то Сёмка осознал, что погода стоит отнюдь не летняя. С залива ощутимо холодит ветерком, так что Светкина дрожь это, пожалуй, не только от нервного потрясения. А ведь она замёрзает
Вот, держи, а то вон как закоченела!
Спасибо, Сём! и девочка принялась натягивать толстовку.
Всё-таки нервничает даже в рукава попасть не может
Он бережно помог своей спутнице. Светлана робко улыбнулась, кутаясь в тёплую ткань, и мальчик сразу почувствовал себя увереннее.
Ничего, прорвёмся В том фантастическом фильме героям пришлось куда хуже: они угодили прямиком в сорок второй год, на самую линию фронта, под обстрел
Хотя здесь тоже стреляют, и ещё как!
Ожидая, пока Светлана приведёт себя в порядок, Сёмка порылся в рюкзаке. Так, что там у нас? Учебники информатика, ОБЖ, география так, ещё история. Пенал, пластиковая коробочка с бутербродами и глазированными сырками мама всегда кладёт её рюкзак, чтобы не толкаться в очереди в буфет. Планшет? Сёмка забыл, когда засунул девайс в рюкзак: обычно он старался не таскать его в школу, разделяя ироническое отношение дяди Вити к повальному увлечению гаджетами. Сунул, между прочим, не просто так: собирался поснимать репетицию, но забыл. Ну ничего нашлась натура и поинтереснее
Сёмка шагнул поближе к краю пирса, к здоровенной металлической тумбе, похожей на гриб лисичку, только многократно увеличенный и не рыжий, а чёрно-чугунный, лишь кое-где тронутый пятнышками ржавчины. Поймал в рамку экрана силуэт крейсера как там называл его Задрыга, «Паллада»?
Снимаешь, да? Думаешь, сможем дома показать? Сём, мы ведь вернёмся, да?
Светка надела толстовку и теперь подворачивала чересчур длинные рукава. Она была заметно ниже своего спутника голова на тонкой шейке смешно торчала из воротника. Вид у девочки был жалкий и в то же время трогательный как у нахохлившегося на холодном ветру птенца.
Сёмка медленно обвёл объективом гавань, снова вернулся к «Палладе», потом, схватил камерой стоящие у противоположной стороны гавани корабли. Перевёл кадр на берег, прошёлся вдоль линии набережной, пакгаузов. Что-то неуловимо знакомое угадывалось в этом пейзаже, будто он уже видел нечто подобное. Вот только где? Ладно, потом
И запихнул планшет обратно в рюкзак.
Пошли, а то вон офицер этот на нас как-то странно косится! Может, заметил, что я снимаю, а здесь это запрещено?
Не! помотала головой Светка. Я видела в Музее техники старинные фотокамеры: они большие, как как пылесос! И с такими чёрными гармошками. Ну ничуточки не похоже на планшет!
А что же он тогда на нас пялится? упорствовал Сёмка. Смотри, прям глаз не отводит!
Ладно, пошли. вздохнула девочка. Да и дует здесь сильно, я вся замёрзла. Ноги заледенели совсем
Сёмка вдруг хлопнул себя по лбу:
Точно, ноги! Слушай, я всё понял! Видела, как он на них уставился?
А что у меня не так с ногами? с подозрением спросила Светка и принялась вертеться, осматриваясь.
Да стой ты! зашипел мальчик. Сама же говорила в каком мы году?
В четвёртом, тысяча девятьсот. Ну и что? Сём, я не понимаю
А то, что тогда тоесть сейчас женщины носят длинные юбки! До земли как в фильме «Статский советник», помнишь? А если из-под юбки видна хотя бы лодыжка, это считается неприличным. А у тебя вон даже колени!
Светка недоумённо взглянула и вдруг стремительно покраснела. И принялась беспомощно озираться по сторонам.
«Осознала, сообразил Сёмка. А я тоже хорош! Нет чтобы как-то помягче или вообще потом Как бы в слёзы не ударилась! Хотя чего тут такого? Дома, летом и не такое носит и хоть бы что!»
Девочка и точно чуть не плакала она мёртвой хваткой вцепилась в Сёмкин рукав и теперь тащила его прочь, подальше от иронически усмехавшегося (никаких сомнений!) офицера, подальше от открытого пространства, от людей
Вдали ухнуло, и над головой опять пропели дальними перелётами снаряды с японских броненосцев. Грохнуло близко, дребезжаще, рассыпчато; над крышами дощатых сараев вырос пыльно-дымный столб близкого разрыва. Но Светка будто ничего не замечала только бы убежать, скрыться от позора, а уж там
Мальчик тяжко вздохнул и поплёлся за спутницей. Вот уж действительно свяжись с девчонками!
До сараев они добрались и тут же об этом пожалели.
Навстречу, из узких, заваленных невообразимым хламом проходов, бежали люди мужчины, женщины, перепуганные, в испачканной, очень бедной одежде. Многие кричали; на глазах Сёмки двое проволокли под руки перемазанного кровью парня. Раненый мотал головой и охал: «Полехше, дорогие, родимые, а то помру!», перемежая жалобы чёрной матерной бранью. Тётки, молодые женщины все как одна в платках, многие с корзинами или тряпичными кулями. Повсюду лица китайцев; то тут, то там мелькают лохматые папахи солдат.
Укрываясь от людского потока, ребята прижались к дощатой стене. Снова бухнул взрыв, на этот раз куда ближе. Земля под ногами дрогнула, зазвенели разбитые стёкла, и все звуки перекрыл многоголосый вой толпы. Громко, заполошно звучали женские голоса; Светка, и думать забывшая о «неприличной» юбке, тихо скулила, намертво вцепившись в спутника. Неожиданно на них налетел мужичонка в коротком, топорщившемся по краям клочками овчины жилете. Под мышкой дядька волок амбарную книгу в картонном переплёте, а другой рукой судорожно сжимал большие конторские счёты.