Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Подождите. Надо все тщательно обдумать.
Мы вернулись на мостик и обговорили сдачу с глазу на глаз. После чего по личному приказу синий флаг на радиомачте заменили белым.
Генрих подошел к фальшборту и крикнул:
Я сдаюсь! Но Гектор отправится со мной и заберет Альберта. Так я буду уверен, что ты не похитишь нас обоих.
Хорошо. Но больше никого.
Мы сели в спасательную шлюпку, и матросы налегли на лебедку.
Едва днище коснулось воды, я вставил весла в уключины и погреб к субмарине.
Мог бы применить магию, но не стал лишний раз раздражать и без того напряженных янки.
А так сидел к ним спиной, руки заняты, зрение ограниченоникакой, в общем, угрозы.
Зато сам хребтом и затылком ощущал покалывание, а в душу вкрадывалось беспокойство.
Оглянувшись, заметил, что гаубица внимательно наблюдает за нашим приближением, не сводя со шлюпки разукрашенного ствола.
Адмирал корректировал курс покачиванием пальца. А в остальном недвижимо стоял на корме, сунув руки под мышки и неотрывно смотря на злейшего врага.
Там, на корабле,неожиданно произнес Кросс-Ландау,я думал, что справлюсь. Но чем ближе звезды и полосы, тем тяжелее груз на сердце. Боюсь, иного выхода все же нет. Простите.
Ген
Спутник выхватил кортик и вогнал себе в грудь по самую рукоять.
Папа!легкий бриз пронзил отчаянный вопль, после чего грянул гром, от которого содрогнулась океанская гладь.
Гаубица изрыгнула сноп огня, а за нимослепительный огненный шар.
К счастью, Нимиц успел отвести орудие в сторону, и взрыв грянул в дюжине метрах левее.
И все равно нас залило брызгами, а лодка чуть не опрокинулась, подпрыгнув на волне, как щепка.
Генрих!
Я подскочил к адмиралу, но как-либо помочь не сумел. Да и никто бы не сумелразве что только Бог. Острие пронзило сердце, и посреди белоснежного кителя расползалось багровое пятно.
Не двигаться!с сильным акцентом крикнул американский матрос.
Я не знал!заорал, медленно подняв ладони.Не стреляйте!
На колени!рявкнул Нимиц.Руки за голову!
Я подчинилсяблаго и так уже стоял на коленях.
Субмарина подплыла к нам вплотную, и один из янки зацепил шлюпку кошкой.
Честер меж тем сверлил меня таким взглядом, будто хотел прожечь насквозь.
И он бы наверняка это сделалсилы имелись, но честь офицера не позволила свершить самосуд.
И все же несмотря на трагедию, в душе я порадовался, видя, как врага трясло от злости.
Еще быстоль крупная рыбка сорвалась в шаге от берега.
Старый лиспроцедил командир, глядя на бездыханное тело.Снова ушел Ну хотя бы в этот разнавсегда.
И что теперь?спросил, взглянув на янки снизу вверх и сощурившись от бьющего в лицо солнца.Я никакие корабли не топил. И тот мальчишкатоже.
Матросы в нерешительности замерли у края корпуса. Альберт стоял рядом и безостановочно ревел, бормоча сквозь слезы:
Папа папочка Если бы я не убежал тогда Если бы не я
Нимиц медлил, разрываясь между жаждой мести и попыткой сохранить лицоточнее то, что от него осталось.
Все-таки мы не военные преступникии даже не участники Континентальной войны.
А самосуд над гражданскими навсегда запятнает мундирпусть даже он от ворота до полы в пятнах пота, крови и мазута.
Телона борт,наконец распорядился Честер.А выпроваливайте.
Янки прыгнули в шлюпку и взяли адмирала за руки и ногикак безродного пьяницу, замерзшего в канаве.
Но не успели вернуться, как Альберт бухнулся ниц перед мертвым родителем и попытался обнять.
Янки же схватил беднягу за шиворот и толкнул в лодку.
Я поймал наследника, усадил на корму и выпрямился, с ненавистью посмотрев на Нимица.
После чего вытянулся и приставил ладонь к виску.
То же самое сделали и выстроившиеся вдоль борта канонерки моряки.
Честер же затрясся еще сильнее, с трудом сдерживая закипающую ярость.
И решил отыграться не на нас, а на трупе, который уже ничем не сможет ответить.
Сбросьте крысу в люк. И отчаливаем. Извините, господа, но прощального залпа не будет.
Я молчал, провожая в последний путь непростого, но достойного человека, жалея лишь о том, что не познакомился с ним раньше.
ПапаАльберт уронил лицо в ладони и беззвучно зарыдал.Прости
Вот уж действительноне лидер. Но ничегоРита научит уму-разуму. Она сильная, справится за двоих, а наша семья поможет, чем сможет.
Когда мы поднялись на палубу, субмарина все еще оставалась на плаву. Нимиц страстно желал отпустить напоследок какую-нибудь колкостьтак сильно задели его самолюбие.
Эй, Альберт!крикнул янки.Не пропусти свежую газету! Мы все равно вздернем твоего папашу! А на фото не поймешьтруп это или нет!
Вот именно, Честер!я достал из-за пазухи обломанный клинок.И не только на фото!
Даже с расстояния увидел, как округлились глаза врага.
А затем грянул столь мощный взрыв, словно под водой рванул паровой котел.
Гейзер кипящей воды вырвал боевую рубку и подбросил метров на сто.
Обломки корпуса разметало с такой силой, что нам пришлось спрятаться за бортом, по которому точно пули зазвенела раскаленная шрапнель.
Как только последние куски упали в воду, из пучины поднялся полупрозрачная сфера, неся в себе согбенную фигуру.
Рядом, точно пробка от шампанского, вылетел второй шар и тут же опал тяжелыми каплями.
За водяной завесой скрывался Нимиц, держа в руках тяжеленную гаубицу с бронещитом, словно легкую винтовку.
Руны светились так, будто их залили расплавленным металлом, а створки броневого бруствера окружало голубоватое полупрозрачное марево.
Честер нацелил пушку на сферуи символы погасли один за другим, начав с дула и закончив казенником. После чего загорелись в обратном порядке, магический поршень вытолкнул колдовской снаряд, и огненный шар быстрее метеора пронесся над водой.
Струя раскаленного воздуха разрезала волны, подняв над гладью густой пар.
Громыхнуло громче ящика тротила, от нестерпимого жара сфера мгновенно испарилась и ударила в стороны белыми щупальцами.
Я увидел Генриха, скрестившего перед собой обожженные предплечья. Щит сдержал удар, но силы стремительно покидали старика. Враг же разъярился так, что, казалось, готов сражаться бесконечно.
Отец?..в недоумении пробормотал Альберт, а затем воскликнул.Папа! Ты жив!
Эй!схватил «поэта» за воротник и хорошенько встряхнул.Надеюсь, ты в Академии не только стихи писал?
Ч-что?!малец округлил глаза и захлопал ресницами.
Ясно,отпустил руку, и парень рухнул на задницуничего, за фальшбортом ему сейчас самое место.Никольприсмотри за наследником. А выготовьте орудие.
Но палубавозразил было старпом.
Взмах рукии канонерка со скрипом и скрежетом выровнялась. Матросы тут же бросились к пушке, а я приказал морпехам стрелять по летучему (теперь уже в прямом смысле) янки.
Застрекотали тяжелые пулеметы, светящиеся дорожки трассеров сошлись на спине неприятеля.
Жаль, в этом мире запоздали с изобретением аэроплановмощная установка ПВО сейчас бы край пригодилась.
Магический барьер играючи отразил пули, но, похоже, не мог сдерживать натиск долговсе-таки мана рано или поздно закончится.
И Нимиц с перекошенным лицом крутанулся на месте, приготовившись избавиться от назойливых людишек перед тем, как расквитается с главной целью.
Я едва успел вскинуть руку, вообразив перед собой водяную стену.
Щит закрыл борт, но удар огненного шара вышел такой, что брызги сбили с ног всех, кто не спрятался за броней.
Я вот не успел, и, несмотря на барьер, ощущения были такие, будто дюжина футболистов разом пробила с пыра по торсу.
Волна впечатала в стенку рубки, но кости не пострадалилишь на миг помутилось сознание. А вот экипаж понес первые потеристрелку «смыло» половину головы, а пулеметчику свернуло шею.
Их жертвы не прошли даромпока Честер отвлекался на пехоту, канониры навелись на него и дали залп.
Левый щиток как корова слизала, а сам чародей завращался в воздухе, что воздушный гимнаст, и отлетел метров на сорок.
Увы, за это время он успел перезарядиться, а я едва встал на ноги, шатаясь и придерживаясь за рубку.