Михалина ЛесовскаяХомякус советикус- 1.1
Предисловие
Что делать ленивой одинокой пенсионерке в жизни? Только общаться и читать книги. Детёныш с семьёй живет в другой стране, связь с ним только по телефону и электронной почте. Общаться с соседями неинтересно, родня живёт совсем далеко, так что остались только книги.
Кое как освоив несколько сайтов библиотек, стала активной читательницей фэнтези. Очень заинтересовали книги, где мои ровесники возвращались в собственную молодость, сохранив опыт и знания прожитых лет. Конечно, планы у этих героев были грандиозные: спасти СССР, помочь руководству страны своими знаниями будущего. Некоторые мыслимечты также мелькали в моей голове, но они не были столь масштабными.
Особенно привлекательным считала при возвращении в молодость получение интересных способностей, плюшек. Этакая мысленная игра увлекала и придавала обыденной жизни яркости красок.
Однажды утром я с удивлением вспомнила свой ночной сон, в котором общалась с прекрасной Леди и обсуждала с ней вероятность возвращения в молодость. Себя я в этом сне не видела, но разговор был занимательным и весь последующий день у меня было замечательное настроение, я надеялась на продолжение общения. Мои надежды оправдались, наше общение продолжилось в последующих снах.
После таких снов моё самочувствие улучшалось, Леди была приятной собеседницей, и я откровенно развлекалась и радовалась. Я была искренне благодарна такому общению и меня не интересовал ни статус, ни возможности Леди.
Мой возраст дожития, по мнению Пенсионного фонда, себя исчерпал, я спокойно относилась к своему уходу и была к нему готовой, поэтому однажды после слов Леди:Будь готова-, ответила по-пионерски:Всегда готова!
ЧАСТЬ 1
Кругом темнота. Ломота во всем теле. От шума в голове и тошноты сознание отходит. Отходит слишком медленно и взрывается от нестерпимой вони и болименя бьют по щекам. Возмущение прорывается через боль, и распахнутые глаза, вместо общей темноты, видят только темный сгусток на светлом фоне.
Шум в ушах затих, сквозь вату стал прорываться настойчивый мужской голос. Ощущала я себя киселем в киселе пожиже. Очнулась резко и из глаз потекли слезы. Я была в пустоте и сама была пустотой. Испуг. Я видела, вокруг столпившихся людей, и ничего не помнила о себе. За плечо меня удерживал мужчина, усаживая на стул.
От пустоты в голове слезы текли беспрерывно. Нет имени, возраста, ничего. Мне что-то говорили, но меня затопила жалость к себе. Я не понимала, о чем мне говорят. В голове резко щелкнуло, вернулась память. Заревела уже от облегчения. Я вернулась.
При выходе из магазина я поскользнулась и грохнулась затылком о пол, потеряла сознание, а толпа покупателей и продавцов привели моё сознание назад с помощью нашатыря и пощечин.
На стульчике я уже освоилась, толпа рассосалась по своим делам. Только странным был сам магазин, ну не помнила, как тут оказалась, да и люди одеты как-то непривычно. Но это всё мелочи, по сравнению с прежним ужасом, когда очнулась, бывает.
Подошла продавец в элегантном форменном костюме с объемной сумкой и стаканом воды для меня. Оказывается, это моя сумка, а вода для поправления здоровья. Она щебетала, что администрация приносит извинения за случившееся, т. к. полы были скользкими после влажной уборки и просит не отражать случившееся в книге жалоб.
Я молча кивнула, удивившись такой просьбе: всё страньше и страньше. Продавец предложила пройти внутрь магазина, где можно привести себя в порядок и получить презент от руководства магазина. Мелочь, а приятно!
В просторном туалете из зеркала на меня смотрела симпатичная молоденькая я в возрасте 20 лет, правда, слегка помятая. Именно по причине помятости я не поняла сразу, что немного помолодела, лет так на сорок с хвостиком. Давно забытое лицо при критичном осмотре совсем не радовало толстыми щеками, припухшими глазами и носом.
Знатно меня Леди шарахнула, осталось уяснить только, чем меня она одарила и в какой момент прошедшей жизни вернула. Разбиралась со своим баулом: куча импортных шмоток, блок сигарет «Европа», сумочка с документами и деньгами. Этот блок был для меня памятен очень хорошо. Куплен был в московском магазине «Белград» во время пересадки с поезда из дома, и цельным был только до посадки на поезд к месту назначения по распределению от института. Значит, конец июля 1978 года. Итак, я в Москве, на часах десять утра и вечерним поездом отправляюсь в Одессу. Из прошлой жизни об этом дне, кроме блока из «Белграда», ничего не запомнилось. Перебрала покупки и на дне баула обнаружился кожаный рюкзачок без этикеток, но с альбомной книгой, с первой страницы мне улыбалась Леди и слова: «ПОДАРОК, как ты и просила, остальные плюшки позже. Поговорим во сне. Удачи!»
Переложила все покупки и книгу в одно из двух отделений рюкзака, который внешне не изменился и не прибавил веса, проверила сумочку с документами: паспорт, диплом, направление на завод и ещё куча документов, использованный билет до Москвы, значит, билет до Одессы ещё не куплен и этохорошо, с подарком Леди сэкономлю и время, и деньги на дорогу. Отдельно завернутый сверток выдал мамины подъемные на проезд и обустройство. Денег было не мало, с учётом потраченного на покупки, мне дали почти тысячу рублей. Осталось восемьсот шестьдесят, шестьдесят засунула в паспорт, на жизнь, а восемьсот предполагаю потратить в Москве на закупки. Теперь в руках у меня пустой баул, на дне которого тощий рюкзак и кошелек с денежкой, я посвежевшая и причесанная, готова к новой жизни и свершениям.
В кабинете управляющей залом мне вручили внушительный набор косметики в подарок и я поняла, что магазин-то «Белград» и надо с них слупить чего-нибудь ещё за свои уже деньги. Немного порасшаркиваясь, от меня попытались избавиться, но я пошла дальше: написала благодарность всему коллективу за заботу, особенно руководству, воспитавших столь выдающихся сотрудников, с просьбой отметить их чуткое отношение к покупателям. Обязательно написала свои паспортные данные. Начальница выпала в осадок и квадратными глазами рассматривала меня. Я тут же рассказала ей, что еду по распределению на юг, но не всё мне необходимое удалось приобрести в их замечательном магазине. Короче, меня интересовали обувь, бельё и по мелочам.
Когда она поняла, что мой интерес подкреплен деньгами, то засмеялась и повела на склад. Кладовщица забрала мой баул с подарком и разрешила пошарить по полкам склада с обувью. Глаза разбегались, хорошо, что коробки на торце имели рисунок обуви.
Первые модели я ещё мерила, а потом, разобравшись с маркировкой на коробках, только укладывала коробки в тележку. В самом углу склада стояли несколько огромных коробок с иероглифами. Наискосок шла надпись Asics.
Подошедшая кладовщица махнула рукой в их сторону и сказала:
Не ходовой товар, стоит уже сколько времени, будем уценять. Японцы по обмену подогнали узнать спрос, а нашим подавай адидас, если надо, бери, я уценку оформлю.
Теряться я не стала, загрузила ещё одну телегу уже разными моделями Asics. Теперь добрая кладовщица выписывала накладную с моей обувью, а я помогала проставлять цены. Все двадцать японских кроссовок благодаря смешным ценам по уценке мне обошлись в двести пятьдесят рублей, но деньги таяли и на кожаную югославскую обувь я выделила столько же, поэтому с частью отобранного пришлось расстаться. На оставшиеся деньги я приобрела красивое белье, несколько футболок и спортивный костюм. Уходить со склада было жаль. Денег почти уже не было, остались мелкими рублей пять и целый полтинник. Упаковав весь свой товар в две большие коробки, я решила отдать кладовщице подаренную косметику за помощь. Удивительным было растроганное лицо Катерины. Она подвела меня к выходу из склада на улицу и указала на огромные набитые баулы.
Не кондиция, в утиль и на свалку отправляем. Что отберешь себе, забирай, если унесешь. Я отойду, а ты поищи, потом выпущу наружу.
Баулы были огромные и набитые доверху. Забрать я решила всё, что унесу, а в рюкзаке я унесу всё. Взяв моток шпагата, на своих коробах с обувью, связывала выложенное барахло в тючки и отправляла в рюкзак, особенно драные вещи откладывала в сторону. На дне последнего баула нашлась коробка с косметикойпорваные коробки у духов и кремов. Переложила все тюбики и флакончики в новую коробку и также отправила в рюкзак. Пустые короба от обуви установила в баулы, прикрыла сверху отложенными совсем уж драными вещами и вроде бы не сразу увидишь, что баулы опустели. Тут вернулась Катерина и удивилась, что поклажи у меня не прибавилось.